Лавейл Спенсер - Горькая сладость

На полдороге к пожарной станции Эрик вдруг услышал слева рев мотора и, оглянувшись через плечо, увидел призрак, очень похожий на него самого, только во всем черном и на «полярисе». Эрик поднял руку в знак приветствия, и водитель «поляриса» ответил тем же. Дальше они ехали рядом, пока наконец в белом вихре не появились красные огни пожарной станции.

У дверей уже стояли два снегохода. Не выключая мотора, Эрик перебросил ногу через сиденье, поднял защитный экран шлема и крикнул:

— Чертовски неудачное время, чтобы вылезать из постели, а, Датч?

— Господи, это уж точно! — раздался приглушенный шлемом голос Датча, не успевшего поднять защитный экран. — Уссышься пробиваться сквозь такую пургу, да?

Датч и Эрик направились к кирпичному зданию станции.

Внутри они застали двух водителей снегоходов и Эйнера Сиквеста, который раскладывал по пакетам все необходимое для оказания первой помощи. Сиквест отдавал распоряжения водителям:

— Поезжай как можно быстрее к доктору Брейту. Он даст тебе инсулин, который нужно доставить Уолту Макклуски на Каунти-Роуд «А». Ты, Брайен, — он повернулся ко второму водителю, — прочешешь маршрут от Каунти-Роуд «Ф» до скоростной трассы номер пятьдесят семь. С одного конца трассу перекрыли, но три машины все-таки не добрались до места назначения. Датч, Эрик! Спасибо, ребята, что согласились помочь. Можете сами выбрать маршрут: один — Каунти-роуд «ИИ», второй — скоростная трасса номер сорок два. Проклятые шоферюги не смогли дотянуть до мотеля. Есть подозрение, что они застряли где-то в тех краях. Если кого-нибудь обнаружите, сделайте все, что в ваших силах. Отвезите людей куда-нибудь, оставьте в мотелях, в частных домах или тащите сюда. Вам что-нибудь нужно?

— Нет, я все собрал, — ответил Эрик.

— Я тоже, — сказал Датч. — Я, пожалуй, поеду на Каунти-роуд «ИИ».

— Тогда я на сорок вторую, — согласился Эрик.

Они вышли с пожарной станции, и им опять пришлось прокладывать путь к машинам. И хотя всего минуту назад они вроде бы протоптали дорогу, ее уже занесло снегом. Оседлав сиденье снегохода и ощутив ровную вибрацию работающего мотора, Эрик почувствовал себя увереннее, подумав, насколько же человек доверяет технике. Датч тоже оседлал свой «полярис» и, опуская защитный экран шлема, крикнул Эрику:

— Берегись колючей проволоки, Сиверсон!

— Ты тоже, Уинклер! — ответил Эрик, натягивая на лицо лыжную маску и опуская экран шлема.

Держась поближе друг к другу, они направились на запад, в туманных отсветах праздничной иллюминации проехали по Мэйн-стрит и добрались до развилки, где скоростная трасса № 42 вела наверх, в гору, в сторону от центра. Оказавшись за городом, они могли ориентироваться лишь по телефонным столбам и по изредка попадающимся изгородям. Свет фар плохо пробивался сквозь пургу. Кое-где яростный ветер полностью очистил дорогу от снега, а где-то намел такие сугробы, что дорогу нельзя было угадать даже по телефонным столбам. В одном месте фары высветили сугроб, очертаниями напоминавший занесенную снегом машину. Эрик заметил его первым. Они подъехали и начали раскапывать. Но это оказался лишь придорожный камень «король валунов», на котором было написано: «Да хранит тебя Бог!»

Снова забравшись в снегоходы, они вместе доехали до перекрестка, где Датч, махнув на прощание рукой, свернул налево и тут же исчез в пурге.

Теперь, когда не было рядом Датча, Эрику показалось, что стало еще холоднее, а ветер усилился и хлестал по лицу с удвоенной яростью. Прыгающий свет фар его снегохода будто искал Датча, который совсем недавно был еще тут. Снегоход то катился, то подскакивал, а иногда просто летел по воздуху. Эрик крепче вцепился в руль и с облегчением ощутил уверенную вибрацию мотора — единственный признак жизни в этой ночи, затерявшейся в пурге.

Руки устали от напряжения, поскольку приходилось удерживать машину на скатах. Эрику показалось, что он отморозил большой палец на левой руке. Он чувствовал резь в глазах и головокружение, оттого что приходилось постоянно вглядываться в мельтешащий перед глазами снег. Монотонность и однообразие притупляли бдительность, и Эрик боялся, что не заметит занесенную снегом машину. Поворачивая, он услышал, как снегоход со скрежетом проехался боком по бордюрному камню, и Эрик выровнял движение, выехав на середину дороги. Он вспомнил предупреждение Датча: «Берегись колючей проволоки!» Водители снегоходов часто погибали или калечились, столкнувшись с придорожными проволочными ограждениями. Тот, кто оставался в живых после такой аварии, всю жизнь потом носил на горле красное ожерелье шрамов.

Интересно, где сейчас Нэнси? Сегодня она не позвонила. Кажется, она в Фарго, если только он правильно запомнил название города. Неужели пурга добралась и туда?

Он надеялся, что мать не обманывала, уверяя, что топливный бак в доме полон. Упрямая Анна не позволяла ни ему, ни Майку установить ей новую систему отопления. Печка работает как новенькая, повторяла она. Ладно, кончится пурга, и Эрик обязательно купит ей новую систему отопления, хочет она того или нет. Ма уже не в том возрасте, чтобы жить в доме, где из пяти комнат только одна теплая.

Эрик надеялся также, что у Барб беременность протекает нормально. Если же еще и с этим возникнут какие-нибудь сложности, то придется очень туго, поскольку во всем округе только один родильный дом, да и тот находится в Старджион-Бее.

А Мэгги... Мэгги совсем одна в своем огромном доме. Со стороны озера завывает ветер, под тяжестью снега скрипит крыша... Интересно, спит ли Мэгги на этой кровати, которую они вместе втащили в дом? Тоскует ли она ненастными ночами по своему мужу?

Задумавшись, Эрик чуть не проехал мимо занесенной снегом машины, но увидел красный шарф, привязанный к лыже. Лыжа была воткнута в сугроб прямо посередине дороги. Только этот шарф на лыже и указывал, что где-то поблизости стоит машина. Эрик прибавил скорость, сердце его бешено стучало. В замурованной снегом машине люди могли задохнуться. Если же им удалось выбраться, они наверняка замерзли. Эрик подъехал ближе, но так и не разобрал, где у машины капот, — настолько ее завалило снегом. Не было видно и проталины от выхлопной трубы.

Когда-то на Стэллиг-Бич Эрик спас тонущего ребенка, и сейчас на него волной накатило то же ощущение страха, что он опоздал. Тогда от хлынувшего в кровь адреналина грудь покрылась красными пятнами. Сейчас ему казалось, что он с трудом и бесконечно медленно продирается сквозь черную патоку, хотя на самом деле он несся со скоростью циклона и соскочил со снегохода, не дожидаясь, пока тот остановится. Эрик нащупал лопату и по пояс в снегу, яростно сражаясь с разбушевавшейся стихией, стал пробиваться к освещенной фарами снегохода, засыпанной снегом машине.