Сара Роуз - Две жизни Николь

— Я ищу работу. Вам не требуются работники?..

— Одну минуту, — проговорила девушка и взялась за телефон. — Миссис Энвар, тут к вам пришли насчет работы… Девушка… — Она кинула оценивающий взгляд в сторону Анны.

Анна Покэ стояла ни жива ни мертва. Внутреннее напряжение росло с каждой минутой. Она ловила каждое слово, сказанное девушкой, и по выражению ее лица пыталась определить, что ей отвечают. Но лицо девушки не выражало никаких эмоций. И Анна застыла в ожидании, напружинилась, как тигрица перед прыжком. Напряжение было огромным.

Ей так нужна была работа.

Любая работа.

Она уже готова была мыть полы или посуду.

Ее положение было безвыходным.

— Пожалуйста, спуститесь вниз вот по той лестнице, — наконец изрекла девушка, когда закончила разговаривать, показала рукой направление и объяснила: — Там находится кабинет нашей хозяйки миссис Энвар. Она хочет с вами поговорить.

Анна поблагодарила и под любопытным взглядом девушки начала спускаться вниз. Она волновалась безумно. Да еще этот идиотский, назойливый взгляд, который она чувствовала затылком… В душе она уже даже принялась ругать себя за то, что зашла сюда.

Но уже зашла.

Сердце колотилось, словно сошло с ума. Ноги от неописуемого тупого страха так и подкашивались. Анне вдруг захотелось вернуться, но…

Дальше было как в плохом кино. Анна Покэ оступилась, зацепившись каблуком за ступеньку, потеряла равновесие и с грохотом, просчитав собственным телом оставшиеся ступени, ввалилась прямо в кабинет Николь Энвар.

Пока Анна летела вверх тормашками, она все же сумела заметить респектабельную, немного полноватую, со вкусом одетую молодую женщину, сидевшую за столом и что-то правившую на компьютере. В эту минуту Анна готова была провалиться сквозь землю от мучительного стыда. Ей хотелось бежать отсюда без оглядки. Она уже видела, с каким позором ее выпроваживают из кабинета.

Миссис Энвар оторвала взгляд от монитора и заинтересованно уставилась на пол, на котором лежала распростертая, перепуганная девушка. Анна, поймав ее взгляд, попыталась подняться, но ее словно парализовало от беспомощности и дикой нелепости ситуации, в которую она попала.

Анна Покэ сильно ушибла колено, но, не обращая внимания на ноющую боль и моментально образовавшийся огромный синяк, тупо вращала головой в поисках туфли, слетевшей с ноги. Прическа ее растрепалась, волосы лезли в глаза, она сдувала их, смешно кривя рот, отчего выглядела еще более нелепо.

Хотя куда уж нелепей!

— Ваша туфля залетела под стул, — спокойно подсказала миссис Энвар, сочувственно наблюдая за действиями девушки.

— С-спасибо, — заикаясь, поблагодарила Анна, боясь поднять глаза от смущения. Она на четвереньках подползла к стулу и взяла потерянную туфлю. Оказалось, что каблук сломался, и она, непонятно зачем, словно удивляясь, проговорила: — Каблук сломался…

Николь смотрела на нее внимательно, словно размышляя, как ей поступить. Еще никто не заходил в ее кабинет подобным образом… Бах! Распахнулась дверь — и в нее влетает кубарем взлохмаченное существо. Ничего себе — пришла насчет работы… А теперь еще бегает на четвереньках… Девушка, ползавшая по полу, выглядела уморительно. Николь больше не могла сдерживаться и прыснула. А потом так весело расхохоталась, что невозможно было не заразиться ее искренним смехом.

И Анна заразилась.

Она сидела на полу, держа в руке туфлю со сломанным каблуком, и тоже от души хохотала.

Почему-то ей вдруг стало так легко, так хорошо, словно ничего с ней не случилось. Словно не было всех этих неудач, сидений в приемных и отказов. Не было этого дурацкого падения с лестницы. Словно она сидела сейчас с подружками в театре и смотрела смешной спектакль.

Когда они вдоволь нахохотались, Николь, вытирая выступившие слезы, спросила:

— Как вас зовут?

— Анна Покэ, — представилась девушка. К ней вернулась уверенность, хотя она до сих пор продолжала сидеть на полу. Ее к нему словно приклеили. Но весь ее страх куда-то улетучился.

— Вам нужна работа, Анна Покэ? — Николь с сочувствием оглядела девушку и, не дожидаясь ответа, обрадовала ее: — Вы приняты.

Анна чуть не подпрыгнула до потолка от вдруг переполнившей ее душу радости, забыв о боли и унижении, которое она только что испытала.

— Спасибо… — Больше слов у нее не было. Они растеклись в голове по разным сторонам и перемешались, не давая возможность сосредоточиться, но позволяя испытывать радость.

Осуществилось.

Не было никаких тестов, ни анкет, ни собеседования. Вернее, они были, но уже потом, в отделе кадров.

Николь взяла ее своим личным помощником. Тогда она даже и не подозревала, что в ее кабинет кубарем ввалилась беда. И что вскоре ее жизнь сломается точно так же, как сломался каблук на туфле Анны Покэ.

Сначала Анна была на седьмом небе от счастья.

Жизнь не так уж и плоха, рассуждала она сама с собой, приступив к своим новым обязанностям. Работа пришлась ей по душе. Миссис Энвар сначала вызывала исключительно восторг. И Анна Покэ изо всех сил старалась понравиться ей. Но вскоре восторг сменился другим чувством — завистью.

Затаенной. Холодной. Враждебной.

Зависть глодала мозг, вгрызалась в душу, не давая покоя. А все оттого, что Анна с детства грезила о богатстве. Она жила в городе, осыпанном золотой пылью. Кинозвезды, миллионеры, богатые туристы…

Они были так близко.

И так далеко.

Еще будучи подростком, Анна Покэ часто прогуливалась по улицам Беверли-Хиллз, пытаясь представить себя хозяйкой одной из тех красивейших вилл, укрытых от постороннего взгляда высокими оградами, которых в этом районе Лос-Анджелеса было видимо-невидимо. Еще тогда она поклялась себе, что обязательно будет здесь жить. Любой ценой, чего бы ей ни стоило.

Но это была ее тайна.

Анна Покэ умела расположить к себе. Она была сама исполнительность и доброта. И вскоре стала незаменимой помощницей в делах.

Николь Энвар была в восторге от девушки и полностью ей доверяла.

Даже мужа.

Сначала, когда была слишком занята, она просила Анну позвонить Марку и передать необходимую информацию. Следующим этапом было знакомство. Конечно же, у Николь не было намерения специально познакомить Анну со своим мужем. Все произошло случайно. Просто она ее пригласила к себе в дом, потому что девушка очень нравилась ей, и Николь Энвар чистосердечно раскрыла ей свои дружеские объятия. В тот день ей исполнилось двадцать девять лет, и она пригласила Анну на празднование Дня своего рождения.

Вилла, где жили Энвары, была великолепна. Вся торжественно белая. Строгие колонны и мраморные полы. Один только вид на Тихий океан стоил дорогого…