Фрэнсин Паскаль - Таинственный приятель

– Хорошенькую работенку оставила тебе Пенни, а? – Мистер Коллинз, преподаватель английского языка и куратор школьной газеты, сочувственно улыбнулся Элизабет, положив руку ей на плечо.

Пенни Айала, главный редактор «Оракула», неделю назад слегла с мононуклеозом, и Элизабет вызвалась помочь с выпуском нескольких номеров газеты. Это была работа не из легких, но помощь мистера Коллинза ее заметно скрашивала.

Молодой и красивый, мистер Коллинз был не только любимым учителем в школе Ласковой Долины. Для многих учеников он был и хорошим другом. К нему обращались за советом, если вдруг начинала падать успеваемость или возникали какие-нибудь неприятности дома. Он все мог понять и вместе с ними находил решение возникших проблем. К тому же мистер Коллинз – с его атлетическим сложением, золотисто-русыми волосами и добрыми голубыми глазами – был предметом тайной любви многих школьниц.

«Но даже мистер Коллинз, – подумала Элизабет, – вряд ли сможет помочь ей навести здесь какой-то порядок».

– Лиз, единственное, что я могу тебе посоветовать, – не хватайся за все сразу. Сначала рассортируй все эти материалы на прошлые выпуски, текущий номер и следующие номера. Затем просмотри все, что есть для номера, который у тебя сейчас в работе, и, если возникнут какие-то вопросы, звони Пенни.

Элизабет кивнула.

– Вы правы, мистер Коллинз, и, чем скорее я начну, тем лучше. – Под стрекот пишущих машинок она стала просматривать все лежавшие на столе Пенни бумаги.

В редакции стояла жуткая суета – готовился в печать очередной номер «Оракула».

Когда мистер Коллинз отошел от нее, Элизабет уже закончила сортировать первую стопку бумаг и приступила ко второй. Поверх нее лежала черно-белая фотография. Элизабет взяла ее, чтобы получше рассмотреть, и не смогла удержаться от смеха. На снимке был запечатлен Тэд Джонсон, громадного роста и весящий более ста килограммов парень, играющий в защите школьной футбольной команды: кто-то сфотографировал его в тот момент, когда он целовал крошечного плюшевого мишку. На заднем плане Элизабет смогла различить Джессику и ее подруг, настраивающихся на поддержку своей команды перед матчем.

– Джон! – крикнула сквозь смех Элизабет. – Ты сделал этот снимок?

– Какой снимок? – Джон Пфайфер, спортивный обозреватель «Оракула», подошел к Элизабет.

Джон, неплохо делающий любительские снимки, иногда помогал Аллену Уолтерсу, фотокорреспонденту газеты. Он взглянул на фотографию, которую Элизабет снова положила на стол, и на его лице появилась широкая ухмылка.

– Я был бы рад назвать его своим. – Он постучал по нему тупым концом карандаша. – Это классика. Но, увы, снимок сделан не мной.

– Как ты думаешь, откуда он взялся? – Элизабет повернула фотографию обратной стороной, пытаясь найти там разгадку, но на ней не было никакой надписи.

– Не могу сказать, – ответил Джон. – Я точно знаю, что Аллен его не делал. Так что это еще одна тайна.

– Еще одна? – спросила Элизабет.

– Ну да. Первая тайна – это загадочный Джек, который был на вечеринке у Липы. Все пытаются узнать, откуда он приехал. Я даже от кого-то слышал, что он что-то вроде переодетого принца.

– Вот как, значит, теперь он уже принц? Чего только не наплетут!

– Ну а чему тут удивляться? – Джон пожал плечами. – Мы же с тобой знаем, что в нашей школе распространяются такие чудовищные сплетни, что и Голливуду до нас далеко.

Элизабет с этим согласилась. Прошлым вечером Кара позвонила Джессике и рассказала ей эту потрясающую историю, и Джессика тут же все передала сестре. К утру вся школа говорила только об одном: Джек был очень важной персоной. Но кем именно он был, так и осталось тайной, так же как и автор снимка, лежавшего на столе Элизабет.

– Я считаю, что мы должны его напечатать, – заявила Элизабет.

– Что, этот пущенный кем-то слух про Джека? – с удивлением спросил Джон.

– Да нет же, чудак, фото. Я прямо сейчас позвоню Пенни и попрошу у нее разрешения.

После третьего звонка к телефону подошла мать Пенни.

– Здравствуйте, миссис Айала, – сказала Элизабет. – Это Лиз Уэйкфилд. Пенни в состоянии подойти к телефону?

– Лиз, дорогая, привет. Да, Пенни немного вздремнула, но сейчас проснулась и, я думаю, будет очень рада твоему звонку. Подожди минутку, пока я перенесу телефон в ее комнату.

По голосу Пенни чувствовалось, что она еще слаба, но рада услышать весточку из внешнего мира. Элизабет рассказала ей обо всех школьных событиях, не забыв упомянуть слух о принце Лилы, а затем описала обнаруженную фотографию.

– Ой, ну просто обхохочешься, Лиз. Обязательно напечатай фотографию, – сказала Пенни, не переставая смеяться.

– Но ты действительно знаешь о ней не больше меня? – спросила Элизабет.

– Если ее сделал не Аллен, то не имею ни малейшего представления.

Девушки строили различные догадки по поводу таинственного фотографа, но так ни к чему и не пришли. Обсудив другие проблемы «Оракула», они, простившись, закончили разговор.

Положив трубку, Элизабет окликнула спортивного обозревателя, вернувшегося на свое место в дальнем конце комнаты.

– Джон, – сказала она, – Пенни ровным счетом ничего не знает об этом снимке.

С выражением притворного ужаса на лице Джон стал напевать мелодию из фильма «Сумеречная зона».

Элизабет прыснула от смеха.

– Фото из четвертого измерения, ты на это намекаешь?

– Все возможно, – ответил Джон, ухмыляясь.

– Может, и так, но я почему-то уверена, что у этой загадочной истории должно быть вполне земное объяснение, – сказала Элизабет, заправив в пишущую машинку чистый лист бумаги.

«Поцелуй перед матчем – залог победы, – напечатала она. – Теперь ни для кого не секрет, почему Тэду Джонсону на футбольном поле всегда сопутствует удача. Но личность фотографа, запечатлевшего этот момент на снимке, все еще остается неизвестной. Может быть, фотограф-призрак все-таки объявится?

Она вынула лист из машинки и прикрепила к нему фотографию Тэда. Эту тайну она обязательно разгадает.

Джессика взяла со стойки кафетерия тарелку с заветренным фруктовым салатом.

– Ну и гадость, – сказала она, обращаясь к Каре Уокер.

– Кто тебе мешает приносить еду с собой, как это делает Лила? – Кара движением головы указала на стол, за которым сидела Лила, разворачивая сверток с едой.

– Бедняжка, – саркастически промолвила Джессика. – Наверное, это бутерброд с маслом и икрой.

– Ну так отчего же и не похвастать, если есть чем, – сказала Кара, взяв порцию макарон с сыром.

– Так она и хвастает, – пробормотала Джессика. – Так же, как весь вчерашний вечер она похвалялась Джеком, как будто он редкостный экземпляр какого-нибудь павлина или еще чего-нибудь в этом роде.