Барбара Данлоп - Так точно дорогая

— Это было забавно.

— Да, тебе-то легко говорить. Не ты потом ходил весь вечер в мокрой одежде.

Его губа как-то странно дернулась, словно бы он хотел улыбнуться, но сдержался. Взгляд остановился на ее груди. Кажется, он вспоминал этот эпизод.

— Все мужчины — свиньи, — вздохнула Эшли.

— Нет, мы просто честные люди.

— Нет. Ты свинья.

— Ничего нельзя изменить.

— А ты попытайся.

— Так точно, дорогая.

— Ты научился этому в Нью-Йорке?

— Чему именно?

— Скажи эту фразу снова.

Его бровь удивленно поползла вверх. Какую фразу?

— «Так точно, дорогая», — повторила она. — Мне нравится, как это звучит. И думаю, тебе надо чаще произносить ее. Было бы неплохо, если бы ты говорил это каждый раз, когда я к тебе обращаюсь.

Джеффри фыркнул:

— Так точно, дорогая.

Эшли сложила руки вместе.

— О! Как бальзам на душу. Зайди за мной в восемь.

— Так точно, дорогая.

— Цветы возьмешь?

Он подошел к ней ближе, его голос снизился на тон, а слова звучали как будто издалека.

— Так точно, дорогая.

От их звука она вздрогнула.

— А конфеты?

— Так точно, дорогая, — и он склонился к ней.

Она вдохнула его свежий запах, и ее сердце забилось сильнее. Случайно она посмотрела на его губы.

— Так точно, дорогая, — прошептал Джордан, словно догадавшись, о чем она думает.

— Нет, мистер.

Эшли вынырнула у него из-под руки и направилась к двери.

— Итак, в восемь часов. У моего дома, — она расправила плечи и встряхнула головой.

Теплый ветерок качал листву пальм, растущих вдоль бульвара Малибу. Они с Эшли молча сидели в машине, пережидая красный светофор. Музыка, доносившаяся до них из ближайших клубов, и ароматы из открытых ресторанов смешивались в экзотическую гармонию чувств.

Наконец светофор сменился на зеленый, и Джордан нажал на педаль, затем переключился на вторую скорость и поехал вдоль тротуара. Да, трудно поверить, что только два дня назад он сидел у себя в офисе с сугробами за окнами!

Переключая скорость, он чуть было не коснулся обнаженного плеча Эшли. Волосы красавицы были распущены и весело развевались по ветру.

По первому же взгляду на него этой женщины он понял, что оделся неподходяще к данному случаю. Его костюм, по всей видимости, был несколько старомоден. А ее яркая оранжевая короткая юбочка и такой же яркий топик сразу навевали праздничный и веселый тон, который, очевидно, и был принят на подобных вечеринках.

Внезапно ему захотелось забыть об этой ненужной вечеринке и увезти ее куда-нибудь в теплую летнюю ночь. Они могли бы найти приятный тихий пляж, пойти искупаться, а потом заняться любовью на пышущем жаром песке.

— Хочешь, заключим пари? — вдруг спросила она, открыв глаза и выпрямившись в сиденье.

Сладкое видение любви исчезло. Рядом с ним снова сидела деловая женщина.

Да уж, с этой точно не займешься любовью на берегу. Вряд ли она желала предложить ему сладкую ночь.

— Это зависит… — тихо ответил он, еще не совсем очнувшись от приятных фантазий.

— От чего это зависит?

— Будем ли мы спорить на поцелуй или нет.

Женщина выпрямилась еще больше и приняла оскорбленный вид.

— Конечно, нет, как ты мог подумать?

— А почему, собственно, нет?

— Да настройся же на серьезный лад! Это деловая сделка. Не больше. Сегодня ты не будешь лезть в мои дела, а я — в твои. Не будем друг другу мешать. Мы оба прекрасно знаем, какой замечательной возможностью является данная вечеринка. Поэтому давай оба воспользуемся ею, заключив временное перемирие.

Джордану вовсе не понравился тон, каким она говорила о выгодной сделке. На его месте Джеффри уж точно бы знал, как себя правильно вести на вечеринке. А для него это была китайская грамота!

— А я подумал о другом: а почему бы нам не потанцевать там? — спросил он.

Она рассмеялась.

— Это еще зачем?

— Как же? Разве на вечеринках не танцуют? А мне кажется, для этого вечеринки и существуют. И еще потому, что мы друг другу нравимся.

— Говори за себя.

— Так-так, — он покачал головой и легонько похлопал ее по плечу. — Ты тоже никак не можешь справиться с нахлынувшим чувством. Ведь ты знаешь, о чем я говорю?

Эшли дернулась и сбросила его руку с плеча.

— Ха, кажется, у тебя самомнение величиной со штат Техас, не меньше.

— Точнее, размером с Аляску. Она-то больше Техаса. Однако это не меняет положение вещей. И я все же прав.

— Нет, очевидно же, что ты не прав.

— Тогда докажи.

— Каким образом?

— Я поцелую тебя еще раз, и попробуй не отвечать мне.

— А тебе одного раза недостаточно?

— Это было чертовски приятно.

— Я уже сказала: это была игра.

Джордан притормозил на очередном светофоре.

— Ты лжешь, красавица.

— А ты размечтался, мачо.

— Мне что, начать доказывать здесь и сейчас или потерпишь до вечеринки?

— Ни то, ни другое, — сказала она, встрепенувшись. — Лучше смотри на дорогу и держи руки на руле. Мы все-таки в машине.

— Так точно, дорогая.

— А на вечеринке ты будешь держаться в стороне от меня, чтобы я могла очаровать Гарольда Готье.

— Понял, а ты в этом деле спец?

— Что ты этим хочешь сказать?

Джордан бросил на нее мимолетный взгляд.

— Ты считаешь, что правильное поведение на вечеринке поможет тебе на презентации? Увеличит шансы на успех?

— Вне всякого сомнения.

— Значит, ты думаешь, что этот человек будет судить по внешности, а не по содержанию? — Джордан чувствовал себя в неловкой ситуации.

— А кто сказал, что твой сериал лучше, чем мой? — Эшли скрестила руки на груди, отчего ее грудь стала еще более соблазнительной.

— Никто, — отозвался невинным голосом Джордан. — Все, что я хотел узнать о Гарольде, — это, правда ли, что он считает форму важнее содержания?

— Ошибаешься. Ты именно хотел подчеркнуть, что в моем сериале куда меньше содержания, чем формы. И во мне в том числе… Иными словами, намекнул, что приз я могу получить только весьма сомнительным и нечестным способом, о котором мне не хотелось бы говорить вслух. А как происходит у вас, у мужчин?

— У каких таких мужчин? — оглянулся он. — В машине я один.

— Ну и тебя хватит для примера. Я ведь уже сказала: все мужчины — свиньи.

— Да, это еще тот аргумент. В этом случае очень странно и подозрительно, что ты так страстно целовала меня совсем недавно.

— Ничего подобного!

— Какая короткая у тебя память. Это же было сегодня утром.

— Специально для тупых повторяю в сотый раз: это была игра, — с жаром проговорила Эшли.