Его любимое оружие - Мария Киселева(Литнет)

пара мышей шевелятся и чуть расправляют крылья, словно устраиваются поудобнее в постели. Я не сдерживаю писка и оступаюсь назад на неровную поверхность пещеры. В последний момент мою руку пронзает боль — это хватка Моргана. Мужчина держит меня за запястье, его левая рука — придерживает у лопаток. Мы почти ничего не видим из-за специально ослабленного света фонариков, но я чувствую его дыхание на лице.

Нет. Нет, Ари, ты не станешь делать это первой. Никаких поцелуев. Плевать. Я тянусь к Моргану, когда он лишает момента и тянет на себя, помогая встать.

Тяжело дышу по многим причинам, бормочу благодарность и говорю:

— Давай вернемся.

— Экскурсия очевидно подошла к концу. — последний раз обводит взглядом крылатых и снова берет меня за руку, чтобы проводить к выходу, я бы в жизни не выбралась без него, уверена, Морган это знает.

Когда мы проходимся по побережью острова, а затем возвращаемся на яхту, пытаюсь охладить след у запястья пальцами другой руки.

— Что случилось? — хмурится и убирает мою руку.

— Ничего страшного, ты меня поймал, остальное неважно. — это след от его мощных пальцев и нечеловеческой хватки — Прости. — поджимаю губы.

Думаю, он не терпит женских слез, потому что одна скатывается до подбородка. Я опять все порчу, не могу быть идеальной, как девушки моего статуса. Теперь отпугнула такого мужчину как Морган.

Но он возвращается через две минуты с аптечкой и достает охлаждающую мазь от синяков.

— Мне действительно жаль, что я доставила неудобства и помешала тебе исследовать пещеру. Не надо, до берега не больше получаса.

На этот раз он осторожно берет мою руку и кладет себе на колено.

— Ты последнее создание, которое могло бы тяготить своими поступками.

Некрасиво всхлипываю.

— Спасибо.

— Перестать благодарить или просить прощения. Тебе не за что это делать.

Я тихо шиплю, потому что на коже не просто синяк, но и незаметные крапинки крови.

— Прости, чудо. — на его лице искренний испуг и сожаление.

— Тебе не за что это делать, мой герой. — повторяю его слова.

Морган улыбается, что вызывает у меня хихиканье. Я стираю последнюю слезинку.

— Составишь мне компанию в пятницу? — он проводит шершавыми пальцами по моей ране, и кожа покрывается мурашками.

— Куда мы идем?

— Спасать летучих мышей.

— А…да, конечно, у нас нет дел важнее. — вырывается неловкое — Но я слишком давно не была на таких мероприятиях, тебе лучше найти кого-то другого.

— Я не жду заученных фраз и королевских манер, Ариэлла. Мне просто нужна рядом ты. Познакомлю со своими друзьями, вместе безболезненно переживем этот ужин.

Это звучит едва ли не предложением руки и сердца.

— Да. — говорю, пусть уже и согласилась — Это будет здорово.

— Я бы сказал — чудесно.

Мне не кажется, я серьезно — он смотрит на мои губы, и я произвольно их облизываю. Вечер пятницы обещает быть захватывающим.

ГЛАВА 4

МОРГАН

Я в жизни не смеялся так много, как за последние недели, поправка: усмехался. Есть ли виновник в этом деле? Однозначно, да.

Смотрю на рассылку-напоминание о сегодняшнем вечере и усмехаюсь: «Летучим мышкам помоги, они друзья, а не враги». Напоминаю своей не самой сконцентрированной спутнице время, когда заберу ее и основы дресс кода. Если честно, мне плевать, в чем Ариэлла придет на ужин. Во-первых, моя цель не показать ее в хорошем свете при светском обществе, а сблизиться. Во-вторых, светловолосое чудо будет привлекательна во всем.

Я приезжаю с водителем на час раньше, рассчитывая совершить пару деловых звонков без лишних передвижений, но перед этим пишу Ариэлле. Она не читает сообщение, наверное, просто видит уведомление, когда звонит. Я слышу тихое шипение боли и уже хватаюсь за ручку.

— Я еще не готова, но если ты уже подъехал, то можешь подниматься. Я вставила ключ в лифт.

Очевидно, спонсирование разработок в Швейцарии чуть замедлится.

Через несколько минут я попадаю в пентхаус в молочных тонах. У самого порога меня встречает белое существо, делающее круг у моих ног, оно тут же забивается под диван.

— Морган! Я в гостиной.

Отлично, словно я знаю где ее гостевая комната.

Чудо сидит в коротких шортиках и майке, пока женщина сзади заплетает ей тугую косу, начинающуюся от самого лба. Таких кос уже пять, и Ариэлла периодически морщится от боли при стягивании парикмахера. На лице же легкий макияж, который вряд ли принадлежит руке профессионала, и все же понимаю, что почти не видел девушку накрашенной.

Я сажусь и тупо наблюдаю за процессом, парикмахерше требуется еще десять минут, чтобы закончить. Ариэлла крутится у зеркала, рассматривая прическу со всех углов.

— Вам нравится? — довольно блять высокомерно женщина.

— Да.

У Ариэллы натянутая улыбка и неуверенный голос.

— Спасибо, оплата переведена.

— Хорошего вечера, мисс.

Мы оказываемся на расстоянии вытянутой руки, и без обуви она кажется еще меньше.

— Красиво?

— Нет, так же считаешь ты. — Ариэлла, словно открытая книга, которую хочется дочитать до конца.

Она поджимает губы.

— У нас меньше часа, а я…я думала это будет красиво и подходить под образ…

— Садись, я помогу.

Снимаю пиджак и сажусь на диван позади нее, вижу оголенные лопатки, тонкие лямки пижамной майки.

— У меня уже болит от них голова. Умоляю, быстрее.

Мне приходится постараться, чтобы не стать каменным от ее просьбы-стона. Я так не концентрировался во время выходов в город на службе, когда умудрялся подцепить девчонку.

Молча расплетаю светлые пряди, невольно пытаясь продлить момент, пусть и имел дело с узлами смертельных уровней. Под конец ее волосы в частых волнах, что ей чертовски идет.

— Платье, и я готова! — вскакивает и бежит наверх, белый комочек-кошка следует за ней.

В это время осматриваю собственность моего врага. Родители купили ей роскошное жилье в Чикаго. Но почему именно этот город? Почему я организовал штаб квартиру и переехал именно сюда за ней?

Совсем скоро Ариэлла сбегает в красном наряде, держа туфли за каблуки. На ней облегающее платье на тонких лямках, а подол заканчивается сотней атласных роз и куда выше колен. Это платье настолько же дерзкое, насколько по-кукольному смотрится на этой девушке. Я оцениваю ее идеальные изгибы, грудь в чашках корсета. Явно делаю это слишком заметно, потому что щеки Ариэллы сливаются с платьем.

— У тебя прекрасная