Дженни Адамс - Возраст иллюзий

— Она функционирует с чудовищными погрешностями. А печатать одной рукой — это напрасная трата времени, — с неубывающим раздражением выпалил босс.

— Что ж, мистер Барлоу, я искренне вам сочувствую. Но это означает лишь то, что вам придется на время примириться с потребностью в помощнике и соответственно с присутствием постороннего в доме, будь это я или кто другой. Могу лишь посоветовать, чтобы вы отнеслись к этому не как к тяжкому испытанию, а как к шансу, который дает вам судьба, чтобы иначе взглянуть на привычные вещи. Это всегда очень полезно. Позволяет по достоинству оценить то хорошее, что есть в жизни, — философски рассудила обладательница феноменальной шевелюры.

Грей свирепел с каждым ее словом, обращенным к нему с назидательной интонацией. Он действительно был готов уже взорваться. Одновременно он удивлялся тому, как девушка может этого не замечать?

— Вы… Вы самая из ряда вон… Да просто возмутительная, наглая девчонка, а никакой вы не помощник! Это, надеюсь, вам ясно?!

— Вы очень напряжены, — снисходительно констатировала София Гейбл. — Это сказывается усталость, сэр. Давайте ужинать.

Девушка подошла к нему с тем, чтобы помочь подняться, и подала костыли. Хмурый, недовольный всем на свете, включая самого себя, Грей Барлоу вынужден был подчиниться. С помощью Софии он поднялся с дивана и поковылял к двери, опираясь на костыли. У двери остановился и дождался, когда она распахнет перед ним дверь кабинета.

А что еще ему оставалось делать, в его-то состоянии?

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

А вечером после ужина они даже вместе посмотрели телевизор. Недолго, ровно столько, сколько, по мнению Грея, нужно было для того, чтобы девушка, выдвинувшая эту идею и настоявшая на ней, прекратила его донимать, но в то же время ложно не истолковала бы затянувшееся неформальное времяпрепровождение.

Он посидел перед телевизором и даже попытался сделать вид, что ему интересно, но потом, внезапно и удрученно, вспомнил, что — ох! — ему же нужно сделать срочный телефонный звонок!

— Мне принести вам в кабинет горячего отвара? — услужливо спросила София.

— Нет! — резко отказался Грей, но тотчас бесстрастно добавил: — Нет, не нужно этого делать, мисс Гейбл. Ужин был превосходен. Вы замечательно готовите. Мне больше ничего не нужно.

Он оставил Софию наедине с телевизором, но на самом деле наедине с чудесным ощущением собственной нужности. Она уже подумывала о том, что по окончании этой работы неплохо бы пойти учиться на сиделку. Ей бы очень пошли белый халат, бесшумная обувь и понимающее выражение лица. Она бы помогала людям преодолевать их скорби и бедствия, не гнушалась бы никакой работы, вселяла бы в них веру и надежду, являясь воплощением нелицемерной любви. Прежде София не задумывалась над таким вопросом, как призвание. Но этот бедный загипсованный магнат открыл ей глаза на ее высокое предназначение.

Она с любовью посмотрела, как он неуклюже удаляется, и вернулась к своим мечтам.

Вероятно, за одним срочным телефонным разговором последовал другой и третий, потому что, при всем своем небывалом терпении, София Гейбл так и не дождалась возвращения босса. Она выключила телевизор и поднялась к себе. С удивлением обнаружила, что из-под двери одной из соседних комнат сочится свет.

Девушка постучалась. Ответил голос хозяина дома, который позволил войти.

Грей Барлоу уже лежал поверх покрывала своей постели в изумрудно-зеленой шелковой пижаме. Загипсованное предплечье и загипсованная лодыжка уместились в просторных рукаве и штанине. Невредимая рука манипулировала с сенсорной панелью ноутбука. Человек работал, человека отвлекли, человек еле сдерживал недовольство!

Он посмотрел на вошедшую с вопросительным выражением лица.

— Не душновато ли вам? Может быть, стоит приоткрыть окно? — заботливо справилась будущая сестра милосердия.

— Особой духоты не ощущаю, — коротко ответил он.

— Я, честно говоря, никогда не думала, что такие пижамы кто-то носит в реальной жизни. Думала, их шьют специально для манекенов, чтобы демонстрировать постельные принадлежности на стендах и в витринах магазинов. Ведь манекен в трусах смотрелся бы очень жутко, учитывая, что суставы у этих больших кукол не цельные…

— Вы это хотели со мной обсудить на ночь глядя? — недобрым тоном спросил босс свою чудаковатую помощницу.

— Я хотела спросить, не нужна ли вам моя помощь?

— Когда она мне понадобится, я тотчас дам вам знать, мисс Гейбл. Ведь именно для этого я вас и нанял.

— Не стесняйтесь, сэр, в любое время, — отозвалась она.

— Спасибо, вы очень любезны, — ехидно ответил мужчина.

— Мне кажется, вы не относитесь ко мне всерьез, — сдерживая обиду, проговорила София.

— Как можно не относиться всерьез к человеку, одетому в алый кафтан с огромным вышитым драконом, особенно если волосы у него цвета любимых тетушкиных пионов?

— Бытует мнение, будто человек с оригинальными предпочтениями не заслуживает серьезного к себе отношения. Но, поверьте, это не так, — тоном просветительницы проговорила девушка.

— А по-моему, все как раз так. Человек своим внешним видом заявляет окружающим, к какому отношению с их стороны он стремится, и, как правило, именно такую репутацию и зарабатывает.

— Может быть, в вашем мире, в мире большого бизнеса…

— Вы сейчас в моем мире, мисс Гейбл. А лично меня остальные миры совершенно не интересуют, — пресек он поток ее разглагольствований.

— Очень жаль, — смиренно проронила она.

— Не смею задерживать, — процедил он, раздумывая над тем, что не мешало завтра же утром прибегнуть к услугам какого-нибудь иного кадрового агентства.

— Обычно перед сном, чтобы лучше спалось, я окуриваю спальню фимиамом.

— Вы серьезно? — не без испуга спросил ее Грей.

— Да, — кивнула София, — и пью ромашковый чай. Хотите?

— Избавьте меня от этой экзотики! И, настоятельно вас прошу, не воскуряйте ничего в моем доме. Мое теперешнее состояние требует хотя бы капли сочувствия.

— Я всемерно стараюсь облегчить ваши страдания, мистер Барлоу, — пылко заверила его София. — Ой! — неожиданно вскрикнула она, так что Грей даже вздрогнул. — Как я могла забыть?! Я же привезла с собой одну чудодейственную вещицу. Вам она непременно должна помочь.

— Так, София, мисс Гейбл! — взревел он. — Прошу вас, давайте обойдемся без знахарства!

— Вы просто не знаете, что я имею в виду, отсюда ваше пренебрежение, мистер Барлоу. Сейчас сами убедитесь! — заверещала девушка. — Я принесу, — и она рванула из комнаты, громко продолжая на ходу и из коридора: — Моя сестренка Кристина только на эту вещицу и полагается во время своих безумно тяжелых беременностей.