Эмили Маккей - Любовный квадрат

— Да, наверное… но мы так и не придумали историю.

— Разве это не подождет до завтра? Мы можем поговорить после работы.

— Тогда будет слишком поздно. Завтра ты должна назначить дату свадьбы, верно?

— Да. После ланча.

— Женщины, с которыми ты работаешь, захотят узнать подробности.

— Женщины, с которыми я работаю? Что это означает?

— О, не делай вид, что ничего не понимаешь. — Он снова тепло дразнил Кейт. — В подобных ситуациях женщины — ужасные сплетницы.

Кейт открыла рот, собираясь возразить, но передумала. Конечно, он был прав. Ее забросает вопросами по крайней мере дюжина женщин. Ее секретарь Мег. Все протоколистки суда. Не говоря уже о других судьях. И Кевин не уступит женщинам.

Посмеет ли она рассказать правду хотя бы ему? Если да, то он обязательно спросит, почему она не сказала ему о беременности.

— Ты что-то замолчала. Заснула?

Если бы.

— Хорошо, значит, к завтрашнему дню нам нужна история. Наверняка ты уже что-нибудь придумал.

— Как насчет вечеринки у Бет и Стью накануне Нового года? Мы могли бы сказать, что «влюбились» друг в друга в тот вечер. Мы оба там были, верно?

— Да. — Кейт ходила на это мероприятие каждый год, хотя обычно не любила больших вечеринок. Но накануне Нового года ей показалось неправильным оставаться дома и снова смотреть «Закон и порядок». — Но там было еще человек пятьдесят. Они знают, что в тот вечер мы почти не разговаривали друг с другом.

— Никто таких подробностей не вспомнит. Это была вечеринка накануне Нового года. Многие пили.

— Я не пила.

— Ну, конечно, нет.

— Эй…

— Я уверен, что ты никогда не пьешь на людях. Это бы не соответствовало репутации судьи, не так ли?

Она не пила, потому что боялась превратиться в свою маму. Но не собиралась сообщать ему об этом.

— Ведь ты сама помнишь, чем занимались на вечеринке остальные?

В основном она помнила, как скучно Пол — друг Бет и Стью — рассказывал о своем двухнедельном ледниковом круизе на Аляску.

— Хорошо, — уступила она. — Мы «влюбились» на вечеринке.

— Нам нужно больше подробностей.

— Каких?

— Ну, если не ошибаюсь, тот вечер выдался очень теплым для декабря. Можно сказать, что мы вышли на задний двор.

— Поэтому никто не видел нас вместе. — На длинном, узком заднем дворе росли столетние дубы. Для вечеринок Бет украшала их фонарями. В зимнюю ночь это всегда выглядело романтично. Идеальное место, чтобы влюбиться. — Действительно, звучит мило, — прошептала она. — То есть в целях истории.

— О, конечно. Для истории. — Его голос повеселел.

— Как насчет свиданий? — спросила она.

— А что со свиданиями?

— У нас не было свиданий. Кто-нибудь об этом вспомнит.

— Можно сказать, что… мы встречались в Остине.

— И держали свои отношения в тайне. Почему?

— Я хотел защитить твою репутацию.

Почему-то это показалось ей забавным. Кейт со смехом ответила:

— Ужасно благородно с твоей стороны.

Он притворился, что обиделся.

— Ты не считаешь меня благородным?

— Эй, ты на мне женишься, чтобы защитить мою репутацию. Куда уж благороднее!

— Правильно. И не забывай об этом.

— Не беспокойся. После свадьбы я буду перед тобой в неоплатном долгу.

— Если говорить о свадьбе… Я… э-э… думал, как ты захочешь провести медовый месяц.

— Медовый месяц? — наконец произнесла она, задыхаясь.

— Да. Будет логично, если мы куда-нибудь уедем.

Черт возьми. Медовый месяц? Почему она не подумала об этом раньше? И почему теперь представляет их обоих наедине в романтической обстановке?

— Нет. Ни в коем случае.

Позволить Джейку устроить ей романтическое бегство? И речи быть не может.

Должно быть, он догадался о ее опасениях, потому что сказал:

— Эй, я не говорю о полноценном медовом месяце. Я думал отвезти тебя во Фредериксберг. Всего на ночь или две.

Пара ночей в одном из самых очаровательных исторических городов Техаса!

— Нет. Мы никуда не едем.

— Но…

— Мы проведем уик-энд, перевозя твои вещи ко мне домой. Если хочешь, скажем, что на осень планируем большую поездку.

Прежде чем он успел возразить, она попрощалась и повесила трубку.

ГЛАВА ПЯТАЯ

— Не могу поверить, что ты собираешься это сделать.

Бет сидела в кабинете Кейт, хмурилась и сжимала руки, лежащие на коленях.

Кейт собралась с силами и заставила себя снова взглянуть на экран компьютера — на документ, который она читала, когда Бет приехала в здание суда за час до свадьбы.

— Я сама с трудом в это верю.

— Дело в том, что Стью и я… Ну, мы никогда бы не подумали, что причиним тебе столько хлопот. То есть мы знали, что просим о многом, но…

Кейт вздохнула. Она закрыла документ на экране, обошла стол и остановилась рядом с Бет.

— Все хорошо. Никто не мог предвидеть что так обернется.

Бет подняла голову. Кейт с удивлением увидела, что у Бет на глазах выступили слезы.

— Эй… — Она погладила сестру по руке — Незачем плакать. Все будет отлично.

Бет встала и сжала руки Кейт.

— Значит, ты не ненавидишь нас?

Кейт только сейчас поняла, что по-настоящему сердится. Не потому, что должна выйти за Джейка. Нет, она винила себя в том, что так поздно поняла какую угрозу представляет Хэтчер для ее карьеры. Но она сердилась и на Бет, потому что из-за беременности поняла, чего не хватает ей в жизни. Она стала стремиться к тому, чего, в отличие от Бет, получить не могла. Но когда Кейт увидела раскаяние сестры, ее гнев исчез.

— Нет. Я тебя не ненавижу. Как бы я могла?

— Потому что ты… — Голос Бет дрогнул. — Ты должна выйти за Джейка. Ты его терпеть не можешь, — простонала она.

В этой ситуации не было ничего забавного, но Кейт не удержалась от смеха.

— Ты ошибаешься. — Она взглянула на дверь кабинета и убедилась — снова, — что та крепко закрыта. — Знаешь, ты была права насчет него. Джейк — очень хороший парень.

Кейт все больше понимала, до какой степени ошибалась в Джейке. Когда они познакомились, она решила, будто у него нет других достоинств, кроме обаяния и красоты. Забавно, учитывая то, что обычно она хорошо разбиралась в характерах. А теперь трудно было представить другого мужчину — даже Стью, — который согласился бы жениться на незнакомке при подобных обстоятельствах.

Бет слабо улыбнулась:

— Да, он очень хороший.

— Еще бы. Так что тебе незачем беспокоиться. — Кейт храбро улыбнулась, надеясь скрыть собственное волнение.

Должно быть, Бет наконец успокоилась. Она тоже нерешительно улыбнулась.