Кристина Дорсей - Сердце в небесах

Права ли Энни? Действительно ли он любит Рэчел? Боится ли, что сказанное ей окажется правдой?

За поворотом дороги Логан увидел громыхающий впереди дилижанс и пришпорил своего жеребца. Когда она окажется в безопасности, тогда у него будет достаточно времени, чтобы анализировать свои чувства.

Вознице, мрачному детине с зияющей дырой на месте передних зубов, похоже, вовсе не хотелось останавливаться. Но его напарник рад был воспользоваться представившейся возможностью облегчиться на обочине.

— Мне надо поговорить с одной из ваших пассажирок, — спешиваясь, сказал Логан.

— Только одна и есть.

— Подойдет. — Логан рванул дверцу и оказался лицом к лицу с разъяренной Рэчел.

— Что вы здесь делаете?

— По-моему, это очевидно. — Он залез внутрь и плюхнулся на сиденье рядом с ней. — Что до меня, то лучший вопрос, который я могу придумать, — куда вы направляетесь, черт побери?

Она скрестила руки и выставила вперед подбородок с таким видом, который кого угодно мог бы вывести из себя. Логан так ей и сказал.

— Мне кое-что необходимо сделать, — наконец сказала она. — И вы можете не беспокоиться. — Ее голубые глаза задержались на его лице. — Я не собираюсь вас оставить. Очевидно, как я ни старалась, моя задача по спасению вашей жизни еще не выполнена. Я вернусь к вам.

— Какая радость.

Она была раздражена его саркастичным тоном.

— Если вы так хотите от меня избавиться, зачем вы за мной погнались?

— Потому что я чувствую себя ответственным, черт побери. — Логан услышал бормотание двух приятелей на дороге и понизил голос. — Я не могу допустить, чтобы вы носились по всей округе как…

— Сумасшедшая? — Она посмотрела на него в упор. — Я знаю, что вы так думаете. И этот глупый доктор тоже так думает, иначе зачем бы он что-то подсыпал мне в чай?

— Он просто заботился о вашем здоровье. — Логан сам этому не поверил, когда вспомнил настоятельный совет доктора поместить Рэчел в дом для душевнобольных.

— Логан, — вздохнула она, наклоняясь к нему, — я знаю, как вы отнесетесь к тому, что я скажу. Но мне ничто не угрожает. Я не могу умереть…

— Я поеду с вами. — Что?

— Вы слышали, что я сказал. Если вы намерены продолжить эту дурацкую поездку, я буду вас сопровождать.

— Но…

— Я не собираюсь это обсуждать, — С этими словами Логан выпрыгнул из дилижанса и привязал свою лошадь сзади. Нескольких слов и монеты оказалось достаточно, чтобы утихомирить возражения хотя и не уменьшить недовольство возницы.

Усевшись рядом с ней, Логан поднял руки, заранее отмахиваясь от всего, что она могла бы сказать.

— Я, видно, устал. Наверное, от недостатка сна и волнений. — Он уронил небритый подбородок на грудь и закрыл глаза. Через несколько мгновений, открыв один глаз, он спросил:

— Полагаю, сейчас вы от меня не сбежите?

— Зачем бы мне это делать?

— И вправду, зачем? — уже засыпая, пробормотал он.

Им потребовалось три дня — три дня под непрекращающимся дождем, — чтобы догнать кавалькаду герцога. И то это удалось лишь потому, что из-за разлившейся реки паромщик у Головы Негра отказался перевозить карету. Так что ближайшая гостиница была забита путешественниками, ожидавшими возможности переправиться в Уиллингтон. Вообще-то гостиница оказалась забита, потому что герцогу предоставили две комнаты — гостиную и спальню, а остальные места заняла его многочисленная прислуга.

Как только почтовый дилижанс остановился рядом с конюшней и Рэчел увидела блестящую черную карету с гербом на дверцах, она устремилась к выходу. Если бы Логан не схватил ее за руку, она соскочила бы на землю, не дожидаясь, пока возница откинет ступеньки.

— Пустите меня, он здесь, — сказала она, поворачиваясь и яростно глядя на него.

— Мы вместе пойдем к нему.

— Вам совершенно ни к чему там быть. Я вам говорила, на что способен лорд Бингам.

— Именно поэтому мне и необходимо быть там. — Логан слушал не перебивая, когда она снова рассказывала ему о том, что случилось с ее подругой и возлюбленным подруги. Он сидел сцепив пальцы, слушая, что было дальше. Ее смерть. Свет. Ангелы.

И он поверил… поверил в то, во что она сама верила, каждому сказанному ею слову.

— Я не собираюсь ждать, пока мы поедим.

— Ну, я и не думал, что собираетесь. Но все равно мы сначала поедим. — Логан заказал для них ветчину, тушенную с рисом, и откинулся на потемневшую от дыма обшитую деревом стену.

— Если бы я знала, что вы будете таким деспотом, ни за что не позволила бы вам меня сопровождать. — Рэчел со вздохом скрестила руки на груди и отвернулась, так что ему был виден только ее профиль, и тут же быстро повернулась, услышав его смех. — Не понимаю, что тут смешного.

— Простите, — сказал он, блеснув улыбкой, в которой не было и тени раскаяния. — И это вы-то выставляете меня деспотом?

— Почему бы и нет? — Рэчел широко раскрыла глаза. — Не хотите ли вы сказать, что я…

Рэчел не докончила фразу, потому что в этот момент у лестницы возникла какая-то суматоха. Не успел Логан подняться со стоявшей у стены скамьи, как Рэчел уже вскочила на ноги и направилась к лестнице.

— Проклятие! — Логан бросился за ней, но успел только мельком увидеть скрывшееся за двумя крепкими спинами платье.

Герцога сразу можно было узнать. Он стоял на ступенях с высокомерным и напыщенным видом — именно таким Логан его себе и представлял, — отдавая распоряжения слугам низким хриплым голосом. По-видимому, он намеревался немного поохотиться, чтобы развеять невыносимую скуку от пребывания в этой отвратительной лачуге, как объявил он всему залу. Во всяком случае, он был облачен в отделанный вышивкой костюм для верховой езды, а на напудренном парике безупречно сидела шляпа с перьями, поэтому, когда женский голос выкрикнул: «Убийца!» — он только чуть вздернул бровь.

К этому времени Логану удалось протиснуться сквозь толпу слуг и охрану и схватить Рэчел за руку. Она извивалась, пытаясь вырваться, и снова бросила свое обвинение. На этот раз герцог соблаговолил его услышать. Он уставился в толпу своими холодными серыми глазами.

— Да, лорд Бингам, я обвиняю вас в убийстве! Вы убили свою жену Элизабет. И сэра Джеффри. И хотя это скорее всего не входило в ваши намерения, вы виноваты в смерти леди Рэчел Эллиот.

— Что за ничтожество осмеливается так разговаривать с герцогом Бингамом?

Рэчел выступила вперед. Логан судорожно вдохнул и последовал за ней.

— Я осмеливаюсь, милорд. — Рэчел вздернула подбородок. — Всмотритесь хорошенько, и вы меня узнаете. И поймете, что я не позволю вам избежать наказания.

Лестницу освещал только огонек подвешенного к потолку фонаря, но Логан готов был поклясться, что заметил промелькнувшую искру удивления в жестких глазах герцога. Но если это и было, то через мгновение исчезло, и удивление сменилось ледяным презрением.