Керрелин Спаркс - Мужчина ее мечты

— Ты в порядке? — Он коснулся ее плеча. — У тебя колотится сердце.

Она отступила на шаг.

— Мне слишком дорого досталась свобода, чтобы от нее отказываться. — Отвернувшись, она направилась к дочери на кухню.

Он терял ее и не знал, как это поправить. Вампиры не привыкли, чтобы их отвергали. В старые времена, когда Жан-Люку хотелось крови, он прибегал к внушению. И интересующая его дама никогда не отвечала отказом.

Но он не хотел от Хизер крови. Он хотел от нее любви, и добиться этого оказалось куда сложнее. Чувство чести не позволяло ему применить внушение в столь важном деле. Он хотел, чтобы ее любовь была настоящей.

Старые проверенные методы соблазнения с Хизер не работали. У нее была работа, дом, семья. Она ценила свою независимость и по большому счету в нем не нуждалась.

Чем дальше она от него уходила, тем сильнее он к ней стремился. В последующие дни у него неоднократно возникало желание заманить ее к себе в спальню, заняться любовью и довести до умопомрачения. Еще он думал, не заняться ли с ней вампирским сексом, но и эту идею он отмел. Слишком плохо она отнеслась к тому, что он воздействовал на сознание ее бывшего мужа. А его игры с ее собственным сознанием тем более не оценит.

Таким образом, ничего другого не оставалось, как исполнять роль хорошего парня. Он всегда считал себя вполне приличным, и поэтому был немало удивлен, обнаружив, как много нужно еще над этим работать. Ему постоянно приходилось напоминать себе, что не стоит дразнить Хизер своими непристойными шутками. То и дело приходилось запрещать себе к ней прикасаться.

Она с головой ушла в работу, и он каждый вечер деловито оценивал ее дневные успехи. Давая вежливые советы, представлял тем временем, как с нее соскальзывают одежды. Искренне ободряя ее, рисовал в мыслях картину, как в дрожи оргазма она выкрикивает его имя.

К исходу недели в воображении Жан-Люка даже стала возникать картина, как ее красивое тело наливается созревающим в ее утробе ребенком. Его ребенком. Черт побери, он хотел начать с ней новую жизнь. Хотел быть ее мужем. А вся эта затея с хорошим парнем казалась полной чушью.

К пятнице Хизер была готова выть, но не знала почему. Жан-Люк вел себя вежливо и предупредительно. И даже не пытался к ней прикоснуться. К несчастью, он перестал поддразнивать ее и шутить. И больше не смотрел на нее так, как будто хотел проглотить. Неужели его любовь к ней остыла? Если так, то она правильно сделала, когда отошла в сторону.

Ее разозлило, что Жан-Люк превратил ее бывшего мужа в таракана.

Хизер вздохнула. Ей не хватало прежнего Жан-Люка.

В последние дни он стал совсем скучным. Даже Фиделия заметила разницу.

— Бедный Жан-Люк, — посетовала она. — Он утратил свой огонь. Ты должна помочь ему вернуть его.

— Как? — нерешительно спросила Хизер.

— Спустись вниз, в его спальню, и разденься, танцуя танго.

— Я не умею танцевать танго.

— Я всего лишь пытаюсь тебе помочь. Если ты не признаешься ему, что любишь, то можешь потерять. Ты хочешь потерять его?

Нет. Ответ сам собой возник в ее мозгу.

— Мне не хватает его. Не хватает наших веселых разговоров. Не хватает его поцелуев украдкой, его прикосновений. Не хватает настроения, которое он создавал.

Хизер загружала себя работой. К утру пятницы она закончила шить последний из трех нарядов. После обеда к ней на примерку пришли все три ее приятельницы-учительницы. К субботнему шоу все было готово. Двухнедельный период ее работы подошел к концу. Жан-Люк сказал, что она может оставаться у него, пока не отремонтируют для проживания ее дом. Как будто не хотел, чтобы она уходила. Да и сама Хизер не представляла, как оставит его и вернется к своей прежней жизни.

Йен, как обычно, в шесть часов впал в беспамятство. Бетани они заранее увели на кухню. Хизер объяснила ей, что Йен особенный, поэтому быстро взрослеет. Бетани, похоже, отнеслась к этому с пониманием, но заявила, что и она хочет побыстрее вырасти.

В начале восьмого появилась Саша. Альберто отчитал ее и сделал примерку платья, которое ей предстояло демонстрировать.

— Хизер, твои модели — просто фантастика! — Саша обняла ее. — Я так счастлива за тебя.

— Спасибо, — удивилась Хизер. — А ты знаешь, что все они предназначены для женщин двенадцатого размера?

— О да, знаю. Может, и я когда-нибудь их надену. — Расплывшись в улыбке, Саша закружилась. — Угадай почему? Я собираюсь уволиться. И снова начать нормально питаться.

— Вот это да! Поздравляю. Когда ты это решила?

— Когда влюбилась. — Саша прижала к сердцу ладони. — Я встретила его в Сан-Антонио. Он такой красивый. И богатый. И просто без ума от меня!

— Здорово! А когда мы с ним познакомимся?

— Скоро. Генри такой восхитительный. Ты полюбишь его. Как я. Можешь ты это себе представить? — Саша, пританцовывая, направилась к двери. — До завтра.

Вечером того же дня, когда вампиры проснулись, Симона и Инга надели свои платья и прошлись по подиуму, который сочли безобразным, но вполне приемлемым для работы.

Жан-Люк тем временем проверял, все ли готово. Манекены и витрины убрали в хранилище. По обе стороны от подиума расставили в два ряда белые складные стулья.

Жан-Люк подошел к Хизер и остановился.

— Твои платья готовы?

— Готовы. Днем сделала примерку на своих моделях.

— Хорошо. — Он прошелся до шелкового занавеса и обратно. — Ты очень старалась, раз успела сделать три платья за столь короткий срок.

— Спасибо.

Он снова прошелся вдоль подиума и, когда вернулся, бросил на Хизер сердитый взгляд.

— Я сейчас взорвусь.

Она захлопала ресницами.

— Прошу прощения.

— Больше не могу этого выносить.

Значило ли это, что он отвергал ее? Сердце Хизер тревожно застучало.

— Я сознаю, что ты нанял меня всего на две недели и мое время истекло.

— Я имел в виду не работу. Я имел в виду нас. — Он отошел от нее на несколько шагов, затем снова вернулся. — Я почти неделю не прикасался к тебе. И не знаю… как себя вести. Мне хочется схватить тебя и поцеловать, но боюсь, ты испугаешься. Я устал ждать действий со стороны Луи. И ты не можешь никуда уйти, пока я не избавлю тебя от него.

— Думаю, нам всем тяжко. Мы вынуждены находиться в замкнутом пространстве. Я тоже переживаю из-за будущего, но буду рада, когда все закончится.

— Когда все закончится, ты сможешь уйти. — Жан-Люк взъерошил свои темные кудри. — А на полную ставку ты согласишься работать?

Хизер от неожиданности раскрыла рот.

— Ты предлагаешь мне работу?

— Да. Я хочу запустить в производство кое-что из твоих разработок. Ты сможешь работать в Нью-Йорке или Париже. Я помогу тебе переехать.