Развод и Дед Мороз в подарок (СИ) - Ада Линн

Телефон жутко тормозит, видео грузится с трудом, но я всё же нахожу информацию. Оказывается, нужно вставить ключ и повернуть в такое положение, при котором замок вынется.

Провернуть операцию выходит не с первого раза, но через какое-то время я всё же справляюсь. Вытаскиваю механизм. Теперь в моей двери зияет дыра.

Господи, надеюсь, я сумею вставить новый замок! Иначе останусь с открытой дверью.

Правда, дальше возникают сложности.

Новый замок никак не хочет вставать на место. Новое видео информирует, что замок должен попасть в какие-то пазы. У блогера даже видны эти пазы, а в моей двери их почему-то не видно.

– Возможно, вам придётся поискать пазы на ощупь, – говорит мужчина на видео.

Прекрасно! Великолепно!

Я вожусь уже битый час. Вынуть замок я вынула, а вот вставить не получается!

Наконец, мне показалось, что я нащупала верный путь, но замок вошёл до середины и застрял!

В раздражении я дёрнула со всей силы, вытащила его и шлёпнулась на пол попой.

В этот самый момент раздался стук и сквозь дыру в двери послышался голос:

– Тук-тук. Зачем вы ломаете себе замок?

Сердце замирает, когда я слышу бархатисто-рокочущие нотки викинга. Что он здесь делает?

Поднимаюсь с пола, потирая ушибленный копчик, и распахиваю дверь.

По ту сторону порога действительно стоит Исаев. Сегодня он явился в стильном чёрном пальто, под которым надет свитер с горлом. Графитовый цвет подчёркивает серые глаза викинга, делает их выразительнее.

– Здравствуйте, Владислав. Я не ломаю, а пытаюсь сменить замок самостоятельно.

– И как успехи? – мужчина с любопытством оглядывает разруху у входной двери.

На полу валяется мусор, который образовался во время моей битвы с новым замком, отвёртки, старый замок, пакетики, инструкции. Да и сама я…Мне становится жутко стыдно за свой растрёпанный вид.

Я стою перед этим идеальным мужчиной в коротеньких шортах и линялой футболке, которая настолько растянулась, что сползает с одного плеча.

Волосы я закрутила в баранку и подколола карандашом.

Видок, наверное, тот ещё!

– Пока я сумела только дыру в двери сделать, – машу рукой в сторону раскуроченного замка.

– Помощь нужна?

– Нужна. Только не знаю, чем благодарить вас.

– Начнём с того, что перейдём на «ты», – предлагает Исаев. – А ещё ты не станешь отказываться от подарка, который я принёс.

– Э-э-э…

Не знаю, что ответить на такой напор.

Мужчина тем временем втаскивает в квартиру самую настоящую ёлку. Живую, ароматную сосну. Позади меня раздаётся радостный визг.

– А-а-а! Ёлка-а-а!

Пока мы вели беседы, Катюша вышла из комнаты.

Я встречаю хитрый взгляд Исаева. На его губах бродит довольная улыбка.

У меня просто нет выбора.

– Даже если бы и хотела отказаться, то всё равно не могу, – вздыхаю я.

– Куда поставить? – интересуется мужчина, снимает обувь, помогая себе носками туфель. Свободной рукой освобождается от пальто.

Я помогаю повесить верхнюю одежду

– Идём, покажу!

Катя как метеор убегает в комнату, кружится, ищет место для дерева.

– Давай сюда, – со вздохом показываю на свободный угол, где в гордом одиночестве стоит гладильная доска. – Сейчас уберу.

– Я сам уберу, – останавливает меня Исаев. В прямом смысле останавливает. Перехватывает сильной рукой за талию и привлекает к себе. Прижимает к сильному телу. Меня окутывает мужской аромат табака и ванили. Я забываю, как дышать.

Одной рукой викинг держит ёлку, а второй – меня за талию. Наши взгляды встречаются. Сердце замирает, а потом ускоряет бег. В серых глазах воронкой закручивается шторм.

– Скажешь, куда отнести, – хрипловато произносит он.

– Хорошо. – Меня голос тоже подводит. Становится слабым, едва слышным.

Владислав не ослабляет руку, держит меня практически в объятиях, и я чувствую, как безбожно краснею.

Катюша тем временем крутится вокруг ёлки. Трогает иголки и умильно тараторит:

– Ты мой пушистик! Зеленука моя! Ай, да ты ещё и уколюка!

– Надо поставить ёлку, – говорю я, не в силах оторваться от штормового взгляда викинга.

– Надо, – соглашается он, но всё равно не отпускает.

Наваждение какое-то! Понимаю это умом, но тело решительно отказывается освобождаться. Оно кайфует от близости сильного мужчины.

– Что здесь происходит?!

От неожиданности я рывком освобождаюсь из объятий Исаева и вижу бывшего мужа, который стоит посреди комнаты, хмуря брови. Видимо, мы не услышали, как он вошёл в квартиру – замка-то на двери ведь нет.

Анатолий выглядит недовольным. Сложил руки на груди и хмурит брови, метая злобные взгляды.

– Аня, что это за мужик в нашей квартире?!

7

– Папа! – Катя, как и всегда, радостно бросается к отцу, но он жестом останавливает дочь.

– Погоди, Катя. У нас тут взрослый разговор.

Малышка останавливается как вкопанная. Губки дрожат, глаза увлажняются, она вот-вот заплачет. Катюша скучает по отцу, хотя он и не уделял ей внимания. Но хотя бы обнять ребёнка можно?

Да и с чего Толе так реагировать на мужчину в доме? Он мне вообще изменил, мы решили разойтись, я имею право приглашать кого угодно.

Однако, судя по всему, бывший пышет праведным гневом.

– Владислав Исаев, – викинг решает быть дружелюбным. – Я подрабатываю Дедом Морозом в паре с вашей супругой. Помогаю с ёлкой.

– И давно вы «в паре подрабатываете»? – язвит Толик. Выделяет слово «подрабатываете», делает на нём многозначительный акцент.

– Со вчерашнего дня, – ровным тоном отвечает Исаев.

– Катюша, пойдём в кухню. Я тебе налью молочка с печеньками, мультики там включу.

Быстро увожу дочь из комнаты. Незачем ей присутствовать при разборках взрослых людей, тем более видеть отца таким озлобленным.

Телевизор у нас только в кухне. Маленький, настенный. Толя настоял повестить его именно здесь, чтобы иметь возможность смотреть футбольные матчи по ночам, даже когда ребёнок спит.

Мне, конечно, это неудобно. Да и ребёнку тоже. Надо бы перенести его в зал, но некуда ставить. Нужна тумба, а это всё деньги… Даже если подержанную с рук купить.

Включаю дочери любимый мультик с поющим трактором всех цветов радуги и быстро согреваю молоко до комнатной температуры – благо у нас газовая плита, не надо ждать, пока разогреется.

Тороплюсь вернуться в комнату, чтобы предотвратить конфликт, но уже слишком поздно.

Когда я вхожу, то слышу следующий диалог:

– Хочешь, чтобы я поверил, что ты по-дружески купил ёлку для женщины, с которой познакомился только вчера? Я совсем идиот, по-твоему?!