Рини Россель - Всё в твоих руках

Только что пережитое от его поцелуя блаженство продолжало разливаться по телу. У нее кружилась голова. Она слишком остро ощущала его присутствие: его запах, мучительный жар губ, эти притягивающие глаза, с любовью глядящие на нее.

– Вы хотели представить свою жену, – напомнил Фокси.

Иззи моргнула, выходя из ступора, в который ее поверг его мягкий взгляд.

– О да, Фокси, верно, – кивнул мистер Пэриш. – Мою жену зовут Изабел.

– Зовите меня Иззи, – вмешалась она, довольная, что губы могут еще произносить какие-то слова. Она одарила своего подставного супруга взглядом, в котором выразились разные чувства: злость, обида и уныние. – Козлику нравится мое уменьшительное имя, Иззи.

Его улыбка стала кривой от колкости, и, хотя она увидела упрек в его взгляде, было ясно, что другие ничего не заметили.

– А меня зовут Гейб Пэриш.

– Ах, верно! – Фокси щелкнул пальцами. – Слышал много хорошего о вас, приятель. Молодой гений рекламы из Нью-Йорка.

Гейб оторвал взгляд от Иззи.

– А я о вас, Фокси. Самый крутой рекламщик в Лос-Анджелесе.

– В Калифорнии, приятель, – поправил Фокси и громко захохотал. – Самый крутой рекламщик в Калифорнии.

– Поправку принимаю. – Взгляд Гейба скользнул к паре в синих костюмах. – А вас как зовут?

– Мистер и миссис Майлз, Хедда и Роджер Майлз. Из Чикаго. Агентство «Майлз и Ануин». – Мистер Майлз поправил галстук. Его движения были полны строгого, сдержанного благородства, но не выражали ни малейшего желания завязать дружбу.

– Я слышал о вашей фирме. У нее хорошая прочная репутация, – заметил Гейб.

Он все еще держал Иззи за руку. Пока говорил, переплел ее пальцы со своими.

– А как нам вас называть? – загремел в салоне голос Фокси. – Родж?

Роджер Майлз устремил близко поставленные глаза на Фокси. Хмыкнув тонким носом, он четко произнес:

– Роджер и Хедда.

Иззи внимательно рассматривала мистера и миссис Майлз. Они, очевидно, не собирались скрывать своей антипатии к конкуренту. Взглянув на своего вызывающего беспокойство мужа-самозванца, потом на его соперников по бизнесу, Иззи с тоской почувствовала, что полет, вероятно, будет наилегчайшим испытанием из тех, что выпадут на ее долю на предстоящей неделе.

Гейб лишь вполуха слушал болтовню Клаудии и Фокси. Верт сыпал именами знаменитостей, с которыми они дружат в Лос-Анджелесе. Гейб улыбался и кивал, где надо, прекрасно понимая, что они просто вешают лапшу на уши.

Он взглянул на Роджера Майлза, который своим традиционным синим костюмом, быстрыми движениями рук и зализанными седеющими волосами напоминал скорее специалиста из статуправления. Но Гейба не обманул его бесцветный облик – Роджер Майлз был хорошо известен в рекламном бизнесе. Он обладал умом и фантазией и получил львиную долю престижных призов.

В отличие от своих одаренных молодых конкурентов, Роджер проводил рекламные кампании традиционными методами. Они отличались последовательностью, вкусом и были весьма эффективны. Но главное заключалось не в этом. Роджер Майлз больше подходил Хьюго Руфусу по возрасту. Одно это нервировало Гейба, уже не говоря о славе Фокса Верта как самого лучшего рекламщика на Западном побережье. Пэриш не сомневался, что выдержать конкурс на этот раз будет трудно.

Его внимание привлекло движение сбоку, и он посмотрел на Иззи. Она скрестила ноги, один край юбки-саронга сполз и обнажил довольно большую часть бедра. Гейб не собирался глазеть, но почему-то не смог оторвать взгляд. До этой минуты его совсем не интересовали ноги Пибоди. Конечно, он их не особенно и видел. Может быть, лишь колено мельком, когда она садилась писать под диктовку. Она никогда не клала ногу на ногу в его присутствии, всегда сидела как маленький солдатик, выпрямив плечи и плотно поставив на пол ноги в удобных туфлях. Он никогда и не представлял, что Пибоди может класть ногу на ногу. Или даже вообще что у нее есть ноги.

И теперь, глядя на это незагорелое тело выше колена, он заметил, что стройная нога по-женски красиво очерчена. Интересно, делает ли она специальные упражнения? Он и представить себе не мог, что Пибоди занимается гимнастикой.

– Послушай, Гейб, приятель. О чем ты думаешь?

Услышав свое имя, он бросил взгляд на Фокси.

– Простите?

Калифорниец ухмыльнулся и многозначительно кивнул в сторону Иззи.

– Не можешь оторваться от нее ни мыслями, ни взглядом даже на секунду? – Он хмыкнул, выражая притворное неодобрение. – Старые женатики, как мы, не должны все время жаждать своих жен. Это создает браку плохую репутацию.

Иззи повернулась к Гейбу. Волосы у нее, как обычно, были заколоты сзади, но выглядела она по-другому. Лицо обрамляли воздушные пряди, придавая ее облику что-то неуловимое, притягательное. Вряд ли на лице ее была косметика, но оно тоже изменилось.

Гейб знал, что она злится на него, особенно из-за поцелуев. Он едва касался ее губ, но для такой строгой девушки, как Пибоди, даже это являлось чудовищным оскорблением личности. Без сомнения, она чувствовала себя оскорбленной. Но что делать? У него не было выбора. Разглядывая ее недоуменное лицо, он вынужден был признать, что сегодня она даже хорошенькая. Негодование прибавляло блеска ее глазам и привлекательного румянца щекам.

Как бы неловко она себя ни чувствовала, участвуя в этой затее, Гейб должен отдать ей должное. Она оказалась хорошим партнером. Улыбнувшись вполне искренне, он поднял ее пальцы и их кончиками потер свою щеку.

– Прости, Фокси, что отвлекся. Повтори, что ты сказал. Обещаю тебе свое полное внимание.

Гейб почувствовал, как напряглась Пибоди, когда ее пальцы дотронулись до его лица, но затем она растянула губы в игривой улыбке, прежде чем посмотреть на Фокси.

Светловолосый мужчина болтал о кинозвездах, с которыми он выходил в море на рыбалку. Иззи поменяла положение ног, и юбка закрыла ее бедро. И тут Гейб осознал, что он пожирал глазами ногу Пибоди. Вздрогнув, отвел взгляд.

«О Господи, Пэриш, – укорил он себя, – у тебя слишком давно не было женщины!»

Если бы его маленькая подставная жена-пуританка имела хоть малейшее представление о том, где были его мысли!..

Пятьдесят минут перелета на остров Спокойствия показались Иззи месяцем. К тому времени, когда из самолета стал виден пункт их назначения, она уже знала о Фокси и о Клаудии Верт все, что ей было нужно. У нее сводило скулы от постоянной вынужденной улыбки, но она знала, что это только начало.

Самолет сделал круг и подлетел к посадочной полосе. Разговоры прекратились, и пассажиры развернули кресла, чтобы посмотреть в иллюминаторы. Иззи заметила, что у северного берега острова возвышался вулкан, из которого поднимались клубы белого пушистого дыма.