Стелла Камерон - Лучшая месть

Этак, чего доброго, дойдет очередь и до скаутских песен!

— Дядя Даллас!

Он зажал рот ладонью и насторожил уши.

— Дядя Даллас, Волк тоже хочет мяса! Дерьмо-о!

Келхаун крикнул:

— Держи, Волк! — и что-то пролетело в свете от костра далеко во тьму. Собака ринулась следом.

Девчонка засмеялась. Тонким, хихикающим смехом. Девчоночьим смехом.

Вот проклятие, только этого не хватало! Как бы ему снова не ошибиться! Он-то надеялся припугнуть маленькую дрянь, чтобы Рей не пикнула и пошла с ним, куда велят.

И вряд ли Келхаун очертя голову бросится спасать очередную бабу. У него и так этих баб было без счета. А вот «дядя Даллас» может повести себя совсем иначе…

Он резко выпрямился. Это непременно нужно отметить. Пора вернуться к Блу — там всегда найдется выпивка и отличная травка. И пусть Блу подыщет для него маленькую телку с большими сиськами. На эту ночь он может позволить себе оторваться. А утром, когда ему станет полегче, можно будет все обдумать. И решить.

Завтра он вернется сюда.

Завтра он снова примется следить и ждать.

Завтра он будет готов сделать тот ход, который обеспечит его на всю оставшуюся жизнь.

Все, что ему для этого требовалось, — остаться наедине с девчонкой на пару секунд — так, чтобы никто не видел.

Глава 21

«Тайсон Лароуз, адвокат».

Эта медная табличка на стене возле дверей кабинета должна была бы вселять в него неизменную радость и гордость. Но сейчас он с удовольствием содрал бы ее, чтобы навсегда позабыть, кто он такой. Чтобы убраться отсюда подобру-поздорову. Убраться ко всем чертям.

И он бы так и сделал — если бы смог забрать Джоэлу с собой и быть уверенным, что накопил достаточно, чтобы она была довольна. Но он сам угробил свои мечты. Собственно говоря, они оба приложили к этому руку.

Когда он залез по уши в долги, чтобы заплатить за юридическое образование, то воображал, что его отец будет гордиться сыном, так решительно и самостоятельно строившим свое будущее.

И как он умудрился скатиться до того, чем стал сегодня?

Когда начался этот позорный путь вниз?

Тайсон не спускал глаз с таблички и последовательно проклинал про себя все решения, принятые им на этом пути. Потому что они оказались как на подбор одно другого хуже.

— Эй! — окликнула Джоэла, возникая рядом. — Очнись, Тайсон! У меня куча дел.

Куча дел!..

— Да, конечно. — Он поспешно отпер кабинет. У Джоэлы куча дел, но они его не касаются, и уж во всяком случае, она не собирается ничего с ним обсуждать. — Снова поедешь в город?

Она прошла перед ним в приемную.

— Обожаю бывать здесь днем в субботу. Как будто ты спрятался в магазине и остался там на ночь!

Он не спускал с нее глаз, караулил каждое движение.

Джоэла грациозно повернулась к нему лицом. Ее синие глаза оставались все такими же яркими, а густые светлые волосы сохранили все тот же медовый оттенок, что покорил Тайсона еще в школе.

— Эй, детка, что это с тобой? — Она с сердитой гримаской подошла поближе. — Ты заболел или как?

Еще чего! Он ошалело потряс головой.

— Просто прикидываю кое-что про себя. У меня сейчас большие расходы. Тебе много нужно?

Картинно спрятав ручки в карманы светло-голубых джинсов в обтяжку, Джоэла распахнула дверь из приемной в офис и вошла внутрь.

— Иди ко мне, — позвала она. — По-моему, оттянуться на пару минут никогда не помешает!

Тайсон с трудом подавил привычную вспышку возбуждения. Даже когда ему было совсем худо — вот как сейчас, — даже когда он чувствовал себя по уши в дерьме, Джоэла могла завести его с пол-оборота.

Все разваливалось прямо на глазах. А ведь он сделал все, чтобы выиграть! С самого начала он затеял это ради Джоэлы, потому что знал: смешать Фенси Келхаун с грязью для нее даже важнее, чем выиграть местный конкурс красоты. А еще ему хотелось утереть нос своему никчемному папаше, имевшему наглость всю жизнь смотреть на Тайсона свысока. Ну и конечно, ему хотелось выиграть ради самого себя, чтобы доказать всему свету, что он не менее крутой, чем Даллас Келхаун.

Почему же теперь ему так трудно найти повод продолжать борьбу?..

— Тайсон! Ты где застрял?

— Уже иду!

Даллас Келхаун, который мог бы быть ему просто братцем Далласом!

Нет, он не торопится сдаваться! Игра еще не закончена, еще много чего ждет впереди! Просто с этой минуты ему следует позабыть о чужих интересах и думать только о том, как удовлетворить себя, себя одного!

Если бы после того, как ее отец разорил ее деда и она осталась на нуле, Джоэла разными вздохами и намеками не дала понять, что нуждается в поддержке — и в его, услугах в постели, — разве он позволил бы себе так запутаться с Эвой и Фенси?

А теперь вообще трудно сказать, удастся ли ему когда-нибудь освободиться…

— Тайсон Лароуз, сию же минуту пошевели задницей и иди сюда!

Он вошел в кабинет и прикрыл за собой дверь.

— Сколько тебе нужно?

— Не гони волну, любовничек! Сперва я желаю иметь подробный отчет. Вокруг много чего творится, однако ты не шепнул мне ни словечка. Может, ты забыл, что я твоя жена? И нам положено всем делиться?

Она явно его подзуживала. Но он не поддался на уловку.

— Я ничего не рассказал тебе, потому что рассказывать особо не о чем. — Конечно, это было не совсем правдой, но если Тайсон станет выдавать новости не спеша, по частям, это подольше задержит Джоэлу в кабинете. А ему ужасно не хотелось оставаться сегодня одному. — Или, скорее, я просто не решился выложить все, что знаю. Не хотел тебя расстраивать по пустякам, милая.

Джоэла запустила ручку ему под рубашку, пощекотала грудь и живот, дотянулась до паха и слегка сжала пальцы.

— Расстраивать? А по-моему, это гораздо веселее, когда от пустяков ждешь подвоха!

Эта комната была полна видений. Тайсону повсюду мерещилась Фенси. А стоило усесться в кресло — и он вспоминал о том, чем занимался здесь с Эвой под холодным взглядом Картера.

— Ну, хорошо, — промямлил он, обойдя Джоэлу и направляясь к стенному сейфу. — Сколько тебе нужно? И если уж на то пошло — куда ты собралась? — Он старательно избегал смотреть ей в лицо и говорил нарочито небрежно.

— А кто сказал, что я куда-то собралась? Я узнала, что Эва Келхаун устраивает прием — вот и все! Это значит, что мне понадобится новое платье. Ты же не захочешь, чтобы твоя жена оказалась самой оборванной красавицей на балу, правда?

— Вот уж не думал, что Эва так скоро решится устроить прием. — Он открыл дверцу бара, выдвинул вперед зеркальную заднюю стенку и торопливо набрал код сейфа. — Но я всегда рад полюбоваться тобой в новом платье!