Джулия Тиммон - Так задумано свыше

Ознакомительный фрагмент

На мое счастье, в эту минуту к музею подъехало другое такси.

— До ближайшего торгового центра, пожалуйста, — попросила я, сажая Дэнни на заднее сиденье и садясь рядом с ним.

— Понял, — без лишних вопросов ответил водитель.

Я уже надеялась, что успею справиться с непредвиденной трудностью самое большее за полчаса, а потом на всех парах помчусь в аэропорт. Не беда, даже если чуть-чуть опоздаю. Но такси вдруг остановилось. Я выглянула в окно. Ни светофоров, ни пешеходных дорожек. И недвижимое море машин впереди. Водитель со скучающим видом взял с соседнего сиденья газету и принялся ее листать.

Дэнни больше не плакал. Сидел с видом паиньки и доверительно держал меня за руку. Я боялась даже представить, что будет, если мы простоим на месте пусть даже минут пятнадцать.

— В чем дело? — Мой голос слегка дрожал и прозвучал так тихо, что водитель то ли вовсе не услышал вопроса, то ли решил, что я обращаюсь к ребенку. — Что случилось? — громче и легонько шлепая водителя по плечу, спросила я.

— Не могу знать, — не поворачиваясь и не убирая газету, невозмутимо отозвался он. — Может, где-то впереди авария, а может, обычная пробка. Теперь в Нью-Йорке такое случается даже не в часы пик.

— И долго мы будем здесь торчать? — Я уже чуть не плакала.

Таксист пожал плечами.

— Не имею понятия.

— Понимаете, я очень спешу! — взмолилась я.

— Сочувствую, но, к сожалению, ничем не могу помочь. — Он перевернул следующую страницу, сложил газету вдвое и углубился в чтение.

От отчаяния я чуть не разревелась, как потерявшийся Дэнни, но сумела взять себя в руки. Следовало действовать, бороться до последнего, а не распускать нюни.

— А далеко до торгового центра? — спросила я как можно более твердо, чтобы доказать прежде всего самой себе, что помехи мне не страшны и я в силах их преодолеть.

— Пешком минут двадцать, — безразлично ответил водитель. — А на метро — пять.

— А где ближайшая станция?

Не поднимая глаз от газеты, водитель указал рукой туда, где футах в тридцати виднелся знак метро. Я тотчас расплатилась, схватила Дэнни на руки, выскочила из машины и стала как можно расторопнее пробираться между другими автомобилями к тротуару.

У кассы метро из-за образовавшейся наверху пробки скопилась очередь, увидев которую, я чуть не вскрикнула. До торгового центра мы добрались лишь спустя четверть часа. Купив в детском отделе первые попавшиеся штанишки, я снова взяла Дэнни на руки и понеслась туда, где светилась вывеска — значок туалета.

Обновка оказалась Дэнни велика. Подворачивая штанины, я не выдержала и бесшумно заплакала. Заметив слезы на моих щеках, он наклонился и принялся заботливо вытирать их своими грязными маленькими ладошками. Растроганная, я вымучила улыбку.

— Давай-ка вымоем руки. Какая-нибудь минута погоды не сделает.

К этой минуте прибавилось еще десять, потом еще и еще. В торговом центре полицейских не оказалось, а отделение располагалось в соседнем квартале. Потеряв всякую надежду, заплаканная, промокшая под начавшимся дождем, еще и с ушибленным о косяк коленом, я прихрамывая вбежала в наш бар с опозданием в полтора часа.

Эдвина не было. Ни за тем столиком, за которым мы сидели накануне вечером, ни у окна, ни в дальнем конце зала. Совершенно опустошенная и потерянная, я тяжело опустилась на первый свободный стул и уставилась в одну точку на столе.

— Вам нехорошо? — прозвучал где-то надо мной обеспокоенный женский голос.

Я медленно подняла голову. У моего столика остановилась женщина средних лет в джинсах, спортивной куртке и с большой дорожной сумкой через плечо.

— Нет, все в порядке. Почему вы спрашиваете?

Незнакомка пожала плечами.

— У вас странный вид… И кровь.

Она кивнула куда-то вниз. Без особого интереса я проследила за ее взглядом. По моей ноге, из царапины на колене, змеились алые струйки. Я взяла со стола салфетку и хихикнув махнула рукой.

— Ерунда. Это я… ударилась.

Незнакомка кивнула, продолжая настороженно смотреть на меня и о чем-то раздумывая. Я было собралась вытереть кровь, но тут мне в голову пришла одна мысль, и я забыла про свою ногу.

— Вы здесь давно? — спросила я у женщины.

— Зашла выпить кофе. Около получаса назад.

— Вы случайно не видели тут молодого человека? — с вспыхнувшей в сердце слабой надеждой поинтересовалась я, приковывая к незнакомке молящий взгляд. — Он шатен, в темной вельветовой куртке… — Я осмотрелась по сторонам. Народу полный бар. Друг на друга почти никто не смотрел — в аэропорту все мысли лишь о дороге. — Впрочем… — Я заставила себя улыбнуться и закачала головой. — Если даже он приходил, вряд ли вы обратили на него внимание.

Незнакомка развела руками.

— Тут полбара шатенов.

Я кивнула.

— Да, конечно.

— Если нужно, я позову врача, — предложила она, вновь кивая на мое колено.

— Спасибо, не стоит, — ответила я.

В Лос-Анджелес я вернулась на следующий же день. А потом еще дважды летала в Нью-Йорк, не желая мириться с мыслью, что столь необычайная история ничем не закончилась. Но с Эдвином так больше и не встречалась.

3

Спрыгиваю с дивана так суматошно, что чуть не переворачиваю столик с кофейной чашкой. Хорошо, что он на колесиках и лишь отъезжает в сторону.

— Эдвин!.. Почему ты вдруг про него вспомнила? — Одним прыжком подскакиваю к подруге, хватаю ее за руки и поднимаю их к своей груди, словно для совместной молитвы.

Мэгги смотрит на меня, разинув рот от изумления.

— Эй, что это с тобой? За кого ты собралась замуж? Может, я неправильно тебя поняла?

Сознаю, что веду себя по отношению к Дугласу предательски, опускаю руки, разжимаю пальцы, освобождая Мэгги, и потупляюсь.

— Нет, все правильно. Я выхожу за своего парня, за Дугласа Рейлли.

— Даже имя которого нагоняет на тебя смертную тоску, — многозначительно и вполне справедливо замечает Мэгги.

Возвращаюсь на диван и обхватываю голову руками.

— Да нет, вовсе не тоску. Я добровольно согласилась быть его женой, и, думаю, правильно сделала. Только вот… — Безвольно опускаю руки, потом неожиданно для самой себя вдруг снова вскидываю их и опять вскакиваю. — Понимаешь, вчера, когда я вернулась домой…

— Ты вернулась домой? — изумленно переспрашивает Мэгги, перебивая меня. — Одна? Не осталась у Дугласа? В такой-то вечер!

Часто киваю и спешу оправдаться:

— Да, я знаю, что лучше было провести ночь с ним… Он этого хотел, просил меня…

Мэгги хмыкает.

— Еще бы!

— Но мне вдруг стало как-то не по себе, — тараторю я, отчаянно надеясь на понимание.