Развод. Я хочу стать мамой - Виктория Вишневская

особо защищалась… Чувства вспыхнули у обоих.

Казалось бы, всё идеально. Но даже в этом знакомстве был подвох.

Первый год мы жили друг для друга, ловили кайф от каждого дня.

На второй — захотели детей.

Бог не давал.

Пытались ещё и ещё…

Анализы, обследования, надежды. Попытка забеременеть — и… выкидыш. Осложнения, снова безрезультатные попытки, снова одна полоска на тесте.

Мы решились на ЭКО. Подготовка, гормоны, огромный стресс для организма — и опять неудача.

У меня опускаются руки. Чувствую себя сломанной: ни забеременеть не могу, ни ребёнка выносить не смогла.

Каждый раз ненавижу себя. И его, бывшего, за то, что он сделал со мной. Тогда я всё же не смогла отделаться лишь синяками.

Тяжело вздыхаю и швыряю очередной отрицательный тест в урну. Следующий сделаю только через месяц. И то — уже ни на что не рассчитываю. В горле ком. Хочется плакать.

У меня есть работа, есть любящий муж. И я, кажется, хочу семью ещё сильнее. Я ребёнка хочу. Мамой стать. Я так многого прошу?

– Ариш, завтрак! – зовёт муж через всю гостиную. Как всегда громко, как он умеет, что даже в туалете слышно.

Я встаю, выпрямляюсь, смахиваю вдруг выступившие слёзы. Устала уже плакать. Должна бы привыкнуть, что чуда не случится… но не привыкается.

Вымываю руки, выхожу из туалета и пытаюсь натянуть улыбку. Не хочу заразить Августа своим испорченным настроением.

Захожу на кухню — и будто попадаю в другой мир. У окна мягкий утренний свет, на плите шкворчит сковорода, пахнет поджаренными яйцами, свежим укропом и сладкими помидорами.

Август стоит у плиты, сосредоточенно выкладывает яичницу на тарелки, ровно раскладывает помидорки и сверху щедро посыпает зеленью. Он так увлечён, что не замечает меня.

Подхожу и обнимаю его со спины. Прижимаюсь крепко-крепко, зажмуриваюсь и на секунду забываюсь. Только этот мужчина помог мне справиться со всем дерьмом, с которым я столкнулась за последние пять лет. Мы столько всего пережили — и я ему за многое благодарна. До боли в груди.

– М-м-м… это такая благодарность за завтрак? – улыбается он, не оборачиваясь. – Я готов готовить каждый день.

– Я тебя за язык не тянула, – улыбаюсь в ответ, нехотя отлипаю и шмыгаю под мышку, чтобы заглянуть на тарелки. – Как же вкусно выглядит!

– Садись уже, ешь, – кивает на стол. – А то опоздаешь.

– Не опоздаю, – плюхаюсь на стул и с нетерпением потираю ладони. – У меня есть личный водитель.

– Есть, – коротко кивает, скользя по мне тёплым взглядом и ставя передо мной тарелку. – Ещё и работает бесплатно.

Я смеюсь — легко, по‑настоящему. От тепла кружится голова, и на миг становится не так страшно. Может, чудеса и не случаются по расписанию. Но одно чудо со мной произошло. Это мой муж.

— А у него вторая работа есть. На семью хватает.

— Так-то я министр, а такси — так, для души, — шутит он. Его тёплый смех как лампа — разгоняет сумрак внутри. Но стоит на секунду отвлечься, и я снова проваливаюсь в свои мысли.

А если… взять ребёнка из детского дома?

— Ты опять делала выручку фармацевтам? — вдруг спрашивает Август.

— Ты о чём?

— Опять накупила тестов и теперь делаешь их каждую неделю?

Неловко чешу висок. Как узнал?

— Я же со своей карты покупала. Откуда знаешь?

— По твоему лицу легко догадаться. Слишком грустное.

— Ну, пора бы уже привыкнуть, — бурчу, уткнувшись в тарелку.

— Арин, — он накрывает мою ладонь своей. Тёплой, уверенной. Во мне всё сжимается. Я вскидываю взгляд и замираю, боясь услышать ту самую фразу. «Я тебя бросаю».

Я знаю, как сильно Август хочет семьи. До меня он ни с кем толком и не сходился: работа-работа-работа. А со мной как будто выдохнул, зажил. Я видела, как он светился, будто у него внутри зажгли гирлянды. Он стал брать выходные, уходить вовремя, а не ночевать в офисе, как прежде.

— Давай пока успокоимся? — мягко говорит он.

— Я спокойна.

— Я не про это. Давай пока перестанем хвататься за ребёнка, а?

Я замираю. От него я ждала чего угодно, только не этого.

— Нужно передохнуть, — он осторожно сжимает мою ладонь. — Наши организмы, особенно твой, живут в стрессе. Им нужен отдых. Мозгам тоже. Отпустить эту мысль, жить как живётся. Чем больше ждёшь, тем сильнее разочарование, так ведь? А так — отдохнём, забудемся, и, может, всё само получится.

Знаю такие случаи. Знаю…

Но кто сказал, что отпустив, а потом вернувшись к этому через год, мы справимся?

Гарантий нет. А время идёт.

А вдруг случится чудо? Я уже и не знаю, за какую мысль держаться.

— Может, ты и прав, — шепчу. — Давай перестанем гнаться за детьми. Пока что.

— Подумай о карьере, — улыбается муж, и в глазах у него хитрые искорки. — Обычно, как только женщина о ней мечтает, случайный залёт рушит все планы.

— Дурак, — бью его кулаком в плечо, не сильно.

— Дурак-дурак, а кто-то опаздывает на работу.

— Мы опаздываем! — восклицаю и быстрее отправляю в рот последние кусочки вкусноты, которую он приготовил. Золото, а не мужчина.

Мы быстро одеваемся. Едем в университет, где я работаю. Август, как всегда, подбрасывает меня по пути.

— Надолго сегодня? — спрашивает он, притормаживая у входа.

— Нет, три пары. Потом с сестрой в кафе встречаюсь — говорит, надо поговорить.

Она выглядела встревоженной вчера вечером.

— Хорошо, — он целует меня в щёку. В губы возле работы я ему запретила — тут свои правила. — Звони. Может, сегодня освобожусь пораньше и заберу тебя.

— Люблю тебя.

— И я тебя.

Вылетаю из машины, бегу к университету. По пути снова приходит сообщение от сестры.

«Сегодня точно всё в силе? Кажется, я придумала, как вам с Августом стать родителями».

Я сглатываю, хочу уже написать ответ, но одёргиваю пальцы.

Мы договорились с мужем не думать об этом. И я выгоняю все мысли из головы и быстрее бегу на пару.

Глава 5. Арина

— Арина Михайловна, а вы у нас надолго?

— Что за вопросы, Самойлов? — не поднимая головы от плана, черчу строчку за строчкой, пока непутевые студенты один за другим тянутся за заданиями.

— У нас в