Генриетта Рейд - Опасная соперница

Я медленно выдохнула и обернулась.

У стены стояла девочка и с презрением смотрела на меня.

Я пришла в себя и наконец перестала дрожать, увидев за маленькой тонкой фигуркой зияющий проем в стене.

— Ты, наверное, Мелинда?

Она кивнула:

— Я Мелинда Маркем. Откуда ты знаешь?

Значит, это и есть «ужасный ребенок» из дневника Дианы!

— Конечно, ты не так умна, тебе рассказала про меня миссис Киннифер. Про меня и мои волосы! — добавила девочка.

В ее голосе слышались горделивые нотки и вызов.

Я не стала говорить Мелинде, что миссис Киннифер не описывала ее внешность, а лишь кратко отметила особенности девочки. Но действительно, ее волосы были самого удивительного цвета, который я когда-либо видела, — оттенка выгоревшей соломы, прямые и гладкие, словно шелк. Но поражали они не красотой, а неестественностью и даже пугали. Обрамляя белое лицо и подчеркивая прозрачность стеклянно-голубых глаз, волосы придавали девочке зловещность и тревожащий душу облик.

Мелинда подошла ко мне.

— Я давно наблюдала за тобой, но ты не замечала! — радостно заявила она.

— Ты не имела права, — слабо возразила я.

Девочка пожала плечами.

— Почему? Я люблю следить за людьми, особенно когда они не видят.

— А миссис Киннифер знает, что ты так поступаешь?

Мелинда покачала головой, ее светлые глаза стали хитрыми.

— Конечно нет. Думаешь, я расскажу этой глупой старухе, что нашла секретный ход? Она заставит дядю Гарта замуровать его и все испортит.

— А ты не боишься, что я все расскажу дяде Гарту?

— Не расскажешь! Я разбираюсь в людях. У меня шестое чувство.

Мелинда произнесла это с детской напыщенностью, так не вязавшейся с ее взрослым выражением лица.

— Как ты нашла ход? — с любопытством поинтересовалась я.

Девочку обрадовал мой интерес, ее прозрачные глаза заблестели.

— Миссис Киннифер говорила, что дядя Гайлз в детстве искал ход в картинной галерее. Ну, я тоже решила поискать и нашла, но об этом никто не знает… кроме тебя. Ты должна пообещать никому не рассказывать, — свирепо закончила она.

— Почему это я должна? И потом, раз ты ни с кем еще не поделилась, то зачем открылась мне? У тебя есть гарантия, что я не раскрою твой секрет?

Я вдруг поймала себя на том, что разговариваю с Мелиндой как со взрослой.

Минуту она настороженно смотрела на меня, а потом самодовольно заключила:

— Ты не скажешь, иначе я сделаю тебе плохо. До школы я избавлялась от всех гувернанток, которых нанимал дядя Гарт. Да они и сами рады были уехать, то же и с тобой случится, если станешь мне мешать.

— А если от меня не получится так легко избавиться? — сухо парировала я. — И потом, твой дядя просил учить не тебя.

Девочка молча разглядывала себя в зеркале и, сделав медленный пируэт, нахмурилась.

— Да, это правда. Ты будешь заниматься этим ужасным французским мальчишкой, который скоро приедет. Но мне нечего делать на каникулах, так что я тоже буду на уроках, хотя мне это не обязательно. Буду учить его плохим английским словам, например «черт». — Она радостно захихикала. — Конечно, если он окажется маменькиным сынком, придется и от него избавиться, — уверенно добавила Мелинда.

— Думаешь, я тебе это позволю?

— Ты ведь не сможешь быть с ним все время? А я что-нибудь придумаю! — Ее взгляд стал мечтательным. — Я ведь волшебница, прокляну его, и он медленно засохнет.

Я молча посмотрела ей в глаза. В этом ребенке было что-то странное и неземное, и мне вспомнились слова миссис Киннифер о том, что девочка заколдована. Скорее всего, как сказал Пол, Мелинда просто хочет, чтобы ее заметили. Но почему она так ищет внимания?

— Значит, мистер Ситон твой дядя.

Мелинда кивнула:

— Когда мама и папа уехали в Африку, то решили оставить меня с дядей Гартом. Он мне нравится больше всех в мире. — Она вдруг воинственно нахмурилась. — Наверное, ты считаешь, что он женится на тебе. Все гувернантки, которые были у нас, влюблялись в него и хотели за него замуж.

— Не говори глупостей. Очевидно, у тебя слишком богатое воображение. Почему все гувернантки должны влюбляться в твоего дядю? Скорее всего, ты просто возводишь его на пьедестал. Боюсь, в мире немного людей, заслуживших такое обожание.

— Думаешь, у него глиняные ноги? — Девочка удивленно посмотрела на меня.

— Я этого не говорила, — резко ответила я.

Глупо говорить с ребенком как со взрослым., Мне бы не хотелось, чтобы она запомнила эти слова.

Мелинда захихикала и сменила тему:

— Ночью у служанок случилась истерика. Было так смешно: они выбегали из комнат с визгом, когда я бродила по дому с диким воем, гремя старыми ржавыми цепями, которые нашла в конюшне. Утром они сказали миссис Киннифер, что уходят, и она ужасно расстроилась — боялась, что дядя Гарт ужасно разозлится. Но она ничего не может доказать. Она не видела меня. В конце концов служанки согласились остаться. Жаль! Не возражаешь, если я доем твой пудинг? — неожиданно спросила она.

Немного ошарашенная, я быстро ответила:

— Конечно нет. Бери, если хочешь.

Мелинда подошла к подносу и принялась за оставшуюся порцию, поскольку миссис Киннифер положила мне так много, что я не смогла все съесть.

Девочка молча доела пудинг и задумчиво облизала ложку.

— Ты не любишь финиковый пудинг?

Ее светлые глаза с любопытством смотрели на меня.

Я промолчала, и она презрительно добавила:

— Не бойся, я не скажу миссис Киннифер, не собираюсь задевать ее драгоценные чувства. Я просто так спросила.

— Ты говоришь как Роза Дартл, — улыбнулась я.

Мелинда с подозрением уставилась на меня.

— Кто такая Роза Дартл?

— Героиня одного из романов Диккенса.

— У дяди Гарта в библиотеке есть ужасно старые и скучные книги, такие, как читает кузина Юнис.

— Кузина Юнис? — Я знала, что не должна была спрашивать, но мне не терпелось узнать всех обитателей Треджиллиса.

Девочка холодно на меня посмотрела.

— Больше я тебе ничего не скажу. Сама все узнаешь в свое время.

Она подобрала с тарелки последние крошки пудинга и поставила ее на поднос.

— Наверное, когда приедет этот французский мальчишка, у нас на обед будут улитки, — мечтательно произнесла Мелинда.

Заметив отвращение на моем лице, она с интересом спросила:

— Ты не любишь улиток?

— Не очень, — призналась я.

— А я волшебница и должна есть необычные вещи, — деловито заметила девочка и, нахмурившись, спросила: — Думаешь, дядя Гарт точно привезет с собой французского мальчишку?