Люси Гордон - Власть над непокорным

— Ничего, — быстро ответила она.

— Ты закрыла глаза, словно вспомнила что-то неприятное.

— У меня болит голова. Я не спала прошлой ночью.

— Скоро ты приедешь в новую квартиру и отдохнешь.

Квартира оказалась огромной. Высокие потолки, большие окна. Три спальни, включая хозяйскую. Мраморные полы, старинная мебель, бархатные шторы.

Повсюду царила красота и роскошь. Все было чисто, будто недавно здесь делали уборку.

— Агент поддерживает квартиру в порядке, — заметила она.

— Должен признаться, что это моя заслуга, — сообщил Винсенте. ― Я прислал сюда целую армию уборщиц.

— Могу я поинтересоваться, каким образом ты раздобыл ключи от этой квартиры?

— Этот вопрос может показаться мне не слишком любезным.

Она улыбнулась:

— Понятно. Агент поступал так, как ты ему приказывал. Мне следовало об этом догадаться.

— Ты так хорошо знаешь меня? — беспечно спросил он.

— Только не говори, что не собирал обо мне информацию. Я, правда, не понимаю, зачем ты это делал, если только...

— Что? — натянуто, осведомился он.

— Думаю, ты собираешь информацию обо всех людях, с которыми имеешь дело.

— Я бизнесмен до мозга костей. А разве ты не собирала обо мне сведений?

— Как знать...

Элиза посмотрела на него в упор, и ей показалось, что она лишила его самообладания.

— Скажи, я не нравлюсь тебе? — беспечно спросил он.

— Я еще не составила о тебе окончательного мнения. Полагаю, у тебя есть тайный умысел в отношении меня.

— Ну, я же говорил, что являюсь бизнесменом до мозга костей.

— А какую выгоду ты намерен получить от меня?

— Возможно, удовольствие узнать тебя лучше.

— И только?

— Хватит играть в эти игры. Я хочу узнать тебя лучше по многим причинам. Мы же не дети.

В его взгляде Элиза увидела вызов, что удивило и взволновало ее одновременно.

— Не считай меня расчетливым монстром. Я приказал убрать в этой квартире затем, чтобы тебе было уютнее.

— Спасибо. Я не хотела задеть твоих чувств. Не знаю, как долго задержусь здесь, но постараюсь полюбить эту квартиру, пока буду тут жить.

— Хорошо, тогда позволь мне сегодня развлечь тебя.

— Снова пойдем в ночной клуб?

— Нет, мы поужинаем здесь.

— Но я еще даже не знаю, где находится кухня, — запротестовала она.

— Я сам всем займусь.

— Ты еще и готовить умеешь?

— Скоро узнаешь. Сейчас я ухожу, а вечером вернусь.

Когда за Винсенте закрылась дверь, Элиза принялась медленно бродить по квартире, не в силах поверить, что вся эта роскошь принадлежит ей.

Винсенте упоминал о начале новой жизни, новой свободе, но Элизе было трудно представить себя в столь непривычном окружении.

Зевнув, Элиза отправилась в ванную. Приняв душ, она посмотрелась в огромное зеркало, висящее на стене, и вспомнила, какой была в то время, когда наслаждалась отношениями с молодым итальянцем. Немного полноватая девушка, с милым невинным личиком.

Теперь Элиза стала стройнее и красивее, ее глаза казались больше, а на полных губах играла насмешливая улыбка. При взгляде на нее любой мужчина сказал бы, что такая женщина создана для любви. Странно, но последние годы в ее жизни было все, кроме этого чувства.

На память ей пришли слова Винсенте о том, что он хочет узнать ее получше.

С самого начала между ними установилось непонятное притяжение. Даже сейчас при одном воспоминании о Винсенте у нее бешено заколотилось сердце.

Вытершись мягким полотенцем, Элиза устроилась на огромной кровати в хозяйской спальне, расслабилась и заснула.

А когда очнулась ото сна, то увидела сидящего на кровати Винсенте Фарнезе.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Странно, но присутствие Винсенте в спальне не удивило ее. Однако она никак не могла понять выражение его глаз.

— Ты давно здесь? — прошептала она.

— Всего пару минут. Я постучал в парадную дверь, но мне никто не ответил, поэтому пришлось открыть дверь своим ключом. Я оставлю его на столике возле кровати.

— Который час? — спросила Элиза.

— Уже восьмой.

— Я так долго спала?!

— Тебе нужно было выспаться. Я не хотел тебя будить.

Она натянула простыни до подбородка, боясь, что он увидит ее обнаженной.

— Не прячься, — проговорил Винсенте. — Тебе от меня не скрыться.

Почему он ничего не делает, а только пристально рассматривает ее? Элиза чувствовала, что сейчас сойдет с ума от охватившего ее возбуждения.

Внезапно он поднялся на ноги, произнес что-то, непонятное ей, и вышел за дверь.

Какое-то мгновение Элиза лежала на кровати, дрожа всем телом, потом заставила себя подняться.

Надев черные брюки и белую блузку, она причесала волосы и оставила их струиться по плечам.

Выйдя из спальни, Элиза услышала голоса, доносящиеся из кухни. Винсенте и какой-то молодой мужчина расставляли на столе контейнеры с продуктами. Подписав какой-то бланк, Винсенте отправил мужчину восвояси.

— А ты и вправду отменный повар! — усмехнулась Элиза.

— Не суди меня строго. Закуски приготовлены другими, а вот мясо я сделаю сам.

Элиза не поверила в кулинарные таланты Винсенте, однако он отлично состряпал молодую баранину под соусом из чеснока, розмарина и винного уксуса. Она предлагала ему свою помощь, но он только ответил:

— Если хочешь, накрой на стол.

Когда Элиза расставила тарелки, Винсенте сообщил, что принес ей мобильный телефон.

— Но у меня уже есть телефон.

— Это телефон с местной сим-картой, — объяснил он. — Я ввел в память телефона мои домашние и рабочие номера, а также номер адвоката, который по моей просьбе займется твоей квартирой.

— Спасибо, но я не осмелюсь звонить тебе на работу.

— Надеюсь, что все-таки позвонишь, когда тебе понадобится моя помощь.

Элиза взяла телефон, поскольку он оказался занятной вещицей со встроенными играми, к которым она питала слабость.

Винсенте подавал блюда, как настоящий официант.

Во время ужина они непринужденно беседовали. Винсенте рассказывал о своей фирме и дочерних компаниях во многих странах мира. Когда Элиза спросила его об одном из особняков, носящем название палаццо Марини, который видела в Интернете, он пожал плечами, и на его лице появилось унылое выражение.

— Этот особняк купил мой дед, чтобы показать, как он разбогател. Мой отец целиком отдавался работе, поэтому рано умер. Теперь управлять компанией пришла моя очередь. К счастью, я обладаю здоровьем деда.

— Ты восхищаешься им?

— Он был великим человеком, хотя, возможно, слишком много времени уделял работе. Однако он принес Италии много пользы.