Робин Доналд - Лицом к счастью

— Почему тоже? — удивилась Гизелла.

Но в ее тоне не было прежней воинственности. Глядя на принца, она вдруг подумала, что не выполняет одного из велений бабушки, оплатившей ее каникулы. Ей было сказано флиртовать, а вспомнила Гизелла об этом, только когда ее энергичные спутницы стали рассуждать о привлекательной наружности и прочих менее очевидных качествах принца.

— Что скажете, если я приглашу вас потанцевать? — невозмутимо спросил Роман.

— Откажусь, — коротко ответила девушка.

— Почему? — искренне удивился мужчина.

— Мы не представлены как полагается, милорд, — иронически ответила она, памятуя о его знатном происхождении.

— О, мы вполне можем попросить кого-нибудь сделать все по форме, — предложил он. — Или опустим это. Я скажу, что я Роман Магнати. Вы мне скажете, что вы Гизелла Фостер. Что мы и так уже, собственно, знаем. Ну, вы согласны? Отправимся танцевать?

— Это только имена, — произнесла Гизелла, не отвечая на вопрос.

— Нет, не только, — возразил принц. — Мне, например, доподлинно известно, что вы из Новой Зеландии и что ваша мама очень романтичная особа.

— Почему вы так решили? — удивилась девушка.

— Гизелла — очень необычное и романтичное имя, — заявил князь.

Взгляд Гизеллы заметно потеплел. Воспользовавшись минутой, Роман взял девушку за руку и повел назад к танцплощадке.

Хватка у него была хоть и мягкая, но решительная. Гизелла испугалась таковой настойчивости и попробовала отдернуть руку.

— Простите. Я сделал вам больно? — галантно осведомился принц, выпустив ее руку.

— Нет, — растерянно покачала головой темноволосая девушка. — Я в порядке.

— Как вам нравится здешний климат? — завел он разговор о погоде. — Многие люди не предполагают, насколько изнуряющей может быть тропическая жара. Предлагаю выпить по стаканчику сока.

— Нет-нет, спасибо. Жажда меня не мучит, — вновь покачала она головой.

— А что же мне вам предложить, милая леди? — озаботился принц. — Чай, кофе, может быть, что-то покрепче?

— Ваше высочество, — обратилась Гизелла к мужчине официальным тоном, — вам никто не говорил, что вы бессмысленно настойчивы?

— Бессмысленно настойчив? Что бы это могло означать? — заинтересовался странной характеристикой молодой аристократ.

— Похоже, вы делаете все возможное, чтобы услышать согласие вместо отказа, тогда как сами не понимаете, для чего вам это нужно, — предположила новозеландка.

— Гм… Интересная мысль, — притворно задумался Роман. — Представьте, что, даже если мне это и свойственно, в данном случае все иначе. Я отлично знаю, чего хочу.

— И поэтому вы сейчас без своей подруги, — предположила Гизелла.

— Она мне не подруга, — возразил он.

— Вы понимаете, что я подразумевала под этим словом.

— Возможно, — кивнул Роман. — Она была в числе гостей на моей яхте, на которой мы совершаем небольшой круиз. Но она уже отбыла.

— Но у вас остаются другие гостьи…

— Увы, наш тихоокеанский круиз подходит к концу. Завтра все они уедут отсюда, — доверительно сообщил принц.

— Насколько я понимаю, вы в этих краях частый гость? — осведомилась Гизелла.

— Видите, у нас складывается приятная светская беседа, — одобрительно заметил Роман Магната. — Я друг владельца здешнего пансионата. И уже был здесь пару раз прежде… А где вы живете в Новой Зеландии? — справился он.

— На севере.

— Я бывал в ваших краях. Места удивительные. Некоторое время я даже жил в Окленде. Так что о вашей родине знаю не понаслышке. Фермерствуете? — спросил мужчина.

— Да. У нас очень большое хозяйство, — ответила девушка.

— Отсюда ваша привычка к уединенности и независимый характер, — осведомился он.

— Пожалуй, — нехотя согласилась Гизелла.

— И как вам такая жизнь?

— Я своей жизнью полностью довольна, — ответила брюнетка.

— Сельский быт простым не назовешь, — со знанием дела проговорил собеседник.

— Верно, сельский быт и фермерские занятия совершенно не оставляют времени и сил для всяческих новомодных глупостей, — заявила Гизелла.

— Так значит, фермерство вы сделали своей карьерой?

— Нет, принц. Фермерство — моя жизнь, — гордо произнесла девушка. — Я обожаю свой дом, поместье, окрестности. Я убеждена, что это самые восхитительные места на планете, наша природа невероятно щедра к нам.

Она сама выбрала свою жизнь. Ее сестра-близнец Леола подалась в город, начала успешную карьеру модельера, стала сотрудницей знаменитого модного салона. Но Гизелла была уверена, что работа в городе изнуряет человека, ничего не давая взамен. Когда она видела Леолу в последний раз, сестренка выглядела очень подавленной и была немногословна, поэтому до причин ее состояния близким доискаться не удалось, но Гизелла чувствовала, что подобным образом на нее влияют городской быт и недружелюбное окружение.

Сама же Гизелла не знала, что такое карьеризм и профессиональная конкуренция, и была счастлива своим простым крестьянским трудом.

— Вы единственная в семье? — осведомился принц.

— А вы? — переадресовала она вопрос.

— У меня есть младший брат, — ответил Роман Магната.

— Младший… Это многое объясняет, — многозначительно проговорила девушка.

Роман охотно рассмеялся на это замечание.

— Явная тяга верховодить, — пояснила она свою мысль.

— Я принц, мне положено, — добродушно смеясь, заявил он.

— Нет, это другое, — возразила Гизелла. — Полагаю, принц ограничился бы коротким приказом.

— Считаете, я задаю слишком много вопросов, лезу, что называется, в душу?

— Пожалуй, можно и так сказать, — не стала оспаривать юная брюнетка. — Я рассказала вам о своем происхождении и занятии. Теперь ваша очередь сознаваться.

— Не знаю, что и сказать… — развел он руками.

— Все, — настаивала девушка.

— Ладно, — кивнул принц. — Родился я в частной клинике в Швейцарии. Там мои родители жили в иммиграции. Мама моя родом из России, отец — из Иллирии.

— В наше время многие иммигранты возвращаются на родину, — заметила Гизелла.

— К сожалению, моего отца нет в живых. Он был убит агентом секретных служб.

— Убит?! — ужаснулась слушательница.

— Отравлен, — пояснил Роман. — Отец не был рядовой жертвой политического террора. Он активно выступал против тогдашних балканских порядков. Он погиб незадолго до свержения диктатора, в чем была его большая заслуга.

— Обидно, — проговорила девушка.

— Очень… Наша семья приложила немалые усилия, чтобы наказать виновных в гибели отца, а также сделать преступления режима достоянием гласности. А еще восстановить историческую справедливость.