После измены. Я больше не твоя - Оксана Барских

Но не это заставило меня оцепенеть. А то, что эта Ева поправляла моему мужу галстук. С таким лицом, словно делала это тысячу раз.

Я сглотнула и отбросила телефон подальше. Сжалась вся и зажмурилась, стараясь дышать чаще, глубже и ровнее.

Немного успокоившись, убедила себя не пороть горячку и позвонить мужу.

Гудки шли за гудками, я всё сильнее нервничала, а затем, когда по ту сторону наконец ответили, меня будто ударили под дых.

– Я вас слушаю, – раздался женский голос.

Я не аудиал, так что не узнала его, даже если и слышала, но чутье кричало, что это не просто посторонняя женщина ответила на телефон моего мужа, а Ева Ландау. Та, кто усиленно формирует образ Ника в сети, как одинокого холостяка, оставив меня за бортом.

Что бы муж не говорил и как бы не убеждал меня, что у него с Евой сугубо деловые отношения, а я чувствовала, что с ее стороны к нему был интерес, и нехилый. Иначе бы она вела себя по-другому. И уж точно не стала бы отвечать на звонки жены своего начальника.

– Никиту позови, – грубовато сказала я, не собираясь с ней церемониться.

Она ведь была хищницей. Покажешь слабость, и она решит, что может забрать твое по праву.

– А кто просит? – лениво отозвалась она, окончательно убедив меня в том, что она нацелилась на моего мужа и собралась присвоить его себе.

– Его жена! – процедила я, желая сейчас оказаться напротив этой дряни и залепить ей пощечину.

Мне было так плохо, что грудь ходила ходуном, и я боялась, что в любой момент сорвусь на слезы. Но не хотела, чтобы голос задрожал в самый неподходящую минуту.

– Он занят. Перезвоните позже.

– А…

Я даже сказать ничего не успела в ответ, как она сбросила звонок, как ни в чем не бывало. Даже не сделала вид, что ей было интересно, кто я. Она ведь не могла не знать, кто звонил Никите.

Я записана у него в телефоне, как “Любимая жена”. Двоякого трактования здесь быть не могло.

Несколько раз попытавшись дозвониться до мужа снова, вскоре я оставила эти попытки и прикрыла глаза. Сердце продолжало колотиться, словно мини-моторчик, и я сама не заметила, как уснула. Проснулась уже от звонка.

Ник соизволил мне перезвонить.

– Слушаю, – сухо ответила я, чувствуя себя уязвленной и оплеванной.

Чувство обиды на Ника никуда не делось, лишь усилилось, а уж когда он как ни в чем не бывало сразу перешел к делу, даже не попытавшись объясниться, я и вовсе вышла из себя.

– Что-то срочное, Марго?

Тон у него был такой обыденный и ровный, будто совсем недавно со мной по его телефону не говорила его подчиненная.

– Где ты был?

– В номере.

– Ничего не хочешь мне объяснить? – ядовито спросила я.

– Что опять? Еще не остыла?

Голос его звучал устало, и на секунду мне показалось, что сейчас стоило притормозить и обсудить всё спокойно, но в последние дни я была так взвинчена, что здравый смысл меня покинул.

– С каких это пор на твои звонки отвечают подчиненные, Ник? Что она делала в твоем номере?!

Ник промолчал. Воцарилась пауза, только наше дыхание в трубку.

– Я забыл свой телефон в переговорной, Марго, Ева его принесла. Она мне сказала, что ответила на твой звонок, чтобы успокоить тебя и сказать, что со мной всё в порядке. Ты снова за свое? Я же уже не раз сказал тебе, что ревновать тебе не к кому.

Я его не видела, но мне всё явственнее казалось, что сейчас он хмурился. Даже голос был мрачным и каким-то разочарованным, даже не злым. Что-то внутри меня сжалось, и мне бы остановиться, но вранье, которое Ландау скормила моему мужу, окончательно вывело меня из себя.

– Твоя Ева говорила со мной, как с какой-то бедной родственницей, а никак не женой. Допустим, я поверю, что ты забыл телефон, и она его тебе принесла, но как ты объяснишь очередную лживую статью про тебя и эту Ландау? Снова скажешь, что это всё слухи?

– Что за статья, Марго? Ева всё, что вредит имиджу, подчищает в сети, так что ты, наверное, прочла что-то первой, пока спецы не успели сработать. Не придумывай ничего лишнего, хорошо? Я приеду, и мы поговорим.

– Я ничего не придумываю, Ник! Неужели ты не видишь, что Ева делает всё, чтобы пробраться к тебе в трусы?

– Марго, я тебе уже говорил, что Ева… – начинает он холодно, а я разочарованно качаю головой.

– Помню. Для тебя она особо важная. Как ты там сказал? От нее и ее связей зависит, выиграешь ли ты выборы. Даже переспишь с ней ради должности?

Воцарилась тишина. Мне даже показалось, что что-то раскололось надвое.

– Если ты продолжишь в том же духе, не удивляйся потом, что все твои домыслы станут явью, Марго.

Мне будто нож между ребер вонзили. Даже дыхание перехватило, а легкие сжались, если это вообще возможно ощутить.

– Ты… серьезно? – выдохнула я, чувствуя, как к глазам подкатили предательские слезы.

Меня буквально трясло, и я, не сдержавшись, всхлипнула.

– Черт, Марго, – выругался Ник и тяжко выдохнул. – Не нужно нам обоим нервы мотать. Я всегда был верным, никогда не давал тебе повода. Разве что-то изменилось?

Ты. Ты изменился. Так и хотелось мне крикнуть, но я уже была глубоко обижена чисто по-женски.

– Я приеду, и мы с глазу на глаз поговорим. Я успокою твои страхи и какое-то время буду весь твой.

– Пока Ева разрешает, да?

– Марго, – предупреждающе протянул Ник, а я горько усмехнулась.

– Я ведь теперь для тебя на втором месте.

– Черт… Ну хочешь, я отменю всё и приеду раньше?

Вопрос уязвил меня сильнее.

– Не стоит, – глухо выдавила я из себя. – Продолжай уделять столько внимания и времени своей Ландау, сколько потребуется.

Я вернула ему его же слова перед отъездом и отключилась. Не было больше сил разговаривать с твердолобым и неверующим мужем, который не видел дальше собственного носа.

Глава 7

После душа я глянула на дисплей телефона и поджала губы. От Ника было десять пропущенных, но перезванивать я не стала. Боялась наговорить лишнего, о чем буду жалеть.

Я всегда была довольно вспыльчивой, но в