Метси Хингл - Пьеса для двоих

— Я позволила вам думать, что мы с Кевином помолвлены. А это не так, мы просто хорошие друзья.

В знак одобрения Алекс похлопал в ладоши.

— Очень хорошо, мисс Мэйсон! Это был прекрасный маленький спектакль, и сыгран с такой искренностью! Заламывание пальцев и сбивчивая речь были особенно убедительны. Теперь понятно, почему вы избрали эту профессию. Вам не откажешь в актерском таланте. Но к несчастью для вас, я знаю, что вы лжете.

— Что? — взвизгнула Дейзи, шокированная тем, что даже ее признание ничего не изменило.

— Я не верю ни единому слову.

— Но это правда!

Алекс фыркнул и направился к столу.

— Конечно. Именно поэтому в последнее время при каждом нашем с братом разговоре непременно упоминалось ваше имя, — он остановился прямо напротив и уставился на нее. — Проклятье, он лишь сказал мне то, что собирается сделать вам предложение.

Ошеломленная, Дейзи опустилась на стул.

— Кевин сказал так?

— Не в таких словах. Но как только я приехал сюда и осмотрелся, то понял, что именно это он пытался сказать.

— Что конкретно он говорил?

— Во-первых, у него был задумчивый вид и он рассуждал о странных вещах. Теперь я вижу, куда он клонил своими разговорами о необходимости мечты, о постановке жизненной цели и ее осуществлении.

Это объясняет внезапный отъезд Кевина в Чикаго, поняла Дейзи. Он решил воплотить в жизнь заветные мечты — закрепить свои отношения с любимой женщиной и сделать карьеру.

— А я-то думал, он собирается присоединиться ко мне, чтобы работать вместе.

Бедный Алекс. Она могла бы сказать ему, что Кевина абсолютно не интересует ни юриспруденция, ни семейный бизнес.

— Теперь я понимаю, что он говорил о вас. Кевин намеревался сказать мне, что хочет на вас жениться.

— Похоже, вы туго воспринимаете информацию, или ваши мозги еще не адаптировались к ньюорлеанской жаре. Что заставило вас прийти к такому нелепому выводу?

— Факты. Во-первых...

— Стоп! — Дейзи подняла руку. — Не хочу этого слышать. Вряд ли Кевин говорил о свадьбе. Мечта, о которой он упоминал, — это театр. Он хочет стать актером, а не юристом. — Пожалуй, можно опустить некоторые подробности о подружке-танцовщице.

— Не говорите ерунды. Кевин не интересуется этим. Он хочет стать адвокатом.

— Тогда как объяснить тот факт, что у него роль в моей пьесе и что я познакомилась с ним в другом театре, когда мы там оба работали?

— Если Кевин и проявляет интерес к театру, то лишь из-за вас, — Алекс зашагал по комнате. — Только вы виноваты в том, что он бросил учебу.

— Подождите-ка секунду...

— Проклятье, — Алекс шлепнул ладонью о кулак. — Я должен был сообразить, что что-то не так, когда брат приехал домой несколько недель назад. Он был какой-то мрачный, а это не похоже на него.

Действительно, подумала Дейзи. Кевин настолько жизнерадостен, насколько серьезен его брат.

— Должен был понять, что за его нелепыми вопросами что-то кроется.

— Какими вопросами?

— Был ли я когда-нибудь влюблен, думал ли о женитьбе...

— И что вы ответили? — не подумав спросила она.

— Нет.

Конечно же, нет, размышляла Дейзи. Ясно, что, хотя Александр Стоун наверняка щедрый любовник, ни одной женщине он не подарит своего сердца.

— И все же не вижу, каким образом задумчивый вид Кевина и его вопросы о вашей личной жизни натолкнули вас на мысль, что он говорил обо мне.

Алекс оперся ладонями о стол, и теперь его глаза оказались на одном уровне с ее лицом.

— Когда я сказал Кевину, что, если он что-то задумал, ему лучше оставить любую мысль о женитьбе, в ответ он ухмыльнулся и сказал, чтобы я не беспокоился. Потому что уже сделал вам предложение, но вы отказали, сославшись на разницу в возрасте, — Алекс усмехнулся. — Но теперь вы узнали о его состоянии, и несколько лет разницы не сыграют столь важной роли.

Дейзи вскочила на ноги и хлопнула ладонями по столу.

— Вы глупец, я даже не знала, что Кевин богат. Но если бы знала, это не повлияло бы на мое желание выйти за него. Но я не хотела этого. И сейчас не хочу. Кевин мой друг. Вот так. Просто друг, — говорила она, глядя Алексу прямо в глаза.

— Так вы не отрицаете, что Кевин сделал вам предложение?

— Нет.

Зачем? Кевин прирожденный женский угодник. Он сватался к ней и еще к доброй половине знакомых женщин. Никто не воспринимал его всерьез. Никто, кроме Алекса.

Если бы взглядом можно было убить, Дейзи, наверное, была бы уже мертва.

— Скажите, мисс Мэйсон, все ваши друзья предлагают вам руку и сердце?

Дейзи надменно вздернула подбородок.

— Нет, не все, — она старалась говорить как можно спокойнее. Приятно было видеть, как он насторожился. — Только знакомые мужского пола.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Алекс заскрежетал зубами. Эта женщина открыто издевается над ним.

— Не волнуйтесь так, Алекс. Если я решу принять предложение Кевина, вы узнаете об этом первым. — Дейзи постаралась улыбнуться. — А теперь извините, я должна вернуться к своим делам.

Сидя за столом, она повернулась к Алексу спиной и принялась перебирать остальные визитки.

Может быть, начали сказываться бессонные ночи. Может, виноваты утренние события. Или просто непреодолимое желание, которое зародилось в нем в момент, когда он вошел в просторный зал и увидел зеленоглазую сирену, стоявшую в свадебном платье рядом с человеком, так похожим на брата. Неважно почему, но ей удалось то, что получалось не у многих, — лишить его самообладания.

Он не переставал думать о том, как же странно эта рыжеволосая красавица действует на него. Повинуясь порыву, Алекс развернул ее стул так, что Дейзи оказалась к нему лицом. Вцепившись в подлокотник, он толкал стул назад до тех пор, пока тот не уперся колесиками в стену.

— Алекс!

Он приблизил к ней свое лицо настолько близко, что смог увидеть расширенные от удивления зрачки, уловить исходивший от ее кожи цветочный аромат.

— Вы можете чувствовать себя королевой и вести себя соответственно, общаясь со студентами или с кем вы там обычно работаете. Но только не со мной.

От нарастающего напряжения воздух заискрил, словно оголенный провод, который оборвался и угрожающе болтается во время грозы. Она облизала пересохшие губы.

— Александр Стоун, что с вами? — в ее голосе звучала знакомая Алексу хриплая нота — верный признак сексуального возбуждения. Он подумал о шелковых простынях, женском теле и пылком сексе.

Желание овладело им, а голова категорически отказывалась работать. Не в силах оторвать взгляда от ее слегка приоткрытых губ, он сжал подлокотники еще сильнее. Ему безумно захотелось прикоснуться к этим сочным губам.