Ангелина Астафьева - Реинкарнация

  Наступил вечер. Меня разбудил звонок.

– Привет, Линда, – я сразу же узнала его голос. – Я приглашаю тебя сегодня на концерт в клуб, отдохнём с моими друзьями.

– Ты с ума сошёл: что они скажут насчёт меня?

– А тебе не всё ли равно? Ты придёшь? Или старушка не прочь посидеть дома?

– Кто выступает?

– "След моей стихии".

– Серьёзно? Я их обожаю…

  Я очень сильно волновалась. Нанеся выходной макияж, приступила к выбору платья. Господи, я же никогда не бывала в клубах. Надела тёмно-синее короткое платье, но так как мне – давно не двадцать, то дополнила наряд кружевным жакетом. Обула туфли на высоком каблуке. Мне хотелось, чтобы ему не было за меня стыдно.

  Я вызвала такси. Когда подъехала, то сразу заметила Макса в группе друзей. Они же – такие молодые. Неужели он не боится опозориться?

  Такси уехало, но я продолжала стоять спиной к толпе. Может, мне стоило уехать, пока не поздно? По спине пробежали мурашки. Он подошёл и встал рядом. Он меня не заметил или не узнал?.. Макс начал звонить кому-то… О, чёрт!.. Ой, телефон завибрировал, затем заиграла музыка. Он обернулся. Спасибо, я поймала на себе взгляд неподдельного восхищения, он подбодрил меня. Мне показалось, Макс не мог подобрать слов чтоб заговорить…

– Вот видишь, – прошептал он, – ты можешь выглядеть намного лучше.

  Его поцелуй был горячим. Волна возбуждения пробежала по моему телу. Какой же он страстный!.. У меня перехватило дыхание. Он обнял меня.

– Ты просто великолепно выглядишь, – улыбнулся Макс. – Тебе не дашь больше двадцати пяти.

  Он познакомил меня с друзьями. Что ж, хорошо, что никто не догадался, насколько я старше их всех. Они одарили комплиментами. Я почувствовала себя уверенней. Друзья Макса – все очень разные и странные. Но я нашла нескольких человек среди них, с кем можно было душевно пообщаться. Мы весь концерт с Максом обменивались мнениями о песнях. Ведь выступала наша любимая группа. А потом он пригласил меня танцевать. Никогда раньше я не танцевала столь много. Сейчас, действительно, совершенно не чувствовалась разница в возрасте.

  Он предложил поехать к нему домой. Я заинтересовалась, так как мне хотелось посмотреть, в какой обстановке он жил.

  Это было для меня странно. Макс когда-то жил в точно такой же комнате… Нет! Эта – была богаче и находилась в многоэтажном здании. Но там были те же плакаты, и царила почти та же обстановка. Я часто бывала дома у своего Макса, а сейчас, как будто, попала в прошлое.

– Ты живёшь не бедно, – мой голос дрогнул. – У тебя – богатые родители?

  Он не ответил. Взял меня за руку и повёл наверх. Мы вышли на крышу. Здесь было прохладно. Тут стояли старый диван и журнальный столик. Он усадил меня и открыл вино. Разлил его по бокалам и подсел рядом со мной.

– Знаешь… – наконец-то я услышала его голос, – моя мать была слишком эгоистична, чтобы оставить такую квартиру мне. – На лице Макса возникла грустная усмешка, он сделал глоток вина.

– Она была типичной моделью, и история любви моего отца была тоже слишком заурядна. Когда они познакомились, он был богатым и успешным молодым бизнесменом, она – начинающей моделью. Однако их, – тут он показал пальцами кавычки, – любовь была со времён школы. Когда я родился, мама была постоянно занята. Отец же, наоборот, не чаял во мне души и проводил со мной много времени. Но потом мой отец обанкротился, а мать не могла жить в нищете…

  Вот, так и протекала та самая любовь, – рассмеялся Макс. – Она ушла от нас, а он застрелился…

– Ох, ты ж, чёрт! – внезапно вырвалось у меня. – Соболезную. Твоя мать вернулась к тебе?

  -Да, – какая-то беззаботность прозвучала в его голосе, – ей пришлось вернуться: я же был несовершеннолетним, и меня надо было опекать. Но она снова вышла замуж… Мне совершенно не понравился её избранник. Меня бесило то, что это был старый и жестокий старикашка. Она же была просто подстилкой для него, которой платили деньги. Тогда-то я и начал гулять в плохих компаниях, курить, пить, употреблять наркотики – назло своей матери. Но потом в какой-то момент я понял, что так я убиваю себя… А ей – не было до меня никакого дела… Последний год я жил у своей тёти, – Макс посмотрел мне в глаза, намекая на мою начальницу. – Она – сестра моего отца и единственный человек, который обо мне, действительно, заботился. Я благодарен ей за работу. А квартира эта принадлежала моему отцу. Это – единственное, что досталось мне в наследство. Так уж случилось, что мне пришлось судиться с матерью из-за неё, ведь это была последняя память о моём отце… Ничего, мне не жаль ни Антонину, – он назвал мать по имени, – ни себя. Прошлое остаётся в прошлом…

  Он поцеловал меня. Мне показалось, что он, всё-таки, был немного пьян, но я не могла ему отказать. Этот диван был удобным, вино – пьянящим, а обстановка – романтичной. Это происходило, как будто, во сне, и мы оба не заметили, как разделись и как нам обоим "снесло крышу".

– Расскажи о своей жизни, – Макс допил остатки вина, а я укрылась его пиджаком, – о том своём друге, который погиб и был похож на меня.

  Тут моё сердце кольнуло:

– Я хочу знать…

– Я никогда не была красавицей, – мой голос дрогнул, – да и умницей меня сложно было назвать. Мои родители – обычные, детство тоже проходило без приключений. Родители погибли десять лет назад, а тот парень… – тут я вздохнула, – был моей первой и последней любовью…

– Что? – Макс приподнялся на локтях и заглянул мне в лицо. – Так вот почему ты потеряла сознание при виде меня? Я похож на твоего погибшего парня?

– Да, – выдохнула я, – и не просто похож.

  Мне почудилось, что сейчас, узнав всё, он может уйти:

– Ты – точная его копия…

– Ты сейчас со мной, только потому, что я похож на него? – встревоженно спросил он.

  Я чертыхнулась и вскочила с дивана, накинув пиджак, и решительно направилась к выходу… Нет! Ты должна ему всё рассказать, быть честной. Я развернулась.

– Не знаю, Макс. Ты – не просто копия. Ты, – обернувшись, я прошептала ему, – ты… ты – реинкарнация. Ты воскрес заново и, причём, вновь – в своём облике…

  Что за чушь я несла?

– Нет, – я едва не разревелась. – Его звали Макс, и нас безумно тянуло друг к другу, хотя мы были абсолютно разными. Мы понимали друг друга без слов. Нам нравились одни и те же фильмы и музыка, – намекнула я. – И у него были татуировки – такие же, как и у тебя. Он любил мотоциклы, готов был отменить свидания со мной ради них.

  В моём голосе не было ни капли упрёка, и я продолжала:

– Он играл в баскетбол… Твои фразы и слова… точно так же, как и ты, говорил он…

  Тут я, не выдержав, начала рыдать:

– Ты же, чёрт возьми, даже телом похож на него… Понимаешь? Ты – это Он! – я буквально сорвалась на крик. – МАКС, я уверена: ты вернулся!