Эдна Мир - Милые лжецы

— Да, — хихикнула Дэвина и откусила кусочек пончика. — С тобой… хоп! — Она поспешно прикрыла ладонью рот и, покраснев, взглянула на Мэтта. — Пр-р-сти, пжалста, это все шампанское. Я всегда дурачусь, когда немного выпью.

— Не переживай. — Голос Мэтта приобрел еще более отеческую окраску, будто он хотел спрятаться за этой маской. — Знаешь, я тоже не прочь лично подоткнуть тебе одеяло, но… — Его улыбка погрустнела. — Боюсь, что немного староват для таких забав. Советую тебе подождать симпатичного парня твоего возраста, у которого это получится лучше, чем у меня.

— Хорошо. — Дэвина мгновенно протрезвела.

Розовый туман, пушистые облака и звуки арфы куда-то испарились, уступив место холодной, освещенной неоном реальности, от которой Дэвину зазнобило.

— Мне действительно нужно хорошенько выспаться и не болтать всякий вздор. Я для этого тоже уже старовата. — Она испытующе взглянула на Мэтта, затем негромко продолжила: — Такая неуместная для двадцати четырех лет идиотская болтовня может принести кучу неприятностей. Спасибо, что ты меня образумил.

— Забудь об этом, Рита. — Мэтт потянулся через стол за ее рукой. — Лучше скажи, когда мы увидимся? Или ты должна уехать в Джениву?

Мир вокруг нее немного посветлел.

— Нет, нет, — торопливо заверила Дэвина. — Я собиралась ехать только завтра вечером, поскольку в понедельник утром иду на зап… э-э… на интервью в полицию Элберты. Но до восьми у меня будет время.

Мэтт сжал ее руку крепко, до боли.

— Отлично, тогда завтра утром я заеду за тобой к твоей подруге. Мы вместе позавтракаем, а потом… ну-у, придумаем что-нибудь сногсшибательное.

— Катание на роликах, — не задумываясь, предложила Дэвина. — Я не помню, когда в последний раз стояла на этих штуках, но мне наверняка это так же понравится, как и раньше.

— Ладно. — Мэтт довольно кивнул. — А сейчас доедай свой пончик и отправляйся в постель.

Когда спустя полчаса они прощались перед особнячком Мэди, Дэвина напрасно ждала поцелуя перед сном. Теперь Мэтт окончательно преобразился в друга-покровителя, доставившего домой после выхода в свет свою подопечную целой и невредимой.

— Спокойной ночи, малышка, и огромное спасибо за сказочный вечер. — Вот и все, что позволил себе Мэтт, да еще ласковый щелчок по носу.

«Жаль», — огорченно подумала Дэвина. Хотя бы маленький, ну совсем крошечный поцелуйчик он бы мог ей подарить.

Она с грустью смотрела на задние огни удаляющегося такси, пока оно не скрылось за ближайшим поворотом.

2

— Дэви, дорогая, наконец-то! — Мэди Рэндолф ждала дочь в маленькой, своеобразно обставленной гостиной.

Дэвина подавила вздох и опустилась на ближайшее кресло.

— Дорогая, расскажи, где ты была, — нетерпеливо потребовала Мэди, видя, что дочь не собирается добровольно поведать ей о минувших событиях. — Давай, не упрямься. Я умираю от любопытства.

— Сначала я избавлюсь от этого платья, — хладнокровно возразила Дэвина, уже спуская с плеч тоненькие лямки. — А потом от туфель. Мне кажется, что ноги у меня стали как у слонихи.

— Значит, вы танцевали, — сделала вывод довольная Мэди и уселась напротив Дэвины на огненно-красный диван в форме губ.

— Да, мы танцевали. — Дэвина сбросила туфли и потерла друг о друга ноющие ступни. — А до этого прекрасно поужинали.

— А что вы ели?

— Э-э… Не помню. Кажется, цыплят. — Ну почему ее мать вечно интересуется деталями? — А потом танцевали, гуляли по Рочестеру…

— Неужели в этой деревне еще было что-то открыто?

— А под занавес ели в «салуне» пончики, — закончила Дэвина свой отчет, прекрасно понимая, что мать хотела услышать нечто иное.

И точно, Мэди вскочила, чуть не опрокинув модерновый торшер, и встала, подбоченившись, перед Дэвиной.

— Черт возьми, сладкая моя, ты отлично знаешь, о чем я спрашиваю, — упрекнула она ее. — Теперь расскажи мне наконец, что это за мужчина, как он выглядит, какое произвел впечатление — короче, все, что ты о нем выяснила.

— Ладно. — Дэвина с вымученной улыбкой сдалась. Следующие полчаса она терпеливо рассказывала и отвечала на вопросы.

— Так, — удовлетворенно вздохнула Мэди, получив исчерпывающую информацию. — Стало быть, я не упустила ничего существенного. Как хорошо, что я не отказалась от свидания с Тедди Армстронгом. Скажи, он хотя бы попытался тебя поцеловать?

— Кто? — растерянно спросила Дэвина, пытавшаяся в этот момент вспомнить, кто такой Тедди Армстронг.

— Мэтт Трустоун.

— Мэтт? — Дэвина покачала головой. — С какой стати?

— Ах, ну просто так. — Мэди хихикнула. — Соседям наконец будет о чем посплетничать. Сначала появляюсь я с этим незнакомым им Тедди и позволяю ему от души меня расцеловать, а потом ты с таким же непонятным кавалером. Тут есть о чем поточить лясы.

— Но я считала, что ты больше не разговариваешь с соседями? — Дэвина покачала головой, отчего улыбка матери стала еще шире.

— Я-то нет, но мне нравится, когда они беспокоятся из-за меня. Ты же знаешь, я люблю шокировать окружающих. — Мэди закрыла глаза и раскинула руки, словно желая обнять всю комнату. — Ах, с Тедди было замечательно! Он привез меня домой и очень долго целовал. Полагаю, что ты скоро получишь нового папочку.

— Зачем? — Дэвину раздражали девичьи повадки ее матери. — Мне и старого вполне хватает.

Мэди опустила руки.

— Иди в постель, — холодно посоветовала она. — Твой прагматизм действует мне на нервы.

Дэвина тотчас раскаялась в невольной грубости. Она поспешно вскочила и подбежала к матери, которая, надувшись, сидела на диване в форме губ.

— Мэди, прости, не сердись, — ласково попросила она, потершись щекой о ее лицо. — Я не то хотела сказать.

— Ну ладно. — Мэди чмокнула Дэвину в лоб и мягко отстранила. — Сейчас нам действительно пора спать, иначе завтра утром, когда за нами заедут наши кавалеры, мы будем похожи на сов. Спокойной ночи, малышка.

— Спокойной ночи, Мэди.

По пути Дэвина подхватила платье, брошенное на спинку кресла, и босиком прошлепала по лестнице на второй этаж.

«Что надеть завтра», — думала она, залезая через двадцать минут под душистую простыню.

Но вопрос остался без ответа. Дэвина заснула мертвым сном, едва ее голова коснулась подушки.

На следующее утро, ровно в десять, Мэтт Трустоун, оснащенный букетом чайных роз, стоял перед входной дверью.

Дэвина хихикнула при воспоминании о Тедди Армстронге, пятнадцать минут назад заехавшим за ее матерью и вручившем ей один-единственный светло-розовый цветок.