Кэтрин Крилл - Техасская свадьба

— Ты пытаешься заключить со мной сделку? — насмешливо спросил он.

— Я пытаюсь заставить тебя понять, что твоя месть нас не сделает ближе. — Глаза ее страстно и искренне горели, когда она поклялась: — Если ты попытаешься причинить ему вред, я никогда тебя не прощу. Я больше никогда не обмолвлюсь с тобой ни словом. Ни единым. Никогда.

Но, конечно, она была способна и на большее. Она-то уж ему отомстит. Она заставит его заплатить, даже если на это уйдет вся оставшаяся жизнь.

— В общем, как я погляжу, ты ясно выразилась.

— О Тэйт! — взмолилась она, и глаза ее вдруг наполнились слезами. — Что с тобой случилось? Ты всегда был так добр ко мне. Твои братья тоже. Почему ты хочешь разрушить все хорошее? — На миг она забыла, что перед ней стоит хладнокровный вор, бандит, преступник, который пытался убить Рэнда… Она вздрогнула, когда он схватил ее за руки.

— Ты единственная, чего я хочу, Клэр, — заявил он, и его голос был полон страдания. — И если я не могу тебя получить, ничто больше не имеет для меня значения, я сделаю то, что должен сделать.

Эти слова еще сильнее испугали ее.

— Да поможет тебе Бог, — прошептала она.

— Я заключил договор с дьяволом. Ты разве не знала? — С невеселой улыбкой он, наконец, вышел за дверь.

С болью и страхом она смотрела ему вслед. Он, конечно, ни в чем не признался, но ее подозрения усилились. Рэнд будет в опасности, пока Тэйта не арестуют, пока Тэйт не будет убит или не окажется за решеткой. Но от этой мысли она почувствовала не более чем сожаление по отношению к Тэйту.

Клэр вернулась к своим делам: подтащила матрас к огню, засунула его прямо в середину пламени. Через минуту оно с жадностью накинулось на него. Когда от матраса не осталось ничего, кроме пепла, Клэр заперла хижину и в сгущающейся темноте поспешила домой.

Рэнд нетерпеливо ждал ее возвращения. Она решила ничего не говорить ему о неожиданной встрече с Тэйтом до утра, не желая волновать его. Она заставила себя улыбнуться, освобождая Хар-мони от ее обязанностей сиделки.

— Ты уже поужинала? — спросила она девочку.

Та кивнула, встала со стула возле кровати, Волк, махая длинным лохматым хвостом, потягиваясь, поднялся на все четыре лапы.

— Мама разрешила мне ужинать здесь, вместе с мистером Паркером. Мне нельзя было говорить, — доверительным шепотом прибавила она, весело блестя глазами и поглядывая на Рэнда, — что он тоже немножко со мной поел.

— Да неужели? — Клэр обняла девочку за плечи, наклонилась и тоже как бы по секрету прошептала: — Я думаю, мы должны про это рассказать доктору Харрелсону, да? Он, видимо, захочет…

— Где ты была? — строго спросил Рэнд. Нахмурившись, он скрестил руки на груди и посмотрел на нее тяжелым изучающим взглядом. Было ясно, он что-то заподозрил.

— Я говорила тебе, мне надо было кое-что проверить. — Она выругалась про себя, почувствовав, как лицо заливает краска.

— Что проверить?

— Я думаю, тебе уже пора идти вниз, — сказала Клэр, взяв Хармони за плечи. Она довела ее до двери и снова улыбнулась: — Спасибо за помощь.

— А что, мистер Паркер будет теперь спать в твоей постели? — с детской прозорливостью спросила Хармони.

— Устами младенца, — проговорил Рэнд и, сверкнув глазами, встретился со взглядом Клэр. Она покраснела еще сильнее.

— А почему бы тебе не погулять с Волком? — предложила Клэр девочке. — Сегодня такой хороший вечер, может, вы оба навестите Салли, он в сарае.

— А преподобный Мюллер говорит, что у Салли ой-ей-ей какой характер.

— Преподобный Мюллер совершенно прав.

— Он очень хороший, — гордо заявила Хармони. — Она запустила пальцы в густую шерсть собаки и повела пса с собой к выходу. — Но он все равно не такой замечательный, как Уилл. — При этих словах на лицо Клэр набежала тень.

— Ну, так теперь ты скажешь, черт побери, куда тебя носило? — спросил Рэнд, когда они, наконец, остались одни.

— Да никуда. — Она закрыла дверь.

— Так я тебе и поверил.

— Я думаю, Хармони хорошо развлекла тебя? — пробормотала она и улыбнулась.

— Не сработает.

— Что не сработает?

— Переменить тему разговора тебе не удастся. — Он наблюдал, как она стала расплетать косу. — Тебя очень долго не было.

— Разве? — Она выпустила на свободу золотистые локоны и села рядом с ним на стул, сложив руки на коленях. — Я не собиралась долго задерживаться.

— Тэйт Дженнер не появлялся?

— Нет, — ответила она и тут же опустила глаза, тяжело вздохнув. — А что, если кто-то снова попытается тебя убить?

— Я прослежу, чтобы этот номер не прошел.

— Боже мой! Если бы с этим было навсегда покончено! Если бы ты был в полной безопасности! — сказала она дрожащим голосом.

— Ты уезжала с ранчо, так ведь? — спросил Рэнд, когда Клэр снова подняла глаза на него.

— Откуда ты…

— Да, черт побери, Клэр, я же тебе не велел уезжать с фермы! — И хотя движение, которое он сделал, вызвало боль и заставило поморщиться, он обеими руками схватил ее за руки. — Куда ты ездила?

— На стоянку, в хижину. Я не думала, что из этого выйдет что-то плохое.

— Ну и что, вышло? — Его красивое лицо стало грозным, он крепче сжал ее руки. — Как все было?

— Я говорила с Тэйтом, — наконец с трудом выговорила она. И, побледнев от воспоминаний, добавила: — Он ни в чем не признался, но, без сомнения, он собирается мстить. О, Рэнд, ты был прав! — Она проглотила комок в горле, слезы грозили политься из глаз. — Он не такой, каким я его представляла.

— Боже мой! Он обидел тебя? — взревел Рэнд.

— Да нет, — поспешила она успокоить его. Под яростным взглядом Рэнда, она затрясла головой. — Он только хотел поговорить, я, конечно, даже намека не сделала, что подозреваю его, но все-таки что-то было в его поведении такое… Я думаю, стрелял он.

— Но ты уверена, что с тобой все в порядке?

Она кивнула, Рэнд нахмурился и предупредил:

— Попробуй только еще раз меня ослушаться. Клянусь, я…

— Да ради Бога, я же не могу…

— Можешь и будешь! — Он стиснул ее руки так, что она вскрикнула.

— Ты же повредишь себе плечо.

— Когда, наконец, ты станешь меня слушаться? — потребовал он ответа.

— Когда рак на горе свистнет, — быстро ответила она и удивилась, что Рэнд освободил ее и откинулся на подушки.

— Без всякого сомнения, ты самая тупоголовая женщина, которую мне доводилось знать. — Но в голосе, кроме насмешки, слышалась любовь. — Если именно таким будет наш брак, да поможет мне Бог!

— Можешь отправляться на все четыре стороны.

Они оба знали, что она на самом деле так не думает.