Сьюзен Мейер - Пойманный свет

Ознакомительный фрагмент

— Потому что с вами они такие послушные. — Чанс кинул ключи на стол возле дивана. — С вашим появлением я вижу их с новой стороны.

Он наклонился, вытащил Синди из манежа и поцеловал в щеку:

— Как сегодня папина малышка?

Она смешливо заворковала. Чанс поцеловал ее еще раз.

Сердце Тори переполнили эмоции. За годы операций и терапии она не думала о детях. Она ни о чем не думала, кроме визитов к Джейсону и восстановления поврежденной ноги. Но внезапно эти двое — забияка Сэм и милашка Синди — пробудили в ней желания, которые она не могла отрицать. И Тори так боялась, что лишится радости общения с ними, если попросит выходные. Но у нее была ответственность перед Джейсоном.

— Вы хотите пойти в дом пообедать? — спросил Чанс. — Извините, что так поздно. Вы, наверное, умираете с голоду.

Тори подошла к дивану:

— Вообще-то Роберт принес обед от повара. Но я бы хотела с вами кое о чем поговорить.

На его лице мелькнула паника.

— Хорошо.

Она указала на одно из кресел у дивана:

— Не волнуйтесь, ничего плохого.

Он сел и устроил Синди у себя на коленях.

— Об этом буду судить я.

— Мне просто нужны выходные — один-два дня в неделю.

— И все?

— Я раньше никогда не работала няней, но кажется, это круглосуточная и ежедневная работа. А мне нужно два выходных, потому что обычно… — Тори откашлялась. — Просто мне надо… — Она осеклась, не зная, как объяснить свою ситуацию.

Она не хотела жалости. Странно было делиться чем-то настолько личным с мужчиной, которого она едва знала. Она не могла.

— Мне нужно ездить в одно место дважды в неделю.

Чанс выгнул брови:

— Вот как?

Тори усадила Сэма на колени, и он счастливо залопотал.

— Это личное.

Чанс несколько секунд рассматривал ее лицо, а потом произнес:

— Честно говоря, Тори, у меня никогда раньше не было няни, и я не помню няню, которая помогала маме, но точно знаю, что все имеют право на выходные. Так что, если вам нужно два дня, просто скажите какие, а я все устрою.

— Я не хотела просить, тем более это временная работа. На несколько дней или недель…

Синди начала хныкать, и Чанс перебил, поднимаясь:

— Минуточку. Давно вы им давали бутылочку?

Тори тоже встала:

— На самом деле им пора спать.

— Правда?

— Да. Сегодня утром я решила, что нам нужно установить режим. — Она поморщилась. — Наверное, нужно было с вами это обговорить.

— Нет, все в порядке. Вы лучше разбираетесь в детях, чем я.

— Хорошо. — Она принесла из кухни две бутылочки и последовала за Чансом в детскую.

— Они пьют холодное молоко?

— Я проверила сегодня утром. Малыши не возражают, а это экономит время. К тому же будет проще, если окажешься там, где бутылочки греть негде.

— Хорошо.

Они напоили малышей молоком, а затем осторожно положили в люльки и на цыпочках вышли.

Впервые со вчерашнего спора Тори и Чанс остались наедине. Не зная, что делать, Тори остановилась в гостиной, на краю большого открытого пространства, которое включало кухню, телевизор и маленький уголок для чтения. Спрятаться можно было только в ее комнате. Или на улице. Но они еще не закончили разговор о выходных.

Чанс отправился в кухню:

— У нас есть газировка?

— Похоже, это единственное, что ваша мама не припасла.

— Я позвоню поварихе. — Чанс вынул бутылку сока и отошел от холодильника. — Она закупается на оба дома. — Хорошо, — улыбнулась Тори.

Ее родители были простыми рабочими, и ей никогда не приходилось управлять домом. Она не представляла, как устроено домашнее хозяйство у богатых. Внезапно Тори почувствовала себя неумелой и лишней.

Чанс открыл бутылку и разлегся на кушетке. В белой рубашке с закатанными до локтей рукавами он выглядел как муж, который вернулся домой к жене.

«Ох, черт. Это откуда взялось?»

Она знала откуда. Чанс ее привлекал. Не только потому, что был красивым, но и потому, что был отцом детей, которых она уже обожала. Это казалось настолько неправильным, что Тори хотела сбежать, но не могла. Ей придется привыкнуть к жизни с ним. Может, тогда она перестанет смотреть на Чанса так, будто имеет на него права.

— Так вы не возражаете против двух дней?

Чанс ополовинил бутылку с соком, а потом ответил:

— Выбирайте какие.

— Ладно. Дайте подумать.

— Хорошо.

В комнате снова воцарилась тишина. Тори огляделась. Что теперь? Ей предстоит жить с этим парнем как минимум две недели. Может, даже месяц. Если она не привыкнет к его обществу, то все время будет нервничать, как глупая школьница. Лучше бы им обоим привыкнуть. И если для этого нужно побеседовать, она будет беседовать. Тори откашлялась.

— Как прошла встреча с братом?

— Он хочет, чтобы я работал на «Монтгомери девелопмент».

Ее пронзило облегчение. Чансу не показалось странным, что она задает вопросы, а ей было действительно интересно. Происходящее в его жизни влияло на ее дела.

Тори подошла к дивану:

— А вы не хотите?

— У меня уже есть собственная компания.

Она чуть не ахнула. Каково это — когда тебе так везет в жизни, что работа не нужна? Она придвинулась еще ближе.

— Вы говорили, что вашей компанией теперь управляет менеджер.

— Угу. Макс считает, я должен оставить свою компанию, а сам помогать ему с «Монтгомери девелопмент». — Он поморщился. — В качестве президента. Тори опустилась на диван. Это больше чем везение.

— Президента?

— Он генеральный директор и глава совета. Технически он все равно останется моим начальником.

— Ух ты…

— Это отличная компания. — Выражение его лица стало задумчивым. — Когда я уехал, дела шли ужасно. Мой отец мошенник. Он из всех выжимал соки. Откровенно обманывал. — Чанс горько засмеялся. — Я бы там не стал работать даже насильно, пока он был жив. Но с тех пор мой брат все изменил. Компания весьма уважаемая. И она растет. Кое-что из сделанного Максом просто поразительно. Думаю, я бы хотел к ним присоединиться.

Тори нахмурилась:

— Значит, вы останетесь?

— Кажется, я сам себя уговариваю, — поморщился Чанс. — Знаю, моя мама хочет этого. Она хочет быть частью жизни близнецов. И я причинил ей достаточно боли, когда ушел из дома в восемнадцать. По-моему, я ей обязан.

— Понятно.

Чанс пожал плечами:

— Но тогда работа няни может оказаться постоянной… если вы хотите.

У Тори перехватило дыхание. Когда Чанс отсутствовал, она была тут хозяйкой, а если он присоединится к брату, то редко станет появляться дома. И у нее было двое очаровательных малышей, с которыми она могла играть; они заполняли ноющую рану в сердце, которую она даже не замечала, пока не взяла их на руки.

Конец ознакомительного фрагмента