Оркестр - Мира Форст

− Брал мастер-классы у известных педагогов, − спокойно ответил тот.

− Ефим, мы планируем после армии стать известной рок-группой. Присоединишься? – предложил я.

− С удовольствием, − согласился он, не раздумывая.

− Как думаете, почему он так быстро согласился? – спросил Кир, когда у нас выдалось свободное время.

− Ты же слышал, конфликт у него со старшим Струковым. Приемный папочка наверняка хотел его в какой-нибудь международный институт запихнуть, экономику изучать, а пасынок рокером мечтает стать. Вот и поругались на этой почве, − предположил Савелий.

− Может и так. Только все равно, дерганый он какой-то, − продолжал сомневаться Кирилл.

− Наркота? – пришло в мою голову объяснение вертлявости и подозрительности парня.

− Только этого не хватало, − возмутился Кир.

Некоторое время мы с друзьями увлекались биографиями знаменитых музыкантов, удивляясь, как многие из них попросту самоуничтожали себя. Уже давно решили и дали друг другу слово, что, если хотим покорить Олимп и удержаться там, наркотиков в нашей жизни не будет.

− Поэтому, мэр Ефима сюда и отправил. Мозги прочистить, − решил я. – Убрал с глаз подальше, чтобы пасынок-наркоман предвыборную кампанию не сорвал.

− А в интервью будет трепать, что у него, мол, самая обычная семья, даже сын в армии служит. И не в каких-то там привилегированных войсках, а в самой обычной военной части, − добавил Савелий.

− Но мы не можем его упустить. Согласны? – спросил я.

Друзья согласились.

− Он талантище, − сказал очевидное всем нам Кир. – Будем надеяться, что армия поможет ему справиться с зависимостью.

Так в нашей группе «РКС» появился четвертый участник.

Раз в неделю мы играли в солдатском клубе. Сослуживцы и командный состав просили у нас автографы.

− Продам какому-нибудь журналу, когда вы знаменитыми станете, − убрал наш сержант в карман форменных брюк блокнотный лист, где мы вчетвером расписались.

Никаких поблажек по отношению к другим ребятам нам не делали. Мы, как и все остальные срочники, заступали в наряды, собирали автоматы, стреляли на полигоне, начищали сапоги, участвовали в занятиях по химзащите и драили казармы. А репетировали в вечернее время, которое отводилось на досуг.

С Ефимом сыгрались достаточно быстро. Парень оказался неконфликтным и увлеченным музыкой не меньше нашего. Можно сказать, он развязал мне руки, взяв на себя все партии ритм-гитары. А я смог сосредоточиться исключительно на пении. Каких-то признаков постнаркотической ломки за ним более не замечали и разговоров на эту тему не вели.

После армии нас ожидал приятный сюрприз.

− Парни, директор музыкального училища мой хороший друг. Я договорился, что если успешно пройдете прослушивание, в чем не сомневаюсь, то вас зачислят сразу на второй курс, − сообщил наш бывший педагог по классу гитары Никитский Владимир Сергеевич.

На прослушивание мы привели с собой Ефима, который изъявил желание учиться с нами.

− Ты с отчимом помирился? – спросил его Савелий.

− Наоборот, поругались в первый же день, как я вернулся, − пробурчал он.

− Слушай, мэр мог бы нам помочь продвинуться, а ты такой возможностью разбрасываешься, − наехал на него Скворец.

− Не мог. Отчим музыку баловством считает. По его представлению, все музыканты дегенераты.

− При таком подходе он тебе не разрешит в училище учиться, − заметил я.

− А он меня из дома выгнал, − весело ответил Ефим. – Предвыборную кампанию выиграл и ему теперь все равно, чем я заниматься буду.

− Тебе есть где жить-то? – уточнил Кирилл.

− У мамы от бабушки комната в коммуналке осталась. Она ее раньше сдавала. Теперь я там жить буду.

Прослушивание прошли легко.

− Впечатляет, − довольно произнес Колонтаев Михаил Борисович, директор училища. – Не преувеличивал Володя, когда вас расхваливал. Что ж, давайте зачисляться на второй курс. Вам повезло, вы появились на свет в период демографического кризиса.

− В чем же тут везение? – не понял Савелий.

− А в том, молодой человек, что, как в прошлом, так и нынешнем году школы не могли похвастаться большим количеством выпускников. Соответственно, не так много поступающих. Почти во всех учебных заведениях остались незакрытыми бюджетные места, которые вы и сможете занять.

Нас зачислили на специальность «музыкально-инструментальное искусство» по разным направлениям.

Ближайшие три года предстоит учиться. Но мы испытывали денежные затруднения, и финансовый вопрос стоял весьма остро. Стипендия в училище мизерная, на нее не стоит и рассчитывать. Нам вот-вот стукнет по двадцать лет. Родители помочь не могут, так как сами нуждаются в помощи. Разве что Ефим может надеяться на благосклонность отчима. Нужна нормальная одежда, и хотелось бы посещать тренажерный зал. Любой досуг также стоит приличных денег, особенно, если распушить хвост перед понравившейся девушкой. А самое главное, требовались профессиональные музыкальные инструменты.

Все эти вопросы мы решили.

− Парни, мне работу Светлана Алексеевна предложила, − похвастался Кирилл.

− Наша классная? – изумился Савелий.

Светлана Алексеевна Калмицкая, учительница и жена следователя, который пожалел нас и не отправил в тюрьму, преподавала в школе русский язык и литературу.

− Она самая, − подтвердил Кир. – Я же читать люблю. Вот Алексеевна мне и предложила рецензии на книги писать для издательства. У нее там какие-то связи. Деньги небольшие, но на жизнь пока хватит. И главное, не в ущерб учебе и нашим репетициям. Работать можно где угодно в любое время, лишь бы сроков сдачи материала не нарушать.

− Поздравляем, − искренне порадовались за друга.

А через пару дней нашлась подработка и для меня.

− Ром, у моей напарницы дочка в детском саду работает. Там ночного сторожа ищут на три смены в неделю. Просили поспрашивать по знакомым.

− Мам, скажи, чтобы больше не искали. Я пойду.

Обрадовался, так как лучшего графика и не придумаешь. Будет время и на учебу, и на развитие группы.

Савелий же пристроился на подрядные работы в автосервис. Он с детства интересовался устройством машин, в армии поднаторел в их ремонте и с удовольствием копался в двигателях и тормозных системах.

Ефим жил на деньги матери, которые она передавала ему тайком от своего мужа. И судя по всему, суммы она ему давала достаточные, так как, именно благодаря этим отчислениям, мы обзавелись всей необходимой для выступлений аппаратурой.

− Ефим, ты же понимаешь, что в ближайшее время мы не сможем вернуть тебе деньги за инструменты? – спросил я его, когда он только предложил все оплатить.

− Отдадите потом, когда начнем зарабатывать на выступлениях, − отмахнулся он.