Его Случайный Наследник - Анна Гур

Даже интонацией подчиняет, заставляя вновь заглянуть в черные глаза, которые сейчас становятся просто непроницаемыми.

— Доверься.

— Сложно, — отвечаю загипнотизировано, глядя в полыхающую черную бездну.

— Не отрицаю. Иногда танец откровеннее интима.

Щеки начинают пылать от подтекста сказанного, но я действительно перевожу взгляд и рассматриваю волевое лицо надменного мужчины.

Красивый он. Настолько, что дух захватывает, и чем больше смотришь, тем сильнее нравится. В нем чувствуется зрелость, опытность, надежность. Действительно хочется довериться, но я прикусываю губу и заставляю себя собраться.

Не хочу лететь мотыльком в огонь, который так манит. Собираюсь и дистанцируюсь немного, насколько это позволяет танец.

Мои маневры не остаются незамеченными. Понимаю по тому, как в уголках твердых мужских губ проскальзывает едва уловимый намек на улыбку.

— Забавная Вишенка…

Произносит нараспев, словно пробуя на вкус мое имя, теряюсь совсем от такого напора и отвечаю тихо:

— Обычная.

Пожимаю плечами и в этот момент Александр делает резкий выпад и заставляет меня выкрутиться вокруг своей оси, опять вбивает меня спиной в крепкую грудную клетку, замирает так на мгновение, а я, наверное, с ума схожу от ощущений жаркой твердости тела мужчины позади меня.

Там не мышцы, там титан, и сквозь тонкую ткань платья я это ощущаю.

— Шаблон рвешь, — жаркий голос опаляет ушную раковину, когда Ставров чуть наклоняется, — Вишенка.

Мурашки бегут по спине, ноги ватные, и хорошо, что мужчина меня держит, иначе упала бы. И все равно даже сквозь марево чувственности слух колют опасные нотки в интонациях.

— Какой именно шаблон? Я не понимаю, о чем вы…

Опять поворот и наши взгляды сталкиваются.

Не отвечает. Разглядывает меня молча. И я наблюдаю, как на дне этих зловещих глаз появляется азарт настоящего хищника.

— Неожиданно, что у невесты водятся такие подруги…

Не сразу понимаю смысл слов, хмурюсь.

— Что вы имеете в виду?

Улыбается краешком губ. Взгляд становится темным, плотоядным и мне, не знаю почему, на ум приходит, что со Ставровым Диана бы побоялась играть в свои игры. Есть в этом мужчине что-то зловещее, несмотря на весь лоск миллиардера в нем есть что-то первобытное, пугающее.

Пауза затягивается, но в этом молчании я слышу ответ. Александр знает причину скоропалительной свадьбы. Становится неуютно, и я выдыхаю, когда у мужчины хватает тактичности не продолжать.

Стоит чуть выдохнуть и расслабиться, как Александр бьет на поражение, дает понять, что видит меня насквозь:

— Своих не сдаешь, да, Алина?

— Господин Ставров, вы пригласили меня на танец, а не на допрос.

Резко делаю шаг назад, хочу прервать этот танец, но мужчина не выпускает из рук, и вдруг на его лице появляется улыбка и я подвисаю от белозубого оскала хищника. По-иному не скажешь.

Холодность исчезает и остаток танца проходит в молчании. Александр смотрит так, что волей-неволей подаюсь на его ауру, энергетику и начинаю двигаться в умелых руках. Он направляет. Действительно в его руках я начинаю порхать на паркете словно бабочка.

Опять поворот и я смеюсь от неожиданности и драйва. Немного путаюсь в длинном подоле кремового воздушного платья, но миллиардер не дает мне упасть, подхватывает за талию, спасает положение, и я становлюсь глиной в опытных руках.

Ровно так, как он пообещал в самом начале танца.

В какой-то момент его близость оглушает, мелодия начинает стихать, я делаю шаг в сторону, чтобы завершить затянувшийся танец, но мужчина не отпускает, он тянет меня за руку и заставляет практически упасть на широкую грудь.

— Постой, Алина. Не убегай…

Опять шепот в самое ухо и взгляд, пока он медленно ведет меня в танце. Слишком близко, слишком интимно, соприкасаясь со мной всем телом, давая прочувствовать литые мышцы, которые скрывает идеально пошитый костюм.

— Я и не собиралась, просто…

Улыбается краешком губ.

— Просто Вишенка решила ускользнуть.

Пытаюсь что-то ответить, но прерывает мой лепет:

— Расскажи мне о себе, — проговаривает спокойно, но в глазах проскальзывает металл. Это взгляд человека, привыкшего управлять и приказывать.

— Нечего рассказывать, — опять пожимаю плечами, — у меня не самая интересная жизнь, учеба, работа. Ничего особенного.

Опять улыбаюсь, не могу оторвать взгляда от черных обсидианов напротив. Что-то странное проскальзывает во взгляде миллиардера. А я понимаю, что хватка у Ставрова действительно стальная, он не намерен выпускать меня из-под своего прицела так легко.

Не знаю почему, но внутренне напрягаюсь. Все волоски на коже дыбом встают. Пугающий он. От него мощью веет.

— Я не знаю, что вам рассказать, — улыбаюсь, слегка смягчая свои слова.

— Ну, например, как вариант, можешь рассказать, как у такой… — пауза многозначительная и дающая додумать нелицеприятное слово, — как Диана, есть такая подруга, как ты…

И в этот момент взгляд Ставрова становится цепким, прищуривает черные глаза. А мне чудом удается не отшатнуться, потому что становится страшно заглядывать в эту черную зияющую пустоту.

— Мы с одного курса, живем в одной комнате в общежитии, и не смейте с таким снисхождением говорить о моей подруге!

Поднимаю подбородок. Да, я во многом с ней не согласна. Многие взгляды Дианы на жизнь не разделяю. Считаю, что она неправа, приняв решение забеременеть, чтобы выйти замуж, но это ее решение. Но они с Ильей скоро станут родителями ни в чем не повинного существа. Поэтому этому надменному типу я высказываться столь пренебрежительно не дам.

— Вы гость на свадьбе, судя по всему, друг семьи, всеми уважаемый бизнесмен, а Диана с сегодняшнего дня стала частью этой семьи, так что, оскорбляя ее, вы оскорбляете своего друга — отца Ильи.

Выпаливаю свою пламенную речь как на духу, щеки обжигает, и я понимаю, что, наверное, сейчас стала пунцовой.

Странно, что Ставров выслушивает весь мой монолог, не перебивает, кивает своим мыслям и отвечает спокойно:

— Вот поэтому и спрашиваю, как столь разные люди умудрились сосуществовать в одном пространстве?

Спрашивает вроде и задумчиво, но стоит мне дернуться, чтобы вырваться из его хватки, как пальцы на моей спине сжимаются, напоминают металл, прожигают, пока черные глаза меня сканируют, кажется, хочет пробраться под кожу, чтобы достать нутро.

— Диана моя подруга, — отвечаю с нажимом.

Миллиардер явно знает гораздо больше, чем показывает. Явно ощущаю его неприязнь к невесте, но не могу понять причины.

Не думаю, что до сегодняшнего дня их пути могли пересечься, я бы знала. Диана бы обязательно похвасталась знакомством с таким мужчиной.

— Скажи, кто твой друг… — опять отвечает задумчиво, а до меня доходит, что Ставров мог знать об ультиматуме Дианы. Своего рода шантаж, к которому она прибегла, чтобы стать Прокофьевой.

Холодок проходится по спине, и я четко осознаю в эту секунду, что подобные игры с Александром никогда бы не выстрелили. Страшно становится от понимания, что может сделать с той, которая решится сыграть с