Тереза Саутвик - Несговорчивая жена принца

По правде сказать, она никогда больше не позволяла себе довериться кому-нибудь всем сердцем.

– То, что для меня – отсрочка возвращения, для них – очередное предательство. Еще один человек, бросивший их.

– Они должны научиться не привязываться к одному определенному человеку, – сказал Кардал. – Урок может сослужить им хорошую службу. Не будет ли им лучше без тебя?

Она покачала головой.

– Всем иногда нужен хоть кто-нибудь. Люди, выросшие без привязанностей, замкнуты и не находят своего места в обществе.

– Разве не проще быть независимым? Она уставилась на него.

– Чудно слышать такое от мужчины, волочащегося за каждой встречной юбкой. – Джессика прикусила язык и вздохнула. – Не обращай внимания.

– Не пойми меня неправильно. Я искренне восхищаюсь твоей самоотверженностью и убеждением, что ты можешь что-то изменить. – Судя по тону, он считал ее потуги напрасной тратой времени.

– Мир был бы куда хуже, если б никто не пытался.

– Желаю удачи.

Именно такого отношения Джессика и ожидала, исходя из прочитанного о нем. Странно только, как в одном человеке совмещаются такое понимание и такая горечь. Она уже собиралась спросить, но, выглянув в окно, обнаружила, что они остановились.

– Экскурсия окончена?

Он загадочно улыбнулся:

– Да. А теперь у меня есть сюрприз. – Водитель открыл дверь. Кардал вышел, подал ей руку. – Идем со мной.

Они оказалась в магазине. Внутри все было увешано модной женской одеждой – костюмами, платьями, повседневными и вечерними. Если нельзя пригласить фею с волшебной палочкой, то поход за покупками – почти равноценная замена. Но доходы Джессики никто не назвал бы волшебными.

– Зачем мы здесь? – спросила она.

Прежде чем он успел ответить, появилась хозяйка магазина, просиявшая, узнав Кардала.

– Ваше высочество, я была в восторге, когда вы позвонили. Передайте мое почтение королеве. Как видите, я закрыла магазин для публики в связи с вашим приходом. Так это ваша жена?

– Джессика, – представил он.

– Она очаровательна. Поздравляю вас.

– Спасибо. Моей жене требуются некоторые вещи. Завтра во дворце будет прием.

Джессике оставалось лишь молчать, соглашаясь с принятой ролью. Хотя она предпочла бы, чтобы предварительно ее поставили в известность о том, что происходит.

А женщина уже набросилась на нее с сантиметром. После нескольких замеров она объявила:

– У вас идеальный размер. У меня имеются несколько вещей, которые будут великолепно смотреться на вашем высочестве.

«Высочеством» Джессика себя никак бы не назвала, однако не представляла, как сформулировать отказ от титула даже в том случае, если бы кто-то захотел ее выслушать. Не говоря уже о невозможности обнародовать истину об их браке.

Хозяйка вихрем носилась по торговому залу, доставая изумрудно-зеленый костюм, черные шелковые брюки и несколько подходящих блузок, а затем исчезла, вероятно, в примерочной.

По ее возвращении Кардал указал на узкое черное вечернее платье.

– Мне хотелось бы посмотреть, как оно будет сидеть.

Продавщица расплылась в улыбке:

– Огромная удача, что оно нужного размера. У вашего высочества наметанный глаз.

Еще бы, подумала Джессика. Его высочество только и делает, что тренируется в определении размеров женщин всех сортов. Мысль вогнала ее в дрожь. Разум твердил – нет, нет, нет. Но любопытство разгоралось все сильнее. Какую волю надо иметь, чтобы хотя бы не померить все эти вещи? Но как объяснить продавщице, что она только теряет время?

Та исчезла с вечерним платьем, а Джесс повернулась к Кардалу:

– Слушай, в этом нет никакой необходимости. Мне ничего не надо. Мы оба знаем о предстоящем расторжении брака, и…

– И до того времени мир будет смотреть на мою жену. Взять хотя бы проблему с завтрашним приемом. – Он хмыкнул. – Я же вижу, как загораются твои глаза, когда ты на все это смотришь. Покупка доставит мне удовольствие, да и надо же как-то компенсировать тебе причиненные неудобства. По крайней мере, примерь. Хозяйка будет огорчена, если ты откажешься.

– Снова ты напираешь на причиненные кому-то огорчения. – Она вздохнула. – Это королевский приказ?

– Ты предпочитаешь, чтобы был приказ?

– Да. Было бы неверно пренебречь королевским приказом.

– Несомненно, – в его голосе слышалась улыбка.

В примерочной уже были развешаны самые разнообразные наряды. Вероятно, она первосортная размазня, но какого черта? Ее загнали в угол, так почему не расслабиться и не получить удовольствие?

Все подходило, словно шилось именно на Джессику, и ее сердце восторженно пело от перспективы иметь вещи таких изысканных фасонов и из столь превосходных тканей, шуршащих от малейшего ее движения. Хозяйка суетилась вокруг, унося одно и принося другое. Черное платье, выбранное Кардалом, осталось напоследок.

Джессика глядела на себя в зеркало, отражающее ее в полный рост, и глазам не верила. Вырез достаточно скромный, рукава длинные, но мягкий атлас так ловко охватывал каждую выпуклость, что обнаруживалось значительно больше, чем скрывалось. Джессика повернулась и задохнулась при виде своей обнаженной спины.

– Оно на вас идеально. – Хозяйка магазина провела руками по талии и бедрам Джессики. – Его королевское высочество выразил желание увидеть вас в нем.

– Да?

Собеседница кивнула:

– Он просил передать вам, что это королевский приказ.

Недостатком королевских приказов являются те их них, которым ты не хочешь подчиняться. Но у нее было два варианта – либо проглотить предложенное, либо устроить сцену.

Выходя из примерочной, Джессика приподняла подол, чтобы случайно не наступить на него. Кардал поднялся с дивана и протянул ей руку, помогая взойти на возвышение перед зеркальной стеной. Джесс видела его в зеркале и отметила то, как его загоревшийся взгляд обежал ее фигуру. Двадцать четыре часа она уже находится на твердой земле, но сейчас ей показалось, что почва из-под ног уплывает.

Единственным объяснением может быть эмоциональная перегрузка, подумала Джессика.

Она не привыкла, чтобы мужчины так на нее смотрели, и его взгляды кружили ее напичканную романтической чепухой голову.

– Не думаю, что это мне подходит, – полузадушенно сказала она.

– Это подходит мне, – ответил Кардал голосом глубоким и соблазняющим, как грех. – Мы забираем его с собой, – сообщил он хозяйке магазина.

Джесс ничего не сказала, чтобы не ставить его в неловкое положение. Но элегантные и дорогие вещи ничего не изменят. Может, ее и выбрали для принца, но принцессой ей никогда не быть. Все, что ей нужно, – встретиться со своей семьей и вернуться потом к своей жизни.