Керрелин Спаркс - Все, что я хочу на Рождество

— Но я не вооружен! — запротестовал тот.

— Ты был вооружен пару минут назад — просто увидел нас и бросил свой меч! — прорычал Ангус. — И не делай большие глаза, Юрий! Думаешь, я тебя не узнал? Если мы отпустим тебя, ты вернешься, и нам придется тебя прикончить. Так что уж лучше прямо сейчас — чтобы потом лишний раз не возиться.

— Надеешься, что он с тобой согласится? — хмыкнул Жан-Люк.

— Если вы такие добрые и благородные, то никогда не поднимете руку на безоружного! — бросил Юрий.

— О, черт… ненавижу, когда они так говорят! — буркнул Ангус.

Жан-Люк пощекотал острием меча горло Юрия.

— Ну же, не трусь! Возьми в руки меч, и уладим это дело, как мужчины!

Тот притих, словно кот, написавший в хозяйские тапки.

— Ну вот! — презрительно фыркнул Ангус. — Держу пари, он со страху намочил штаны!

— Ничего подобного! — взвизгнул Юрий. — Станислав, ты как хочешь, а я ухожу!

Но его приятелю было не до него. Держа наготове мечи, противники настороженно замерли.

— Стэн, приятель, похоже, тебе крышка, — негромко проговорил Финеас. — Зачем тебе это? Я всегда считал тебя порядочным парнем. Единственным в этой шайке, с кем можно было поговорить.

— Ты перехитрил меня, ублюдок! — Станислав, поскользнувшись на снегу, едва не упал. — И я, дурак, рассказал тебе, где искать Катю.

— Эту сучку? Зачем она тебе, Стэн? Неужто ты еще не понял, что принял не ту сторону, чувак?

— Предатель! — Станислав сделал быстрый выпад, и меч угрожающе свистнул в воздухе.

Финеас вовремя парировал удар, и его противник, тяжело дыша, отпрыгнул в сторону.

— Уходим! — завизжал Юрий.

— Не могу! — прохрипел Станислав, утирая вспотевший лоб. — Если я не убью Финеаса, Йедрек меня прикончит.

— Ах ты, кусок дерьма! — Возмущенный Финеас взмахнул мечом, и меч Станислава, описав в воздухе дугу, отлетел в сугроб. Станислав попятился. Мгновением позже ему в грудь уперлось острие меча. — Выбор у тебя невелик, — проговорил Финеас. — Вариантов три: пасть от моей руки, ждать, пока Йедрек свернет тебе шею, или присоединиться к нам.

— Стой, стой! — завопил Ангус, обернувшись к ним. — Разве мы сможем доверять этому ублюдку?!

Станислав, воспользовавшись передышкой, растворился в воздухе. Йен, повернувшись, успел заметить, что Юрий тоже исчез.

— Черт! — пробормотал Жан-Люк.

Из груди Ангуса вырвался вздох.

— Холера!

— Нужно было прикончить его, когда была такая возможность! — Финеас с досадой взмахнул мечом. — Я просто…

— Не хотел его убивать? — Ангус снова вздохнул. — Вот поэтому ты среди нас, парень. Мы убиваем, когда нет другого выхода, но нам это не по вкусу.

— Но ведь он вернется, — упавшим голосом пробормотал Финеас.

Ангус обнял его за плечи.

— Всегда найдутся те, кто захочет нас убить. Я живу уже пятьсот лет, но ничего не меняется. Жизнь научила меня только одному — не спеши убивать…

— Угу. Это уж точно, — раздался саркастический голос Коннора. — Убьешь одного, а завтра явятся еще двое!

— Что-то я продрог, — заметил Роман. — Может, вернемся на бал?

Санта-Клаусы гуськом потянулись в дом. Йен сунул меч в ножны.

— Ты бы лучше смыл с себя ее запах, прежде чем Ангус с Коннором унюхают, — раздался у него над ухом шепот Робби.

Йен скривился. Дождавшись, когда парковка опустеет, он перенесся в «серебряную» комнату, со сверхъестественной скоростью принял душ и также быстро переоделся.

Вылетев в коридор, Йен кинулся к лестнице. И замер, услышав слабый перезвон колокольчиков. Двери лифта разъехались, и из него вышла Тони.

— Тони! — Йен бросился к ней. Глупо было надеяться, что она станет послушно дожидаться его в конференц-зале.

— Йен! Что ты тут делаешь? Я думала, ты с Финеасом?

— Нет, это ты что тут делаешь?!

— Я спустилась вниз узнать, что происходит, — зашептала Тони. — Тут подошла Эмма Маккой и шепотом велела мне подняться к себе в комнату и сидеть там. Я предпочла не спорить — почему-то у меня появилось подозрение, что она в курсе, чем мы с тобой занимались.

— У вампиров нюх, как у собак, — хмыкнул Йен. — Мне посоветовали примерно то же самое.

У Тони округлились глаза.

— Они могли унюхать, чем мы… Ну, ты понимаешь.

— Понимаю. К несчастью, не только Эмма это унюхала.

— Проклятие! — пробормотала она. — В этом доме ничего не скроешь!

— Я что-нибудь придумаю. После того как Коннор с Романом уедут, станет полегче. А Жан-Люк скоро устраивает прием на своем ранчо в Техасе, поэтому большинство гостей под утро телепортируются туда.

— Отлично! — Тони зевнула.

— Ты устала. Иди-ка спать, милая! — Провожая Тони взглядом, Йен уже знал, что ни за что не расстанется с ней.

Коннор не осмелится стереть ей память, если они обручатся. Для Йена это был гигантский шаг вперед, но мысль о женитьбе на Тони не показалась ему дикой. Скорее… правильной. И невероятно приятной.

На следующее утро Тони позвонила Карлосу узнать, как дела у Сабрины.

— Она полностью пришла в себя, — отрапортовал Карлос. — И замучила меня вопросами. Желает знать, почему она не дома. И как нам удалось вытащить ее из клиники. Я попросил Тедди до твоего прихода держать язык за зубами, но парня так и распирает.

— Скажи, что я приеду в первый же выходной и все объясню, — попросила Тони. — Во всяком случае, попытаюсь.

— Есть еще одна проблема, — буркнул Карлос. — Местные каналы передали фото Бри в своих новостях. Утверждают, что ее похитили.

Тони беззвучно застонала. Не могут же они торчать в отеле до скончания века?

— Я хотел предложить тебе встретиться в ночном клубе вампиров, — бодро предложил Карлос.

— В «Рогатых дьяволах»?!

— Лучше места, где спрятаться, нам не найти. Ни один смертный туда не сунется. А вампиры, даже если узнают ее, вряд ли кинутся звонить в полицию. И Бри своими глазами убедится, что они существуют.

— Ну, не знаю… — протянула Тони. — А если она испугается?

— Чего? — Карлос понизил голос. — Бри до сих пор уверена, что у нее снесло крышу. Она должна убедиться, что это не так, иначе рано или поздно снова угодит в психушку.

— Ладно, уговорил. Попрошу Йена телепортировать нас туда сегодня же. Встречаемся в половине шестого. — Тони повесила трубку.

Вскоре после этого разговора посыльный вручил ей небольшую бирюзового цвета коробочку от Тиффани. С замиранием сердца Тони открыла ее и увидела изящный кулон в виде сердца. Под ним лежала записка: «С любовью, Йен».

Он любит ее. Весь день она больше ни о чем не могла думать. Едва дождавшись захода солнца, она помчалась к себе принять душ и переодеться.