Розалинд Бретт - И никаких сожалений

Они жили в близлежащей деревне, круглые низенькие глиняные дома с соломенными крышами которой были видны за стволами пальм и каучуковых деревьев плантации. Клэр, слушая по ночам ритмичную барабанную дробь, восхищенно представляла себе традиционные танцы деревенских жителей. Росс попросил ее не ходить в деревню слишком часто. Он боялся, что она сразу же подцепит какую-нибудь опасную инфекцию. Позже Клэр сможет ходить куда пожелает — когда она привыкнет к жаркому климату, ее организм окрепнет и не будет реагировать на вирусы и бактерии, наполняющие горячий, влажный воздух тропиков.

Клэр разбила около дома свой собственный небольшой садик, в котором собиралась выращивать цветы. Эта затея пришла ей в голову еще в Англии, и Клэр запаслась пакетиками с семенами. Вернувшись с плантации на обед, Росс увидел жену, бережно опускающую семена в разрыхленную почву.

Росс остановился и уставился на нее. Клэр радостно улыбнулась, откинув назад черные блестящие волосы, но муж не улыбнулся в ответ.

— Смотри не засиживайся долго за работой на жаре. Я не хочу, чтобы ты слегла в постель с температурой, — сухо сказал он. — И будь хорошей девочкой, надевай шляпу, когда выходишь на солнцепек.

— В этом чертовом топи я чувствую себя живым изваянием. В нем невозможно спокойно наклониться или хотя бы повернуть голову, чтобы козырек не наехал на глаза. — Клэр состроила недовольную мину.

— Если ты заболеешь лихорадкой, твои прекрасные пышные волосы придется срезать под корень, — предупредил Росс.

— Я буду как с картинки, — рассмеялась она.

Росс непроизвольно окинул ее оценивающим взглядом:

— Ты будешь неплохо выглядеть. Совсем как молоденький юноша с веснушками на носу.

Клэр провела пальцем по своей щеке, убирая засохший комочек грязи.

— Я бы не отказалась от стакана холодного апельсинового сока, — сказала она, поднимаясь на ноги. Теплые сильные пальцы Росса обхватили ее кисть, он потянул Клэр на себя, помогая встать. Они вместе вошли в прохладный дом.

Росс снял с головы тропический шлем и уселся на диван, чтобы стянуть с ног запыленные сапоги. Его хлопковая рубашка была насквозь пропитана потом. Клэр с замиранием сердца опустилась перед ним на колени и помогла снять тяжелые сапоги.

— Мягкие подушечки на диване, а теперь такая забота, — сказал он с усмешкой. — Интересно знать, что ждет меня дальше?

— Ты же с рассвета на ногах. Я просто хотела помочь. — Клэр залилась нежным румянцем и быстро поднялась на ноги. — Рассказывай, как идут дела, большой босс. Что удалось починить, что отстроить заново?

— Дела идут потихоньку. — Он растянулся на диване, положив голову на одну из подушек Клэр из красного шелка. — Большой босс желает выпить, — с улыбкой сказал Росс.

Клэр подошла к серванту, достала бутылку джина и налила в стакан, добавив льда и тоника. Обед давно уже был готов, но Росс любил перед едой насладиться холодным напитком.

— Держи. — Она подала ему стакан. — Я пойду помогу Лукасу накрыть на стол.

Еда выглядела вполне аппетитно: салат из консервированных овощей, поджаренный ломтиками бекон и апельсиновый десерт. Клэр приняла освежающую ванну и надела новое шелковое платье цвета крем-брюле. Она знала, что Россу понравится обед, и была готова к его восхищенному взгляду и комплименту по поводу ее женственного облика. Может быть, он в нее и не влюблен, но Клэр знала, как высоко он ценит ее общество. Она старалась стойко терпеть черствый, заплесневелый хлеб, насекомых в ванной, жестокий полуденный зной и ржавую воду. И то, что воду для питья приходилось фильтровать и дезинфицировать, а сетка на двери и окнах не задерживала мелких кусачих мошек.

И все равно Клэр была счастлива. Она была рядом с Россом, и оттого всевозможные неудобства, которые приходилось сносить, живя в джунглях, казались блаженством.

— Я достану тебе соломенную шляпу, — неожиданно сказал он. — Твое безрассудство меня тревожит.

Сердце Клэр бешено забилось, как всегда, когда Росс проявлял заботу о ее благополучии.

— Я вижу, ты опять носишь сандалии без носков, — добавил муж, когда они пили кофе в гостиной.

— О нет, только не носки, — заныла Клэр. — Мне становится дурно, когда в такую жару что-то стягивает мне голени.

— Ты могла бы носить гольфы до колена, как у меня.

— Не вздумай заставить меня их надеть. Я буду выглядеть пугалом.

— А кто здесь станет на тебя смотреть? Девочка моя, ты, как никто другой, умеешь дерзко парировать мои замечания.

Клэр рассмеялась. Ей всегда было хорошо и легко с Россом.

— Если я перестану состязаться с тобой в остроумии, то быстро потеряю квалификацию. Мой неукротимый дух будет сломлен.

— Пока я не замечаю в тебе признаков сломленного духа. — Его серые глаза изучали ее лицо, на губах играла широкая улыбка. Росс сидел в кресле перед небольшим письменным столом вполоборота к ней. — Ты все еще отлично выглядишь, хотя у тебя прибавилось веснушек.

— Когда у женщины нет возможности кушать пирожные, она может обойтись хлебом, — сострила Клэр.

Росс усмехнулся и покачал головой:

— Клэр, я должен кое-что сказать о тебе и никогда не откажусь от своих слов, не важно, как будут развиваться наши отношения в ближайшие месяцы: у тебя твердый характер.

— Спасибо, большой босс, — сказала она с наигранной серьезностью и поклонилась. — Если бы мне не хватало твердости характера, ты бы не предложил мне отправиться с тобой в джунгли.

— Правда, истинная правда. — Он взял со стола ручку и принялся вертеть ее в руках. — Ты скучаешь по Англии и своим родным?

— Я… мне не нравились их… взгляды на жизнь. — Клэр уставилась в опустевшую чашку. — У женщин сильно развита интуиция. Мне кажется, тетя Летти догадалась, что наш брак заключен не по любви.

— Скорее всего, догадалась, — спокойно согласился Росс. — Но она бы не раздумывая выдала тебя замуж за чопорного Саймона только потому, что он живет в Ридглее. Безопасность превыше удовольствий — вот девиз женщин, подобных твоей тете.

— Большинство женщин стремится к размеренной жизни без потрясений, — возразила Клэр. — А удовольствие кратковременно, я думаю, ты со мной согласишься.

При этих словах Росс устремил на нее пристальный взгляд пепельно-серых глаз.

— Значит, Саймон был не так уж плох? — съязвил он.

— Он писатель, и мы с ним подолгу разговаривали о жизни. — Клэр подперла кулаком подбородок. По какой-то бредовой идее она считала, что такая поза придает ей вид умудренной жизнью женщины. — У всех людей есть свои сложности, свои основные потребности и мотивы. И тетя Летти спутала мои со своими. Если бы я искала безопасности, Росс, то не выбрала поездку в Африку с человеком, у которого камень вместо сердца.