Виктория Лайт - Рожденный для любви

Ладно, может быть, это злостная клевета, успокоил себя Джон Денвер-старший. Он вышел из спальни Джека, аккуратно притворив за собой дверь. Ему хотелось посоветоваться с Присциллой. Ее мудрость не раз выручала его и в более щекотливых ситуациях. Эх, надо было вначале с женой поговорить, а потом уже бежать к Джеку, подумал Денвер с запоздалым сожалением. Присси наверняка скажет, что я поторопился.

Сильвия вернулась поздно вечером, удивительно хорошенькая, с блестящими глазами и раскрасневшимися щечками. Она прильнула к мужу, который встретил ее в холле, и прошептала:

— Ты даже не представляешь себе, как же я соскучилась по тебе, дорогой...

Джек привычно обнял ее и даже коснулся губами пышных волос. Ни злости, ни ревности, ни обиды он в этот момент не чувствовал. Всего лишь за год горячо любимая женщина стала ему абсолютно чужой. Да и была ли это любовь? Ослепление красотой и живостью Сильвии, романтическая обстановка, собственное неразумное неопытное сердце, не знавшее еще ни сильной страсти, ни жгучего разочарования...

Джек вспомнил, как ревновал Сильвию к ее многочисленным поклонникам тогда, в Веллингтоне, когда он сам был еще только молчаливым обожателем. Он с ума сходил, когда она щедро раздаривала свои улыбки. А сейчас, когда она отдала другому мужчине нечто неизмеримо более ценное, душа его молчала. Она словно омертвела.

Что же ты сделала со мной, Сильвия? — с горечью подумал он. Ты напрочь лишила меня способности чувствовать...

А счастливая Сильвия терлась щекой о плечо мужа и вспоминала жаркие поцелуи Эрни. Как он не хотел ее отпускать! И как ей не хотелось уходить... Но не может же она к нему переселиться при живом муже! Она и так очень часто уходит из дома. Джек, конечно, добряк и души в ней не чает, но у него могут возникнуть подозрения. А не у него, так у кого-нибудь из домашних.

Бедняжка Джек! Сильвия покрепче прижалась к нему. Он даже не догадывается о том, что такое истинная страсть. Слишком скромный, слишком хорошо воспитанный... О, Эрни совсем другой. Он не боится ее шокировать, зато и доставляет ей настоящее удовольствие. Джек умер бы от стыда, если бы она попробовала проделать с ним что-нибудь из того, что они делают с Эрни...

— Ах, Джек, мы с Кэрри чудесно провели время! — воскликнула Сильвия, не в силах скрывать свою радость.

Ей так хотелось выплеснуть свой восторг, поделиться им с кем угодно, что молчать она не могла. Джек любит ее, пусть он будет счастлив вместе с ней! И, право, неважно, чем вызвано ее блаженное состояние...

Джек скривился. Даже если у него оставались какие-то сомнения, сейчас они развеялись без следа.

— Я рад, — ровно ответил он. — Но, кажется, ты говорила, что едешь к Линн Беркли.

Сильвия прикусила язык.

— Правда? — Она неискренне рассмеялась. — Я все перепутала! На самом деле я собиралась к Линн, но в последнюю минуту она позвонила мне и сказала, что никак не сможет приютить меня на ночь. К ней приехали какие-то гости, дальние родственники, свалились как снег на голову, и она была вынуждена отменить свое приглашение. Она ужасно переживала, бедняжка... Тогда я вспомнила о Кэрри, которая давно звала меня в гости...

Слишком многословно и фальшиво. Джек уже пожалел о своем вопросе. Ему были не нужны ее оправдания. А Сильвия снабжала его все новыми и новыми подробностями своего общения с Кэрри, чтобы у мужа не могло возникнуть и тени подозрения.

Джек терпеливо слушал, а наблюдавшая за ними со второго этажа Присцилла решила, что они помирились и между ними нет больше никаких недоразумений. Они были такой прелестной парой, Джек и Сильвия! Пусть девочка немного ветрена, но она так молода! И потом, Присцилла точно знала, что лишь Сильвия удерживает Джека дома. Ей очень не хотелось снова расставаться с сыном, и она молилась про себя, чтобы Сильвия образумилась, а Джек не наделал глупостей. Глядя на обнимающуюся пару и слыша веселое щебетание Сильвии, Присцилла вздохнула с облегчением. Пусть ее Джек будет счастлив...

Но если бы мать имела возможность видеть, что творится в сердце ее сына, она бы не была так спокойна. Потому что в тот самый момент, когда Присцилла с радостью удостоверилась в том, что у него и Сильвии все в порядке, Джек принял окончательное решение расстаться с женой.

— Нам нужно поговорить, Сильвия, — мягко сказал он и, обняв ее за плечи, чуть отстранил от себя.

— О чем? — кокетливо спросила она, и ее глаза заискрились радостью.

— Не здесь, — покачал головой Джек. — В спальне.

Сильвия торжествующе улыбнулась. Ей показалось, что она догадалась, о чем пойдет речь. Ее славный Джек соскучился по своей девочке и хочет побыстрее очутиться с ней наедине... О, у нее нет ни одной причины, чтобы быть с ним неласковой! В конце концов, разве не благодаря ему она познакомилась с Эрни?

Однако когда в спальне Сильвия с легким стоном повисла на шее у Джека, он довольно решительно расцепил ее руки и отошел к окну. Неприятное предчувствие охватило молодую женщину. Неужели случилось что-то серьезное?

— В чем дело, Джек? — спросила она, и против воли тревога прозвучала в ее голосе.

— Сегодня утром я получил анонимку, — отозвался он, не поворачиваясь к ней.

Сильвия прижала руки к груди. Такое начало ей очень не понравилось.

— Там сказано, что ты — любовница Эрни Макмилана, — продолжил он.

Сильвия вскрикнула и пошатнулась. Ее восторженное настроение моментально сменилось страхом.

— Какая чушь! — резко воскликнула она. — Людей, которые пишут подобную гадость, надо публично пороть!

Она подошла к туалетному столику и принялась снимать перчатки. Но ее руки дрожали, а перчатки сидели плотно, и Сильвия только щипала себя. Как хорошо, что Джек стоит к ней спиной и не видит ее волнения! Значит, она может собраться с мыслями и отстаивать свою невиновность. Сильвии не приходило в голову, что Джек отвернулся лишь для того, чтобы не видеть, как она будет нервничать, лгать и изворачиваться. Разочарований было с него достаточно.

— Да, анонимка — это некрасиво, — послушно согласился Джек, и Сильвия воспрянула духом.

Ах, как она могла быть так неосторожна! Позавчера она каталась с Эрни в его открытом автомобиле и позволяла целовать себя. А неделю назад уединилась с ним на вечеринке у Берты Ламовски... Положим, Джек слишком наивен, чтобы заметить что-нибудь, но ведь Чикаго не так велик, чтобы в нем можно было спрятаться от злых посторонних глаз. Тут полно людей, которые прекрасно знают и ее, и Эрни. Знают и не любят и хотят насолить...

— Просто позор, — энергично подтвердила она. — Надеюсь, ты предпримешь необходимые шаги, чтобы защитить свою жену от подобных оскорблений? Надо навсегда отучить этих негодяев трепать мое доброе имя!