Фиктивная невеста для миллиардера (СИ) - Исаева Дина

- Десерты здесь тоже великолепные, - щедро хвалю я. 

- Маша, кажется, я превысил свою меру алкоголя, хочу немного пройтись по пляжу и тем самым проветриться. Ты ведь составишь мне компанию? 

Он приближается ко мне. Я... смотрю в его глаза и чувствую, как приятное тепло разливается по телу. Дело в чизкейке, в прекрасной песне шеф-повара. Наверное. В том, что мне совсем не хочется ехать на виллу, где, вероятно, будет Даша...

- Конечно, с удовольствием, Артур, - безропотно соглашаюсь я. 

Он делает знак, я тянусь и легонько касаюсь его губ своими. Осторожно, но при этом достаточно чувственно, чтобы смутиться. 

Через двадцать минут мы покидаем этот чудесный ресторан, где мне посвятили целую песню и кормили десертом с ложечки. Наверное, я никогда не забуду этот вечер. 

Артур обнимает меня за талию и ведет в сторону темного переулка. Мы спускаемся по витиеватой лестнице. Кажется, он неплохо здесь ориентируется и точно знает, куда идти. Не проходит и пяти минут, как мы видим море. Пустынный пляж, ни души вокруг. Тихо. Солнце давно село, фонарей нет. Лишь блики яркой луны красиво переливаются на черной воде. 

Артур притягивает меня ближе. А я робко обнимаю его в ответ. 

Папарацци ведь. Повсюду.

10

Маша

Я стою и молча разглядываю Манапова широко открытыми глазами. Вновь захотелось их опустить. По привычке, но слишком уж завораживающее зрелище сейчас передо мной. И я сейчас не о море. Я в который раз поражаюсь совершенством его фигуры и его сокрушительным мужским обаянием. Артур стоит чуть впереди, вложив руки в карманы брюк, и смотрит вдаль. Когда замечает мой взгляд, улыбается мне довольно порочной улыбкой. 

- Если не перестанешь так на меня смотреть, я вынужден буду тебя поцеловать.  Сейчас его голос глубокий и низкий, а его звук отдается в каждой клеточке моего тела. Возможно такой отпечаток накладывает романтическая атмосфера этого вечера, но у меня мгновенно пересыхает во рту. Я не могу придумать хоть какую-нибудь фразу, чтобы разрядить обстановку. Никакие слова не приходят в голову. Я все время представляю как он целует меня. Что за наваждение?  - Хочешь? - спрашивает он уже вполне нормальным тоном.  С трудом шевеля губами я отвечаю ему и ужасаюсь своему ответу. Но поздно спохватываюсь. Артур ведь получил мое согласие, и обхватив меня за талию привлекает к себе, когда я делаю шаг назад. Его объятия сильные. Я чувствую, что дрожу, как в лихорадке, потому что наши губы встречаются, и все мысли в моей голове окончательно перемешиваются.  Когда прихожу в себя, то понимаю, что стою, положив руки на грудь Артура.  — Я… - опускаю глаза, заметив, что сжимаю ворот его рубашки в кулаках. - Я смяла вашу сорочку. 

— Вашу? - порочно улыбается он. - Да к черту мою рубашку! - и прижимает меня к себе.  Артур наклоняется и снова впивается в мои губы. Я разжимаю рот и впускаю его язык, отвечая ему с той же страстью. К тому моменту, когда он отрывается от меня, мы сидим на песке, а я уже не могу думать ни о чем, кроме его губ и рук, сжимающих мое тело. И жажду продолжения. И в чувство не приводят никакие мысли о последствиях и что повлечет за собой эта вспышка страсти. Я впервые хочу мужчину. И с такой силой, что мозги больше не соображают. И кажется не я одна? Почему-то эта мысль заводит меня только сильнее.  Артур стягивает с себя пиджак и бросает его на песок. Я оказываюсь на нем, а он произносит сдавленным голосом:  - Я же сейчас подпорчу твой внешний вид. По прежнему хочешь? - он тяжело дышит, я ему в унисон и тяну к нему руки.  О чем он таком говорит? Неужели он еще может остановиться? Такая мысль просто не укладывается в голове. Поднимаю руку и мягко провожу по его напряженным плечам, тянусь к пуговичкам на его рубашке. Мне важно прикоснуться к нему. Чтобы кожа к коже. Не знаю откуда взялась эта решимость, но я понимаю, что хочу переступить эту грань, узнать что за ней. Прямо сейчас, пока не растеряла остатки решимости, пока это взгляд держит меня в кольце распутного огня.  Все остальное будто растворяется, я не помню кто кого раздел. Мы делаем это одновременно. Его глубокие и жадные поцелуи на корню давят даже малейшие вспышки моих сомнений. Кажется, он сам на грани и мы оба не осознаем, что происходит. Спина касается мягкий ткани его пиджака, он нависает надо мной, не переставая глубоко целовать, ласкать языком и руками. Я вдруг дергаюсь в его руках от мысли, что нас может кто-то заметить, но все отступает на второй план, когда он накрывает меня своим телом. Одно движение вперед и наши тела становятся единым целым. До боли прикусываю его губу, даже сквозь темноту окатывающую нас вижу как зло поблескивают его глаза.  - Ты невинна? - Коротко киваю и с его рта вырывается ругательство. - Предупреждать же нужно, Маша, - и снова обжигает мои губы поцелуем.  Всхлипываю и обнимаю его крепко за шею. Мир ускользает, я не могу схватиться за него и лечу в глубокую пропасть. Он снова целует меня и мы еще какое-то время лежим в объятиях друг друга восстанавливая дыхание.  Я поправляю одежду под пристальный взгляд Манапова. Он сосредоточен и серьезен, а меня это почему-то начинает нервировать. Эмоции захлестнувшие разум, постепенно сходят на нет.  - Я потерял контроль, - будто злясь на себя, произносит он. - Нужно было предохраняться. - В каком смысле? - помертвевшими губами переспрашиваю я.  Манапов молча берет меня под руку и ведет обратно к ресторану. Подводит к машине и открывает передо мной дверь. Я сажусь, наблюдая, как он своей легкой походкой обходит ее и садится рядом. Просит водителя остановить у ближайшей аптеки.  - Если в первые семьдесят два часа принять таблетку, последствий можно избежать, - говорит он, а я чувствую, как что-то вонзается мне в сердце.  Ни мне, ни Манапову эти самые последствия не нужны, но ведь можно сказать об этом как-то помягче? Как-никак я ему только что девственность подарила.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

11

Маша

Мы возвращаемся в Москву на следующий день. 

Артур всю дорогу работает на ноутбуке, а я взгляд от него отвести не могу. Смотрю на сильные руки, увитые тугими венами, и вспоминаю как он трогал меня ими везде! Жадно, нетерпеливо, горячо. Внизу живота сладко ноет и, к собственному стыду, я хочу ещё. 

После самолёта нам приходится попрощаться. Артур сообщает, что ждёт меня на рабочем месте в понедельник и на этом всё. Но я не расстраиваюсь, потому что знаю, что через день увижу его снова.  Выходные пролетают молниеносно. Я прошу свою сестру сходить со мной в салон красоты и торговый центр. Хочу выглядеть сногсшибательно, чтобы Артур оценил и ещё раз посмотрел на меня тем самым восхищенным взглядом. 

Сестра не может нарадоваться. Шутит, что это её чудодейственная блузка сработала, ведь после того как я её надела Артур обратил на меня внимание. Вечером мы сидим в кафе, пьем вино и много разговариваем. У Тани никогда не было проблем с личной жизнью, и об отношениях с мужчинами она знает всё. Я только и успеваю запоминать простые, казалось бы, правила. 

- Машунь, мужчина по природе своей – охотник. Ты не должна плыть перед ним от одного только ласкового слова. 

- Легко сказать, Тань. У меня не получается скрывать свои эмоции. 

- Знаю, моя хорошая! Ты у меня очень открытая и искренняя. Так не хочется, чтобы ты разочаровывалась… 

В понедельник я сильно волнуюсь. Встаю за три часа до начала рабочего времени, отглаживаю новое платье, укладываю волосы в крупные локоны и делаю легкий ненавязчивый макияж. Точно как учила меня сестра.  - Маша, Артур Маратович попросил подготовить документы по «Омеге», - произносит секретарь, когда я появляюсь в приёмной. 

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Хорошо. Две минуты! 

- Маш… - шепчет Вера. – Ты – бомба! Мужика себе завела? 

- Может и завела, - улыбаюсь ей в ответ, перед тем как скрыться у себя в кабинете. 

Документы по «Омеге» были готовы у меня давним давно, поэтому мне остается их только распечатать. Через обещанное время я уже стою перед массивной дубовой дверью, перевожу дыхание и тихо стучу.