Эдна Мир - Дядюшка из провинции

— Отлично, — согласился Дэвид, положив золотой кулон рядом с браслетом, и достал из кармана кредитную карточку.

Пока он расплачивался, задетая до глубины души Шерли смотрела в окно на несущиеся по улицам Нью-Йорка машины.

Ну почему судьба всегда так несправедлива к ней? Почему одним счастье сыплется, как из рога изобилия, а другие, как она, вечно прозябают в тени? Шарлотта с удовольствием заняла бы место под солнцем, но, видно, ей это не светит.

Вдруг на ее плечо легла теплая сильная мужская рука. Девушкой овладела сладкая истома от ласкового прикосновения пальцев Дэвида.

— Пошли, — сказал он, склонившись к уху Шарлотты.

Она издала какой-то неопределенный горловой звук и повернулась к «дяде».

Торопливо, словно спасаясь бегством от обуревавших их чувств, они вышли из шикарного магазина на вечернюю улицу.

Все было так же — тот же шум, та же суета и те же запахи, но настроение Шерли безнадежно испортилось.

Ничего не видя перед собой, она плелась рядом с Дэвидом по Пятьдесят седьмой улице. Погруженная в свои невеселые мысли, девушка не заметила, как он взял ее под руку и повел на Мэдисон-авеню. Шарлотта очнулась, лишь когда они подошли к небоскребу, где был известный ресторан.

— Может быть, выпьем? — стараясь говорить непринужденно, предложил Дэвид, увлекая за собой девушку сквозь стеклянную вращающуюся дверь. — Это будет прощальная выпивка. Завтра рано утром я улетаю обратно в Денвер.

— Что? — От неожиданности она остановилась посреди холла. Ведь Хелен говорила, что дядя Дэвид пробудет в Нью-Йорке три дня!

— Я закончил свои дела раньше, чем планировал, — объяснил он. — К тому же, меня ждет Чарлин, и, честно говоря, я тоже очень рад, что скоро увижу ее.

Превозмогая себя, Шарлотта справилась с охватившим ее чувством ревности. Как ни крути, а официально она была всего-навсего племянницей Дэвида Эллисона. Не могла же она ожидать, что он станет объясняться ей в любви.

— Конечно, — хрипло согласилась она. — Нам будет лучше, если ты завтра улетишь в свой Денвер.

— Пойдем, — произнес Дэвид, взял Шарлотту за руку и, придав своему лицу подчеркнуто веселое выражение, повел ее в красиво обставленный зал ресторана.

— Забудем печали, отметим наше родство. Я очень рад, что после столь долгого перерыва мы все-таки встретились. Думаю, что к нашей следующей встрече ты будешь уже заместителем директора какого-нибудь привилегированного женского колледжа.

«Вряд ли это когда-нибудь случится, мой дорогой», — с оттенком сарказма подумала Шарлотта.

— Да, наверное, — вслух проговорила она и попыталась улыбнуться.

Время пролетело незаметно. Все было буднично и просто: к столику подошел официант, они выпили и снова вышли на оживленную Мэдисон-авеню. На улице Дэвид и Шарлотта пристально посмотрели друг другу в глаза.

— Давай простимся здесь, — волнуясь, пробормотал мужчина. В его черных глазах горел страстный огонь, который проник в самое сердце Шерли и вызвал там настоящий пожар.

— Пусть у тебя все будет хорошо, моя радость, и вспоминай хоть иногда своего доброго старого дядю Дэвида.

— Обязательно, — только и смогла вымолвить девушка. В горле стоял ком, она была готова разрыдаться. Невыплаканные слезы душили ее.

— Я передам Гордону, что у него просто чудесная дочь, — продолжал Дэвид. — Он может тобой гордиться.

Какое дело было Шарлотте до мнения Гордона Эллисона! Словно во сне, она ощущала аромат хвойного одеколона Дэвида, чувствовала прикосновение его губ и объятие сильных рук на своих дрожащих плечах.

Дэвид что-то вложил ей в ладонь. Она машинально сжала в пальцах маленький пакет. Какую-то долю секунды мужчина прижимал Шерли к себе, потом разжал объятия и отступил.

— Желаю тебе огромного земного счастья, — тихо произнес он.

Дэвид круто повернулся и почти бегом устремился в самую гущу людского водоворота Мэдисон-авеню. Шарлотта тут же потеряла его из виду.

Хлынувшие из глаз слезы ослепили ее. Она же должна была рассказать Дэвиду всю правду. Девушка бросилась догонять его, но Дэвида и след простыл.

Разочарованная Шарлотта вернулась на Пятьдесят седьмую улицу.

— Эй. — Кто-то окликнул ее в тот момент, когда она собиралась переходить на другую сторону. Чья-то рука схватила Шерли за рукав плаща. Рядом стоял молодой чернокожий парень и что-то протягивал ей. — Вы только что обронили этот сверток, — сказал он.

— О, благодарю вас. — Шарлотта взяла маленький пакет и одарила парня дружеской улыбкой.

Тот усмехнулся, приложил два пальца к козырьку своей бейсболки и исчез в толпе.

Уже в метро Шарлотта достала из сумки пакетик, который был сделан из плотной бумаги нейтральных тонов. Шерли аккуратно развернула его и увидела коробочку с тисненной золотом монограммой «Тиффани». Девушка торопливо завернула коробочку и снова сунула ее в сумочку.

Всю дорогу она страшно боялась потерять дорогую вещицу. До боли сжав пальцами сумку, Шарлотта выбежала из метро, подлетела к своему подъезду и, не переводя дыхания, ввалилась в квартиру.

— За тобой что, черти гнались? — поинтересовалась Хелен, которая вольготно расположилась в любимом кресле Шарлотты.

Присутствие подруги не вызвало у Шерли особой радости.

— Черт бы тебя побрал! — набросилась она на нее. — Что тебе здесь нужно? У тебя что, нет своей квартиры?

— Есть, конечно, — ответила Хелен и попыталась поудобнее устроиться в кресле, что в ее положении удалось ей с очевидным трудом. — Но у тебя тут намного уютнее. Кроме того, я жду отчета о визите своего обожаемого дяди Дэвида.

Это был первый залп разыгравшейся канонады. Шарлотта подскочила к креслу, в котором сидела Хелен, и встала, возвышаясь над своей злосчастной подругой, подобно богине мести.

— Это самое паскудное предприятие из всех, в которые ты меня успела втравить, если не считать уик-энда, проведенного со Свеном Бальмином и устройства на работу в «Персонал лайт», — обрушилась Шарлотта на Хелен. — Мало того, что ты навязала мне на шею своего дядюшку, так еще и ввела его в заблуждение. Ты, оказывается, плохо разбираешься в своей собственной родне. Тот, кого ты мне описала — это твой дядя Сэмсон из Миннесоты. Дэвид лет на пятнадцать моложе и работает менеджером на заводе в Денвере.

— Ну, видишь, город-то я назвала правильно, — невозмутимо отозвалась Хелен. — Ты знаешь, у меня такая прорва родственников, что в них путается даже мой отец.

— И не только это, — продолжала бушевать Шарлотта. — Ты вообще все наврала. Ты — просто огромный мешок лжи. — Шарлотта развела руки, чтобы показать, сколько вранья умещается в Хелен. — Если уж подставляешь меня вместо себя, так хоть снабжай правдивой информацией.