Дьявол моей души - Catherine Valdes

по праву. Я тебе это обещаю",– подумал Кир, смотря ей вслед. Я быстро развернулась и удалилась из гостиной, моё сердце стучала, словно я бежала больше трёх километров от хищного зверя. Такого со мной ещё не было. Отдышавшись у двери в спальню, я вошла внутрь. Натан, как раз уже переоделся и ожидал меня.

Я сходила быстро в душ и переоделась в более свободную одежду. Длинную футболку оверсайз красного цвета и лосины чёрные, обула кеды чёрные. Я оставила волосы прямыми. Только мы собрались выходить, в нашу дверь постучали. Натан открыл дверь, за ней стояла Клариса.

– Ну что, вы идёте осматривать эти прекрасные владения, мистера Крайтона,– сказала она, широко улыбаясь нам. Кажется она единственная, кто очень счастлив тут оказаться. Мы кивнули в ответ головой. Вышли из спальни и спустились на первый этаж, там уже кипели разговоры на разные темы. В столовой на столе уже стояла закуска и выпивка. Всем было достаточно весело. Да и на улице стояла жара невыносимая. К нам подошёл Кир с бокалами шампанского и стаканом коньяка для Натана. Мы взяли из его рук бокалы. Когда я хотела взять бокал, то мои пальцы коснулись его, меня словно током ударило, от этого лёгкого касания. Всё же взяв бокал. Я отпила пару глотков, и опустила глаза на бокал. Клариса, что-то бурно обсуждала с мужчинами, а я смотрела на пузырьки шипящие в бокале. И тут меня вывел из этого транса, голос, Натана.

– Милая, у тебя всё хорошо?– спросил он, с беспокойством в голосе. Он обнял меня за талию, прижав к себе ближе.

– Прости, просто засмотрелась на пузырьки в шампанском. Вот и всё.

– Ты даже в мелочи, найдёшь что-то необычное,– сказал Натан, улыбнувшись.

– Натан, пускай Лисса, составит мне компанию в магазин, она как женщина лучше разбирается в женском напитке и всякой вкусности,– спросил Кир, спокойным ровным тоном.

– Если она, согласна поехать с тобой.

– Надеюсь, Лисса, ты не откажешь хозяину дома в такой маленькой мелочи,– говорил он, смотря в мои глаза. Это звучало непринуждённо, но с такой властью в голосе. И это только я заметила.

– Хорошо, я помогу в этой маленькой мелочи,– ответила я, слегка улыбнувшись кривой улыбкой.

Я поцеловала мужа, и мы направились на выход, оставив гостей в доме. Как только мы вышли из дома, он взял меня за руку и повел в сторону гаража. Я хотела вытащить руку, но он только крепче её сжал.

– Отпусти мою руку,– прошептала я, еле слышным шёпотом.

– Нет. Я хочу держать тебя за руку,– произнёс он, словно раскат грома.

Войдя в гараж, он усадил меня в свою спортивную машину. Когда он сел за руль, он завёл её, и мы помчались от этого дома. Я старалась не смотреть на него, даже думать забыла обо всем и сразу. В моей голове, даже мыслей нет о муже или подруги. Словно мою память стёрли. Кир взял мою руку и положил на ручку переключения передач, скрестив наши пальцы. Одной рукой он вёл спокойно машину, иногда посматривая на меня. Моё сердце разрывалось на множество осколков, от его прикосновений и взглядов.

– Кир, что ты хочешь от меня?– произнесла я, повернувшись к нему вполуоборот.

Он перевёл на меня взгляд, совершенно, несмотря на дорогу. Я через 10 минут машина остановилась на обочине. Я отвела от него взгляд и посмотрела на совершенно пустую дорогу. А потом всё произошло так быстро, что я не поняла как оказалась на коленях Кира, да ещё и на заднее сиденье, переместились. Для меня это стало полным шоком. Я смотрела на него, а моё сердце уже не первый кульбит делает от его внезапных  действий.

Глава 4.

Я не знаю, как долго мы играли в гляделки, но я не выдержала. Опустила свои глаза и увидела, что мои руки лежали на его оголённом торсе. Я подняла свой взгляд на него, в большом недоумении. Его, кажется, даже забавляла моя такая реакция. Улыбался дьявольской, очаровательной улыбкой, облизывая свои губы, так сексуально. Что у меня ком слюней встал в горле. Я с трудом проглотила их, но и это вышло слишком громко. Он лишь рассмеялся от моих действий. Я хотела было встать, но он прижал меня к своему телу, держа за талию.

– Ты что делаешь, Кир? Отпусти меня, прошу тебя?– говорила я, на повышенных тонах, пытаясь выбраться из его объятий.

– Просто расслабиться, и почувствуй ту искру, которая сейчас у нас есть. Которой у тебя не будет с мужем,– шептал он, не человеческим голосом, его губы касались моей шее. А его дыхание было настолько горячим, что во мне словно огонь бушевал. Мне стало жарко, мужские руки скользили к моей упругой попе, слегка сжимая бёдра на своём пути. Эти пламенные губы, накрыли мои, не отвечая ему, я держала рот как можно крепче. Но и это мне не помогло, сдавив мои щёки, я приоткрыла рот. Горячий язык проник в мой рот, сплетая наши языки. Мои руки по-прежнему лежали на его груди. Терзая страстно и непорочно мои губы, я почувствовала, как его руки уже забралась под мою футболку. И ласкают мою грудь, через тонкое кружево лифа. Я еле сдерживала в себе стоны. Но с каждой его новой силой, мне сложно было себя сдерживать, и я сдалась мурлыкая в его губы. Сняв с меня футболку, он опускался своими губами до моей тонкой шеи.

– Кир, ах, остановить прошу,– умоляюще произнесла я. Но он продолжал целовать мою горящую плоть, я таяла в его руках, выгибаясь ему навстречу. Я потеряла окончательно свою голову, моё сердце бешено стучало внутри. Сняв с меня лиф. Его губы обхватывали мои альвеолы, по очереди, посасывая и играя языком с моими твёрдыми горошинами. Я впилась ногтями в его плечи. Я поддалась его соблазну, которым он умело, управлял, он шёл верными путями, добиваясь моих стонов. Перед глазами всё поплыло, белая пелена застилала мой взор. Кир продолжал руководить моим податливым телом. Я была уже везде мокрой, в салоне витал воздух похоти, страсти, секса. Я чувствовала ту искру, о которой он говорил. Она была сильнее, чем я думала. Мурашки окутали моё тело.

– Кир, ах, чёрт, остановись, я не могу быть с тобой, я замужем и люблю Натана,– тяжело дыша, произнесла я. Но ему этого было мало, внутри меня переполняло нарастающее возбуждение. Оно рвалось наружу, сметая всё на своём пути. Его неистовый рык и моё мурлыканье слилось воедино, словно так и должно быть. После того как он насытился моей плотью, возбуждение резко ушло. Словно его и не было.

– Что ты делаешь