Элли Десмонд - С любимыми не расставайтесь

Подобное положение не могло продолжаться вечно, и, когда Нику исполнилось два года, вконец издергавшаяся Летти взяла его в охапку и отправилась вместе с Эндрю в очередную поездку. Так началась кочевая жизнь малыша.

Разумеется, Летти понимала, что постоянная смена гостиниц не лучшие условия существования для ребенка, однако заговаривать об этом с Эндрю опасалась. Тем более что ответ был известен заранее: сиди дома и воспитывай сына.

Ник рос в атмосфере равнодушия. Его лишь кормили и одевали, но в остальном им никто толком не занимался, даже Летти, для которой на первом месте всегда был Эндрю. Поэтому неудивительно, что Ник рано почувствовал свою ненужность. На этой почве годам к пяти у него развился аутизм.

Последние месяца три мальчик жил в Рокки-Брук. Эндрю и Летти приехали с Ником в свой флигель, а потом, в очередной раз уезжая, словно забыли взять с собой ребенка. По слухам, на этом настоял Эндрю, которого раздражало, что мальчуган вечно путается под ногами. Правда, одно время Летти оставляла Ника в Хьюстоне, у своих родителей, но и там он не задержался. По всем меркам Ник был сложным ребенком, поэтому в конце концов Летти было сказано — мол, ты мать, вот и воспитывай свое чадо.

Собственно, она была не против, даже, наоборот, мечтала о спокойной жизни, крепкой семье, но Эндрю ни о чем таком даже и слышать не хотел. Ему требовалось общение с коллегами, ощущение пульса музыкальной жизни. И потом, Эндрю приходилось постоянно держать нос по ветру, чтобы не упустить потенциальную работу, которую так и норовили перехватить другие: конкуренция была высока.

Вот как получилось, что в последнее время Ник оказался на попечении Джима. Ну и Томаса, конечно, тоже. Когда Джим отсутствовал, мальчиком занимался Томас.

А сейчас кто-то должен был заняться самим Томасом. И получить Ника в придачу.

Бедняжка, все его отфутболивают друг другу, словно он не ребенок, а неодушевленная кукла, подумала Бетси, невольно испытав прилив сочувствия к Нику. Если так продолжится и дальше, ему никогда не выбраться из нынешнего состояния отстраненности.

Она знала, чем это грозит мальчику — перспективой очутиться в специализированном заведении для несовершеннолетних с неадекватным восприятием реальности.

Одним словом, ничего хорошего.

Похоже, к чему бы Эндрю ни прикоснутся, все выходит как-то наперекосяк, включая его собственную карьеру, подумала Бетси.

И вздохнула. Именно с Эндрю был связан инцидент, испортивший ее отношения с Джимом. Если бы не это, все, возможно, было бы по-другому…

Бетси тогда исполнилось девятнадцать, она окончила школу и отправила документы в колледж, готовивший учителей начальных классов. Был август, последний летний месяц перед началом занятий.

Мэри, мать Джима, еще была жива, Эндрю был ее мужем. У Бетси были с ним такие же хорошие отношения, как и с остальными обитателями поместья Рокки-Брук. Она даже сочувствовала тому, что Эндрю никак не удается устроиться в хороший джаз-банд. Впрочем, зная интерес Эндрю к девушкам и молодым женщинам, Бетси постаралась дать ему понять, что не собирается пускаться в подобные приключения, тем более с женатым человеком. Увидев, что она настроена серьезно, Эндрю оставил ее в покое, ведь и без того вокруг было полным-полно смазливых и, главное, покладистых девиц.

В тот день Бетси как обычно катила в Рокки-Брук на велосипеде. В прикрепленной к багажнику корзине лежали покупки, сделанные по заказу Мэри в аптеке и супермаркете Роузвилла. Примерно на полпути Бетси нагнал Эндрю, сидевший за рулем принадлежавшего Мэри открытого спортивного автомобиля.

— Ты к нам? — спросил он. — Забирайся в мой «ягуар», подвезу.

— Я ведь на велосипеде, — заметила Бетси.

— Ничего, мы положим его на заднее сиденье.

— Хм, не думаю, что Мэри пришла бы в восторг от подобной идеи.

— А! — махнул рукой Эндрю. — Она не узнает.

— Ну что ж…

Бетси спешилась, с помощью Эндрю уложила велосипед назад, а сама устроилась на соседнем с водительским сиденье, после чего они двинулись в путь. По дороге беседовали о том о сем, но Бетси заметила, что Эндрю как будто чем-то озабочен.

— Что-то случилось? — спросила она.

Тот поморщился.

— Так, мелочи жизни. — Немного помолчав, он сказал: — Понимаешь, у меня наметилась интрижка с одной местной красоткой, но я в тупике, не знаю, как быть.

— Вот как? — с интересом произнесла Бетси. — Она из Роузвилла? Кто такая?

Эндрю покосился на нее.

— О том же спросил меня Джим. Он случайно заметил нас издалека в Роузвилле, а потом устроил мне допрос. Я пока не сделал ничего предосудительного, поэтому легко признался бы, кто со мной был, но…

Он умолк, и Бетси нетерпеливо спросила:

— Что?

— Не могу! Потому что это дочка мэра, к которой, насколько мне известно, с недавних пор начал проявлять интерес сам Джим.

Бетси сразу сникла. Значит, Джим увлекся Салли Кримсон, дочкой мэра Роузвилла?

— Понятно… — Конечно, Салли красавица, уныло проплыло в ее мозгу. К тому же учится в университете. С ней, наверное, и разговаривать интереснее, чем со мной…

— Послушай, а может, ты меня выручишь? — вдруг произнес Эндрю.

Бетси безучастно посмотрела на него.

— Как?

— Ну… я мог бы сказать Джиму, что со мной была ты. Тем более что живешь ты в Роузвилле, тут особенно и изобретать нечего. Пусть Джим думает, что у меня было свидание с тобой, а не с его пассией. Так ему будет спокойнее. — Эндрю усмехнулся. — А то разволнуется, потеряет сон, аппетит, ну и вообще…

Немного подумав, Бетси согласилась помочь Эндрю. Она была влюблена в Джима и даже не такое сделала бы ради его спокойствия. Кроме того, Бетси показалось, что в словах Эндрю содержится изрядная доля здравого смысла. Новость о том, что Салли Кримсон встречается с Эндрю, причинит Джиму боль. В этом Бетси не сомневалась. И ей очень не хотелось, чтобы ее возлюбленный страдал, пусть даже в данном случае речь шла о другой девушке. Нет, что угодно, только избавить Джима от страданий. Ведь Бетси прекрасно известно, каково это, когда человек, о котором ты только и думаешь, не обращает на тебя внимания.

Разумеется, по прошествии времени она сообразила, каким наивным было ее тогдашнее стремление избавить Джима от душевных терзаний, однако в тот момент ей хотелось именно этого…

Джим поверил, что между Эндрю и Бетси существуют какие-то отношения. Узнав об этом, он очень рассердился. Вызвал Бетси в библиотеку, служившую также его кабинетом, и устроил такой разнос, что впору было лишь руками развести.

— Ты вхожа в этот дом! — ледяным тоном говорил он, испепеляя растерянную Бетси взглядом. — Тебе здесь доверяют! В конце концов, здесь работают твои ближайшие родственники — Фейт и Томас. А ты… — Джим на миг умолк, в горестном недоумении разглядывая Бетси. — Что с тобой случилось? Почему ты так себя повела? Эндрю ладно, он бегает за каждой юбкой, но ты-то, Бетси! Ведь прекрасно знаешь, как расстроится Мэри, если ей станет известно, что у тебя шашни с Эндрю. У тебя, которую она считает своим человеком! Ты хоть понимаешь, что твои действия как удар в спину. Даже хуже — как откровенное предательство!