Кристин Морган - Обретенное счастье

Едва заметное изменение в его поведении говорило: она коснулась запретной темы. И все же невозможно поверить, что он женатый мужчина с детьми. Он не казался парнем, способным отдать сердце одной женщине. Возможно, она не права.

— Моя жена скоропостижно скончалась около года назад.

— Ох, извините, — произнесла Аманда.

— Да, — задумчиво сказал он, глядя на свою машину, — это было особенно тяжело для девочек.

Аманда взглянула на его машину. Действительно трагично, что мама детей умерла такой молодой. Маленькие девочки нуждаются в своих мамах. Она знала это лучше, чем многие. Ее мать умерла, когда ей было четыре года. И если Сэм похож на ее отца, ей жаль детей.

Он посмотрел на Аманду.

— Думаю, у вас сегодня был тяжелый день, а?

Аманда улыбнулась.

— Вроде того.

И снова раздался нежный голосок дочери Сэма.

— Папа, — нерешительно позвала малышка.

Сэм повернулся к машине. Аманда посмотрела туда же.

Сара прильнула к заднему стеклу. На ее лице было страдание.

— Мне очень нужно ехать, папа, сильно.

— О'кей, Сара, — ответил Сэм. Взглянув на Аманду, он сказал: — Послушайте, я отвезу Сару домой. Почему бы вам не поехать с нами? А как только Сара все сделает, мы привезем вас назад к вашей машине.

— Почему бы не отвезти ее ко мне? — Аманда удивилась самой себе, предложив такое. Она никогда никого не приглашала к себе домой. Но было слишком поздно забирать слова назад. — Я живу меньше мили отсюда по дороге. Мы будем там очень скоро.

Сэм нахмурился.

— Но это доставит вам массу хлопот.

— Я сама их создала. Вы уже были бы дома, если бы не остановились помочь мне.

— Но вы уверены?

— Конечно.

Все было действительно так, и это больше всего беспокоило ее в создавшейся ситуации.

Ей казалось, что она играет чужую роль.

И потом, здесь было нечто гораздо более важное, чем ее чувства. В машине сидели две маленькие девочки, потерявшие мать.

Аманда ничего не могла поделать. Ее сердце устремилось к ним.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Аманда подошла к машине Сэма и открыла дверцу. Две маленькие девочки пристально смотрели на Аманду широко раскрытыми любопытными глазенками, а потом удрали на заднее сиденье.

— Доктор Аманда Лукас, это мои дочери, Сара и Кэролайн, — сказал Сэм.

— Привет, — сказала Аманда, улыбаясь им.

— Привет, — ответили они хором, странно посмотрев на отца.

Сэм включил зажигание.

— Машина доктора Лукас не заводится, и мы отвезем ее домой.

— Но я очень хочу… папа, — проговорила Сара с паникой в голосе.

— Не переживай, Сара, — успокоил Сэм. — Доктор Лукас говорит, что ты сможешь воспользоваться ее туалетом, хорошо?

Малышка изучала Аманду критическим взглядом. Наконец она спросила:

— Вы делаете уколы?

А, подумала Аманда, вот оно что. Слово «доктор» превратило ее в чудовище.

— Ну да, Сара, — осторожно ответила она, стараясь успокоить детские страхи. — Иногда у меня нет другого выхода. Порой инъекция — лучший способ вылечить пациента.

— Ох, — упавшим голосом произнесла Сара, очевидно огорченная ответом Аманды. Малышка посмотрела на отца. — Мне сделают укол, папа? — спросила она тоненьким голоском, полным тревоги.

— Конечно нет, Сара, — ответил Сэм. — Ты ведь не больна?

Девочка покачала головой:

— Не-а.

— Тогда не о чем беспокоиться. Мы с доктором Лукас просто друзья. — Он посмотрел на Аманду и подмигнул ей, как бы говоря, что специально несколько искажает истину, и прося ее подыграть ему.

Конечно, она сделает это ради девочек.

Пока Сэм ехал к ее дому, она поймала себя на том, что пристально рассматривает его. Внезапно он посмотрел на нее, застигнув врасплох. Густо покраснев, она быстро отвернулась. Забавно, но по каким-то странным причинам она восхищалась им. Сегодня в ее офисе он проявил напористость и, может быть, даже грубость, а с детьми был само терпение и нежность. Саре и Кэролайн повезло. Аманда никогда в жизни не имела такой защиты. Ее отец предоставил ее самой себе после смерти матери. А любовь ее бывшего жениха после случившегося с ней, улетучилась как дым.

Но она могла поспорить, что Сэм Аркетт совсем другой. Теперь, когда она больше узнала его, он казался ей человеком, сделанным из стали. Он был с теми, кого любит, несмотря ни на что.

И значит, у нее будут проблемы. Потому что, как только начинаешь зависеть от кого-либо, есть шанс остаться в дураках.

Но почему тогда, при всей ясности мысли, сердце стучит так часто?

И почему она чувствует связь между ними?

Неожиданно она поняла, что это связано с детьми.

Сначала ребенок Люси, теперь его собственные дети. Точнее, дети, лишенные матери. Она протянула руку и погладила по головке Кэролайн, а потом Сару. Обе улыбнулись ей. Аманда улыбнулась им в ответ.

Потом Кэролайн с детской непосредственностью заявила:

— Миссис Каннингэм ужасно обрадуется, что у тебя появилась подружка, папа. Она говорит, что тебе это очень нужно.

При упоминании о соседке и няне девочек Сэм усмехнулся.

— Я вижу, миссис Каннингэм опять вмешивается. Было бы неплохо, если бы она занималась своими делами.

— Азалия Каннингэм? — спросила Аманда.

— Да, — ответил Сэм. — Вы знаете ее?

— Конечно. Я знаю практически всех в городе, — гордо ответила она.

Сэм наслаждался звуком ее голоса. Таким низким, грудным. Злясь на ее холодность по отношению к нему, он представил себе знойную ночь и страстное сплетение их тел. От одной мысли о возможности держать ее в своих объятиях у него закипала кровь. Казалось, он теряет контроль над собой.

Отогнав опасные мысли, он откашлялся.

— Я купил ферму рядом с миссис Каннингэм около года назад. Она иногда сидит с моими девочками. Дети любят ее. — Сэм пожал плечами. — Я тоже думаю, что она замечательная.

Аманда с сомнением взглянула на него.

— После того, как вы пожелали ей заниматься своими делами.

— Точно, — сказал он. — Не знаю почему, но она считает, что должна быть матерью и мне, и моим девочкам.

— А вы не согласны с ней?

— Ну, — он неожиданно широко улыбнулся, — может быть, самую малость.

Этой улыбки было достаточно, чтобы решимость Аманды исчезла. Досадуя на себя, она неожиданно покраснела, и по спине побежали мурашки. Она совсем растерялась.

Сэм выглядит слишком добропорядочно, пронеслось у нее в голове.

Аманда отвернулась. Что с ней происходит? Неужели все ее сопротивление побеждено лишь легкой улыбкой? Невозможно поверить, что после стольких лет самодисциплины она так быстро и легко поддалась. Внезапно обнаружив, что они подъезжают к ее улице, она сказала: