Уинифред Леннокс - Оглянись, я рядом...

Для Майкла ее смех прозвучал как лучшая на свете музыка. Он не отрывал от Сузан восторженного взгляда, на лице его блуждала глуповатая улыбка.

— Мне тоже с вами очень легко и весело, — произнес он, слегка запинаясь, из чего Сузан заключила, что ее многочисленные тосты оказались не напрасными: Майкла уже сейчас можно было брать голыми руками.

— Нам так легко вместе, потому что вы на редкость милый и приятный человек, — пустила она в ход примитивнейшую лесть.

Майкл, однако, заглотнул наживку:

— Ну что вы! Я сухарь. Живу только работой, не умею отдыхать и развлекаться.

— Не верю! — запротестовала Сузан. — Сегодняшний вечер убеждает меня в обратном. Вы прелесть, Майкл!

Она дотронулась кончиками пальцев до его руки, а он, неожиданно для себя, нежно сжал ее запястье.

— Почему вы никогда не бывали у нас прежде?

— Потому что я много лет жила в Париже.

— Вы француженка?! — почему-то обрадовался Майкл.

— Наполовину. Моя мать была француженкой. Но родилась я здесь, в Лондоне, и считаю Англию единственной своей родиной. В Париже моя жизнь не задалась…

Она осторожно пошевелила рукой, и Майкл с явным сожалением отпустил ее запястье.

— Да, я знаю. Джудит просила меня подыскать для вас работу. И я вам непременно помогу!

— Спасибо! — с жаром промолвила Сузан и теперь уже сама сжала его руку, приблизившись к нему якобы в порыве благодарности.

Белокурый завиток ее волос коснулся щеки Майкла. Он замер в сладостном блаженстве. А Сузан, не дождавшись от него ответного действия, придвинулась к нему еще ближе.

И тогда Майкл обнял ее. Губы их соприкоснулись сами собой, поцелуй вышел долгим и страстным.

Сузан, конечно, сразу догадалась, что сексуальный опыт Майкла не слишком богат, но она и предположить не могла, насколько этот взрослый женатый мужчина беспомощен и бездарен в постели. Как же они живут с Джудит столько лет? Как можно было до сих пор ничему не научиться?

Сузан с негодованием взглянула на Майкла, сладко посапывавшего рядом. Его пухлые, как у младенца, губы шевелились в такт дыханию, издавая тихий, но весьма неприятный звук, похожий на причмокивание.

Жалкий, убогий человек. И такие вот преуспевают в жизни, ворочают огромными капиталами! Все у них складывается прекрасно, все блага приходят к ним вовремя, в назначенный срок. У них, как правило, небогатая фантазия, но ее бывает достаточно для того, чтоб заполучить в жены красивую женщину и завести ласковую любовницу.

Майкла, впрочем, и на это не хватило. Джудит не уродка, но в ней нет шарма. Такой она была в юности, такой же, надо полагать, осталась и до сих пор, если довольствуется любовными утехами с Майклом.

Хотя не исключено, что с годами Джудит тоже стала расчетливой: Майкла терпит из-за денег, а утешение находит с каким-нибудь другим мужчиной. Не дура же она, в конце концов, и не деревяшка бесчувственная.

Сузан с теплотой подумала о своей подруге. В колледже она была единственной, к кому Сузан питала симпатию. Хорошо воспитанная, одаренная, приятная внешне. Но главное — искренняя, лишенная всяческого лицемерия, не завистливая и не склочная. На нее во всем можно было положиться. Ей можно было доверить самый сокровенный секрет и не опасаться, что завтра он станет известен всему свету.

Пожалуй, Джудит мешали ее чрезмерная правильность и щепетильность, но Сузан именно это в ней и ценила, потому что сама такими добродетелями не отличалась. Вот и сейчас она не видела никакого противоречия в том, что с нежностью думает о подруге, но при этом уже успела соблазнить ее мужа.

Майкл шумно перевернулся на другой бок и, внезапно открыв глаза, с недоуменным видом уставился на блондинку, лежавшую рядом с ним в постели.

— Что? Не узнаешь? — игриво промолвила та. — Я Сузан.

— Су-узан!.. — пролепетал Майкл и потянулся к ней, пытаясь заключить в объятия.

Она, несмотря на отвращение к этому великовозрастному увальню, так и не научившемуся обращаться с женщинами, противиться не стала.

— За тобой должок, — сказала она, кокетливо погрозив ему пальчиком. — Ты нехороший мальчик: сам, счастливый, уснул, а я тут всю ночь маялась.

— Прости, пожалуйста. Ты меня просто ошеломила… — пробормотал пристыженный Майкл, робко прикасаясь к щеке Сузан.

— Да разве на тебя можно обижаться? Ты такой милый, такой нежный, — беззастенчиво врала она, осыпая Майкла жаркими поцелуями. — Я с первого мгновения поняла, что встретила мужчину, о котором мечтала всю жизнь!

Сузан нисколько не смущало то, что она говорила откровенные пошлости. Наоборот, в данном случае это было не просто уместно, но и необходимо. Следовало и дальше внушать Майклу, что он допустил супружескую измену не по глупости, не по пьянке, а под влиянием момента, поддавшись внезапно вспыхнувшей большой и чистой любви, причем любви взаимной.

Накануне Сузан уже сделала все, чтобы Майкл был уверен: не она его соблазнила, а он сам не удержался от нахлынувших на него чувств. Когда они оказались в спальне, полностью отдала инициативу в руки Майкла, позволив тому продемонстрировать его весьма скромные возможности.

Сузан это вытерпела, и теперь у нее были все основания действовать активнее, объясняя невесть откуда взявшуюся пылкость возвышенным чувством любви, о которой она сейчас и твердила Майклу. Он же, совсем ошалевший от ее изощренных ласк, только иногда мычал в ответ да издавал сладостные стоны.

А Сузан продолжала гнуть свое:

— Ты чувствуешь, что мы одно целое? Не представляю, как я могла жить без тебя до сих пор!

— И я… — выдохнул Майкл, впервые произнеся что-то членораздельное.

Сузан одобрительно улыбнулась. Майкл же, вдохновленный этой улыбкой, изо всех сил старался соответствовать тем эпитетам, которыми щедро одаривала его красотка: сильный, нежный, страстный…

Вообще-то она затеяла эту игру с Майклом сначала просто из озорства. А затем, когда он клюнул, сообразила, что сможет легко выкачивать из него деньги, в которых она сейчас остро нуждалась. Но разве плохо, если Майкл заодно будет удовлетворять и другие ее потребности?

Вот только бы он — простак и честный семьянин — не испугался своей нечаянной измены и не отрекся от нее. В этом случае, разумеется, можно прибегнуть к шантажу, но не хотелось бы. Надо все уладить полюбовно.

И еще — надо научить Майкла, как он должен вести себя с женой, чтобы ненароком не проболтаться ей о своих приключениях на стороне.

Утром, как и ожидала Сузан, для Майкла наступило отрезвление. Что он натворил? Как теперь посмотрит в глаза Джудит? Что скажет ей?