Труди Пактер - Экранные поцелуи

— И как, по-твоему, я могу это сделать? — спросил он. — Я ведь не мафия и не могу запугать ее пытками или убийством. Эта женщина — независимый агент. Она может работать, как найдет нужным и где найдет нужным.

— Это ты так думаешь. На самом деле не так уж она свободна. Я тут провела небольшое расследование и убедилась в этом. Жизель Паскаль — своего рода сводня. Успех ее бизнеса целиком зависит от доброй воли жителей города. Если все сразу перестанут с ней разговаривать, ее бизнесу конец.

Дэн сделал большой глоток виски.

— Ты предлагаешь мне внести Жизель Паскаль в черный список?

В первый раз за весь вечер Карла улыбнулась:

— А ты неплохо меня понимаешь. Именно это я имела в виду. Если ее бизнесу в Лос-Анджелесе придет конец, ей останется только уехать. Как она сможет здесь жить?

Дэн встал, подошел к окну. Отсюда просматривались и плавательные бассейны, и теннисные корты, и даже очертания конюшен. Ему придется обойтись либо без всего этого, либо без Жизель.

— Я не могу своими собственными руками погубить Жизель Паскаль. Не такой я подонок.

— Хорошо, я облегчу тебе задачу. Сделаю это за тебя. Мое слово здесь имеет не меньший вес, чем твое. Если же ты против — тогда развод.

Вот это слово — развод — и вызвало головную боль, которая началась вчера вечером, продолжалась всю ночь и не утихла даже наутро. Он пришел с ней на работу. Сейчас, глотая принесенный секретаршей бафферин, Кейзер молил Бога, чтобы боль прекратилась. Однако знал, что она не прекратится до тех пор, пока Карла не прекратит разговоры о разводе.

Телефонный звонок прервал его мысли. Он с облегчением увидел, что звонит служебный аппарат, а не личный. Сейчас ему вовсе не хотелось общаться ни с женой, ни с любовницей.

«На проводе Милтон Гаррисон из „Пан видео“, — сообщила секретарша. — Соединить?» Мысли Кейзера заметались. Милтон Гаррисон, главный держатель акций корпорации телевизионных фильмов, никогда не был его близким приятелем. Они, конечно, знали друг друга, но никаких общих дел не вели и даже на заседаниях комитетов ни разу не встречались. Почему же Гаррисон звонит ему сейчас?

Кейзер моментально принял решение:

— Скажите Милтону, что я на совещании и позвоню ему минут через десять, когда оно закончится. А сейчас срочно вызовите ко мне Майка Лэндера.

В ожидании Лэндера Кейзер попытался припомнить все, что знал о Милтоне Гаррисоне. Ему сейчас, должно быть, за шестьдесят, не меньше. Хотя, конечно, выглядит он намного моложе. Милтон Гаррисон из тех, кто носит свой возраст, как другие носят одежду, — с элегантностью. Высокий, больше шести футов, с сединой стального цвета и резко очерченными чертами лица, он, безусловно, красив, но неброской, некричащей красотой. А его улыбка всегда казалась олицетворением надежных денег и старой школы.

Думая о магнате телеиндустрии Милтоне Гаррисоне, Кейзер с трудом подавил чувство обиды. В этой жизни милтонам гаррисонам все дается легко. В то время как он, Кейзер, пробивал себе дорогу из Бронкса, Гаррисон спокойно ходил в колледж, учился быть джентльменом.

Дэн вспомнил годы своей юности, когда он работал младшим клерком в крупной юридической фирме. Ниже той должности, которую занимал он, на фирме не было. Мальчик на побегушках. А как еще мог он заработать на жизнь и обучиться ремеслу?

У Милтона Гаррисона в жизни все обстояло иначе. На телевидении ему не пришлось обивать пороги в поисках работы. Его отец хорошо знал председателя совета директоров, и юному Милтону сразу предоставили место, с которого можно было удобно и с достоинством подниматься по служебной лестнице. Размышляя о продвижении Милтона в телевизионных джунглях и о его достоинстве, Кейзер улыбался. В конце концов, вовсе не достоинство вывело Милтона наверх, а решительность и непреклонность на заседаниях совета директоров. Внешне Милтон Гаррисон выглядел истинным джентльменом с Восточного побережья, однако под идеально сшитым костюмом скрывался матерый хищник. В конечном счете, между его тактикой и действиями Кейзера вряд ли существовала большая разница. Оба они знали, куда всадить нож. Оба не особенно переживали, если на пути к успеху приходилось кем-то пожертвовать.

Конечно, Милтон Гаррисон позвонил только потому, что ему что-то нужно. В этом Кейзер не сомневался. Вопрос: что именно? Дэн безуспешно напрягал память. Может быть, Майк Лэндер что-нибудь откопает. В конце концов, за это ему и платят.

В этот момент, как будто услышав его мысли, в дверях появился сам Майк Лэндер, худощавый, застенчивый человек. Шаркая ногами, приблизился к столу босса.

— Вы что-то хотите узнать?

— Да. Мне только что позвонил Милтон Гаррисон. Не могу понять зачем. Нужно попытаться это вычислить, и побыстрее. Как обстоят дела у «Пан видео»? Кто там с кем воюет в совете директоров? Так ли хорошо идут дела у Милтона, как кажется? Нет ли каких-нибудь проблем с деньгами?

Вопросы звучали, как орудийные залпы. Однако Лэндер и глазом не моргнул. Он уже привык к такого рода допросам. За это ему и платят полмиллиона долларов.

Официально Майк Лэндер числился в студии специалистом по корпоративным связям — вполне безобидное название, означавшее столь же безобидную должность. На самом же деле он был вовсе не такой простак, каким казался. Его неофициальная роль, о которой никто в студии и не знал, заключалась в шпионаже. Майк Лэндер добывал информацию для студии «Магнум», а вернее, для Дэна Кейзера.

Кейзеру необходимо было знать, что делается у соперников и конкурентов. Причем знать то, что обычно не публикуется в официальных отчетах. Его интересовали события, происходящие за закрытыми дверями. Для этого и существовал Майк Лэндер.

В течение десяти минут он выдал боссу краткую, но исчерпывающую информацию по «Пан видео». Сообщил, о чем говорилось на двух последних заседаниях совета директоров, назвал людей, намеченных на повышение в ближайшее время, и других — приговоренных к увольнению. Охарактеризовал производственный план и весь персонал и даже назвал цифру ссуды, взятой в банке.

— Все это очень интересно, но не то, что мне нужно. Из ваших слов ясно, что их дела в полном порядке. Конечно, случаются и взлеты, и падения, как в любой крупной корпорации, но в общем все нормально. Нет, у них наверняка должна быть какая-то проблема. О чем мог бы Милтон Гаррисон нас попросить?

Лэндер почесал в затылке и продолжил, не теряя терпения.

— К этому я как раз и подхожу. — Он перевел дыхание. — Проблема заключается в одном человеке. Его имя — Фил Кац. Точно не знаю, в чем дело. Толи он запил, то ли завел любовницу, то ли у него началось тихое помешательство, словом, по непонятным причинам парень сошел с катушек.