Фрэнсин Паскаль - Будь моей навсегда

—Слушай. Регина, — окликнула Джессика, сделав к пей несколько шагов и похлопав по плечу. — Где вы тут выпивку-то прячете?

Регина ошеломленно посмотрела на нее.

—Извини, — сказала  она  серьезным тоном, — но у нас вечер совсем не такого рода. Мои родители просто убили бы меня за это. Не могу ли я предложить тебе содовой воды? — она прошла к холодильнику, стоявшему за баром, и открыла дверцу. Спустя мгновение она встала. — Прошу прощения. Ты мне сказала, какой сорт ты хочешь?

Джессика сдержанно посмотрела на нее.

— Я вообще не сказала ни слова.

Регина наклонилась над стойкой бара и застенчиво улыбнулась.

— Я не была уверена, поскольку стояла к тебе спиной. Я, понимаешь ли, глухая.

Джессика с Карой были просто ошеломлены.

— Но ты же можешь понимать нас! — в конце концов сказала Кара.

— Да, — ответила Регина, передавая Каре легкий холодный напиток. — Я читаю по губам. И могу слышать определенные звуки, только они для меня совершенно бессмысленны. Мне это описывали как что-то вроде радио, которое не вполне настроено на волну.

— Бедняжка, — с предельной искренностью сказала Джессика. — Как это, должно быть, для тебя ужасно.

— Ну, это не так уж плохо, — сказала Реги­на. — в том смысле, что нельзя же горевать о том, чего у тебя никогда не было. Я глухая с рождения. И в этом есть свои преимущества. Я не должна слушать ни эти занудные лекции, ни рекламу по коммерческому телеканалу. Но есть, конечно, и невыгодные стороны. Я вот все время думала, не пригласить ли мне на этот вечер какой-нибудь оркестр, чтобы он поиграл тут... Ну, надеюсь, вы не огорчены.

—Да все в порядке, — отозвалась Кара. — Единственный приличный оркестр в наших краях — это группа под названием «Друиды», только они временно вышли из строя. — В ответ на непонимающий взгляд Регины Кара пояснила: — Их гитарист, Макс Делон, засажен за учебники до тех пор, пока не исправит свои отметки в школе.

—Нам придется обойтись записями моего брата.

Регина показала на контейнер рядом со стереопроигрывателем, в котором содержалось достаточно альбомов с пластинками, чтобы поддерживать работу какой-нибудь радиостанции этак полгодика. Похоже, Регина настолько спокойно относилась к своему дефекту, что Джессике в это почти не верилось. А потом вдруг ужасная мысль закралась в ее сознание.

—А Николас тоже глухой? — спросила она.

—Нет, я не глухой.

Джессика развернулась и впервые увидела жи­вое воплощение Адониса[2]. Как и Регине, Николасу Господь подарил черные волнистые волосы, которые он зачесывал назад, и они волнами ниспадали на плечи. А лицо его, от пронизывающих насквозь, глубоко посаженных изумрудно-зеленых глаз до ямочки на подбородке, должно было заставить любого мужчину-фотомодель просто сгореть от зависти.

Он подошел прямиком к Джессике и крепко пожал ей руку.

—С моей сестрой, я вижу, вы уже познакомились. А я Николас Морроу.

—Джессика Уэйкфилд.

Она метнула быстрый взгляд в сторону Кары, которая, правильно поняв ее сигнал, перекрыла Регине дорогу у бара, где они и продолжили свой разговор. Снова повернувшись к Николасу, Джессика искренне сказала:

—Надеюсь, вас не обидели мои слова? Просто я никогда раньше не встречала глухих... Ну вот и сорвалось с языка.

—Поверьте, я слышал вещи и похуже. Я рад, что вы искренни в своих чувствах. Многие люди просто бросаются прочь от Регины из-за ее глухоты.

—Она, по-моему, вполне неплохо с ней справляется, но все же, думаю, это ей дается нелегко.

—Моя сестра — человек очень стойкий, — с явной гордостью в голосе сказал Николас. — Когда она была маленькой, это и в самом деле было тяжело. Детишки, знаете ли, дразнили ееи все такое. И ей пришлось стать стойкой, чтобы выжить, и она этого добилась, научилась читать по губам и смогла как-то устроиться в том, что глухие называют «миром говорящих». Она посещала специальную школу, пока не дошла до последнего из младших классов. А потом она попросила наших родителей позволить ей ходить в обычную школу. Ну, мама была категорически против этого, но Регина твердо стояла на своем и победила.

Пока Николас говорил, Джессика внимательно изучала его. Нет, не просто физические черты делали его таким привлекательным, его главная притягательная сила шла изнутри. В нем ощущался дух интеллигентности, проявлявшийся в том, с какой уверенностью в себе он держался и говорил. В нем не было и намека на искусственное стремление оглушить собеседника доказательствами того, какой он богатый и красивый.

Николас мельком взглянул на Регину, внимательно наблюдавшую за губами Кары.

— В Бостоне у моей сестры все получалось просто здорово, — сказал он. — Надеюсь, что и здесь дела у нее пойдут так же замечательно.

—     Вы по-настоящему о ней заботитесь, да?

Николас посмотрел на Джессику и кивнул.

— Она на редкость особенная девушка.

—Тогда я первым делом, вот прямо в понедельник утром, прихвачу ее с собой и представлю всем нашим девушкам из «Пи Бета Альфа».

—А это еще что такое?

—Ну, это значит: «Пи Бета Альфа». Самый лучший женский клуб в школе Ласковой Долины. Я — президент и, немного поднатужившись, думаю, смогу добиться, чтобы Регину приняли к нам.

Джессика подняла взгляд на Николаса, ища его одобрения, однако лицо его было напряженным.

—Регина не нуждается в вашей жалости, Джессика, — сказал он и двинулся в сторону.