Марджори Уорби - Долина любви

— Орден сестер милосердия? — Вивьен недоверчиво посмотрела на девушку. — Вы хотите сказать?.. Нет, этого не может быть. Вы хотите сказать, что… станете монахиней?

— Да. Как только закончу свое обучение, я уйду в монастырь.

Вивьен не нашлась, что ответить. Она была потрясена. То что эта красивая девушка станет монахиней, было, по мнению Вивьен, совершенно бессмысленным; но у нее хватило такта оставить свое мнение при себе.

Когда они вышли из больницы и направились к машине, Вивьен все же спросила:

— Вы всегда именно это хотели в своей жизни, сеньорита?

— Да. Это было решено, когда я была еще ребенком.

Она и сейчас была почти ребенком, подумала Вивьен. Сколько ей? Восемнадцать? Девятнадцать? Не больше.

— А ваши родители и брат одобряют ваше решение?

— У меня нет родителей. Мама умерла, когда я только родилась, а отца я помню плохо. Мигель, я думаю, одобрит мое решение, когда поверит в искренность моих убеждений. Он настоял, чтобы я подождала до завершения обучения… О, сеньорита, простите, я слишком много говорю о себе, когда у вас так много своих проблем. Сестра Каталина сказала, чтобы вы не волновались за своих друзей; их здоровье в руках прекрасных специалистов.

Вивьен хотелось побольше узнать о Марии-Тересе, но пришлось изменить тему разговора. Они вернулись в гостиницу, и Мария-Тереса вошла вместе с Вивьен в вестибюль.

— Не выпьете ли со мной кофе? — спросила она. — У нас в Испании ленч бывает поздно, а завтрак обычно очень легкий, поэтому было бы неплохо немного перекусить.

— С удовольствием, спасибо, — ответила Вивьен, — но сначала я узнаю, нет ли для меня какого-нибудь сообщения.

Одно сообщение было: мистер Кэрролл подтвердил, что они с женой прилетают шестичасовым рейсом и приедут прямо в гостиницу.

— Если рейс не задержится, они будут здесь примерно в половине седьмого, — с облегчением сказала Вивьен.

— Значит, до этого вы будете свободны, сеньорита?

— Да.

— И что вы будете делать?

— Не знаю. — Вивьен растерянно развела руками. — Я чувствую себя слишком обеспокоенной, чтобы чем-нибудь заниматься. Может быть, пойду прогуляться…

Им принесли кофе и сэндвичи, и Мария-Тереса взяла на себя обязанности хозяйки.

— Вероятно, будет лучше, если вы не будете оставаться одна. Я была бы счастлива, сеньорита, если бы вы пришли к нам на ленч, — предложила она.

— Я не хотела бы выглядеть назойливой. Я и так доставила вам много хлопот.

— Это вовсе не так. Мне очень хочется, чтобы вы согласились. И дорога к нам такая красивая, вверх в горы, вам обязательно понравится. Я обещаю привезти вас назад к половине седьмого.

Вивьен перестала колебаться. Она вдруг подумала, что эта девушка может нуждаться в подруге; но приняла она приглашение и по своим причинам. Ее заинтересовала Мария-Тереса; ей не хотелось проводить день в одиночестве, постоянно размышляя о состоянии здоровья своих друзей, к тому же, если ее планы изменятся и придется вернуться в Англию, ей хотелось до отъезда хотя бы чуть-чуть познакомиться со страной. И Вивьен, подумав, согласилась.

Сначала их путь лежал по широкому гладкому шоссе, которое даже удивило Вивьен. Она почему-то решила, что все дороги в Испании далеки от совершенства. Когда они свернули в горы, то дорога действительно стала другой: гораздо уже, с плохим покрытием, она бесконечно сворачивала и, изгибаясь, уходила вверх. Чем выше они поднимались, тем опаснее она становилась: острые скалы — с одной стороны и отвесный обрыв — с другой. Представившийся ей пейзаж фантастической красоты просто поражал воображение: одна горная цепь сменяла другую, с крутых склонов, поросших деревьями и кустарником, водопадами сбегали ручьи. Некоторые из них, протекая под дорогой, обрушивались с высоты крутого обрыва в долину. По мере того, как машина поднималась все выше, пейзаж менялся: на горах уже не было никакой растительности, а голые скалы выглядели весьма неприветливо.

Мария-Тереса вела машину умело, но осторожно. Вивьен сначала немного нервничала с непривычки; подобные подъемы были для нее в новинку. Она даже не смогла по достоинству оценить всю эту экзотическую красоту, потому что постоянно смотрела на дорогу. Может быть, на таком вот опасном месте и произошла авария у Тессы и Джеймса?

Наконец машина свернула на частную дорогу, и Вивьен подумала, что их поездка должна скоро закончиться. Но они все поднимались и поднимались по вившейся по склону холма дороге, а потом въехали в ворота в высокой каменной стене. Мария-Тереса остановила машину у массивных, окованных железом дверей, которые показались Вивьен проходом в крепость.

Они вышли из машины. Полдневную жару смягчал ветер, который, без сомнения, на такой высоте дул постоянно.

— Прежде чем мы войдем в дом, — сказала Мария-Тереса, — может быть, вы захотите посмотреть, какой отсюда открывается вид.

Они прошли по дорожке, пересекли лужайку и поднялись на небольшую каменную лестницу, которая позволяла заглянуть через стену. У Вивьен захватило дух от великолепия и мощи открывшейся перед ней панорамы. Красота ее поразила Вивьен: вершины гор, самые высокие из которых были покрыты снегом, а те, что пониже, — густой растительностью. А далеко внизу лежала долина, на дне которой узкой лентой вилась река. Сверху казалось, что долина простирается бесконечно. Вивьен увидела дорогу, по которой они ехали, — она выглядела лишь тоненькой ниточкой, вьющейся среди гор. Величие пейзажа вызывало благоговейный трепет.

— Теперь я понимаю, почему дом назвали «Орлиным гнездом», — сказала Вивьен. Она посмотрела на строгое каменное здание. — Он действительно на него похож.

Мария-Тереса улыбнулась.

— Здесь раньше водились орлы, — сказала она. — Мы иногда видим их и сейчас, когда они парят над нашей долиной. Очень большие и красивые птицы. Когда я была маленькой, я называла эту долину Долиной орлов.

— Очень подходящее название.

Они еще немного полюбовались видом, потом Мария-Тереса предложила:

— Пойдемте в дом. Ветер здесь все же довольно холодный. Я хочу показать вам дом и познакомить со своей семьей.

Они спустились по ступенькам, опять пересекли лужайку и подошли к высоким тяжелым дверям, показавшимся Вивьен чересчур мрачными.

Глава вторая

Дом действительно оказался самым неприветливым из всех, в которые когда-либо входила Вивьен. Она не сомневалась, что за многие века существования у него была богатая история, наполненная важнейшими событиями, но в нем по-прежнему сохранялась атмосфера крепости, готовой противостоять любому вторжению. Стены просторного холла, в который они вошли, были увешаны старинным оружием.