Сюрприз с подвохом (СИ) - Нина Юрьевна Князькова

— Я посижу рядом и буду с тобой разговаривать, — тут же внес он предложение. — Я даже отвернусь, когда ты будешь раздеваться, — быстро добавил он, увидев, что она собралась возразить.

И зачем ей было отказываться? Через пять минут Оля уже нежилась в горячей воде, а Мышкин сидел к ней спиной на табурете и весело рассказывал о том, как поздравлял сегодня детей.

— А как ты стала врачом? — Вдруг поменял он тему.

Почти заснувшая Оля встрепенулась. Чего это он такие вопросы задаёт?

— Училась на врача и вот…, - зевнула она и откинула голову на бортик. В голове пронеслась мысль, что Мышкин в её небольшую ванну точно не поместится целиком.

— И не страшно тебе в живых людей иголками тыкать? — Хмыкнул он.

Оля нахмурилась.

— Не страшно. Страшно, когда ты на подхвате у Дунаева, который оперирует по пять раз на дню. Там такие случаи были…. Еще страшнее, когда он тебя находит плачущей в реанимации и… гонит писать заявление. И практически силком переводит в поликлинику на твой же участок. Чтобы в себя пришла. Да еще и говорит, чтобы раньше тридцати лет к нему в больницу не возвращалась. А первичные приемы — это курорт. Отдых. — Она тяжело вздохнула. — Вот только мне тридцать будет уже через два месяца. И я точно знаю, что не вернусь в отделение. И мне от этого очень стыдно. Хотя у нас из поликлиника два терапевта к нему ушли и обратно не вернулись. Значит, смогли там работать. А я вот не смогла….

— Ты смогла, — перебил её парень. — Просто в поликлинике ты на своем месте. Значит, так надо. Надеюсь, что твои родители тебя поддержали в тот момент.

— В тот момент у меня не было родителей, — покачала она головой. — Мама умерла, а отец…. Я его не знаю даже. Меня тетка к себе приняла, выучила. Я ей очень благодарна, но такие вопросы с ней точно обсуждать не буду.

— Ясно, — кивнул он и повернулся к ней. — Что ты хочешь больше всего на свете? Ну, в качестве подарка на новый год.

— Выспаться, — не раздумывая ответила она. — Что-то так устала за последнюю неделю, ужас просто. Слушай, а почему ты князь?

— Прадед был княжеской крови, — пожал он плечами. — Еще вопросы будут.

— Конечно, — с важным видом кивнула Ольга. — А как тебя зовут?

Мышкин коротко хохотнул, поняв, что так и не представился Ольге полностью.

— Князь Кузьма Фёдорович Мышкин, — привстал он со стула и отвесил поклон.

Если учесть, что из одежды на нем были лишь трусы, а на ней пена, то выглядело это все крайне комично. Оля засмеялась.

— Так, князь, вытаскивай меня отсюда, если не хочешь, чтобы я уснула, — хихикнула она.

Глава 3

Кузьма честно старался не смотреть. Оля видела, как он отводил взгляд, когда подавал полотенце, да и потом в вырез халата старался не смотреть. Это было несколько странно. Нет, он не выказывал отвращения, или еще чего-то. Наоборот, в его взгляде читалось желание. Просто у нее возникло ощущение, что он не хочет её… оскорбить что ли.

Сама же Ольга к своему телу относилась ровно, сугубо с медицинской точки зрения. Тело было, руки-ноги на месте, лицо вполне себе симметричное, немного лишнего веса не то, чтобы портили всю картину, но можно было бы и избавиться. Вот такая профдеформация сознания. Но жить это Оле никак не мешало. Она даже пару раз заводила отношения, но там выбора между мужчиной и работой не стояло. Работа всегда была на первом месте. Возможно, это мужчины были каким-то не такими.

Но сейчас Оля вдруг подумала, что хочет нравиться Мышкину. И зачем ей это всё? Только сложности одни. С этими мыслями она и легла в кровать, отправив Мышкина спать на диван в другой комнате. Нечего тут её обнадеживать. Не девочка уже.

Проснулась она вновь от стука в дверь. Села на кровати и покосилась на спящего рядом Кузьму. Он снова был голым. И явно её вчера не послушал. Дождался, когда она уснула, пробрался в её спальню и лег рядом с ней. Интересно, с какой целью?

Стук в дверь повторился и Ольга, зевая, побрела к двери.

— Привет, — на пороге стояла Олеся. — Пришла отчитаться, — она протиснулась в прихожую и тряхнула головой, стряхивая снежинки с шапки. — Щенок пристроен в надежные руки, по результатам анализов, он совершенно здоров. Замерз только немного.

— Ты ночью что ли совсем не спала? — Уточнила Оля.

— Спала, конечно. Ты время видела? Уже пол-одиннадцатого. За три часа слона можно было обследовать. Правда, твоя тетя просто зверь. Она сегодня все клиники закрыла. Сказала раньше третьего числа на работе не появляться. Если мама узнает, она меня…, - она резко прервала свой монолог и уставилась куда-то над головой Оли. — Сусликов? Ты чего здесь делаешь?

— Живу, Щучкина, — Кузьма, слава новогоднему чуду, соизволил надеть трусы. — А вот что ты здесь делаешь, Акулкина?

— Я, Ондатров, живу здесь же, только этажом выше. И чтобы ты знал, Бобров, живу давно и…, - она резко замолчала, услышав короткое, но ёмкое слово.

— Чёрт! — Мышкин ринулся в сторону кухни. — У меня заказ через полчаса. Блин, будильник не услышал, — через минуту он снова показался в прихожей, но уже в костюме Деда Мороза. — Так, дорогая, я приду вечером. Не забудь позавтракать и отоспаться. — Он стянул бороду и поцеловал опешившую Олю в губы. — Пока, Осетрова.

— И тебе не убиться, Грызунов, — махнула рукой Олеся.

— Вы знакомы? — Нахмурилась Оля, приглашающе махнув рукой в сторону кухни.

Соседка принялась снимать верхнюю одежду.

— Конечно, знакомы, — пропыхтела она, стаскивая ботинки.

— Н о ты же Рыбкина, а он Мышкин….

— Ой, это старая шутка. Мне сразу не понравилась его фамилия…, - она прошла на кухню. — Он с моей сестрой когда-то встречался. Они вроде бы одногодки даже. И чтобы она точно не ревновала, мы договорились с ним спорить каждый раз, когда видим друг друга. И даже когда они расстались, при встрече мы уже по инерции обзываемся. Не обращай внимания.

— Никогда бы не подумала, — хмыкнула Оля, поставила чайник греться и полезла в холодильник, который вдруг полностью оказался забит едой. — А он, правда, князь?

— Правда, — Олеся если и удивилась, то вида не подала. — У него родители такие все… расфуфыренные. Богатенькие. Он мелкой всегда хорошие подарки дарил….

— Подожди, — Оля нахмурилась и захлопнула дверцу холодильника сильнее, чем обычно. — У него родители есть? А чего же ему жить негде?

— Как это негде? — Возмутилась соседка. — Если мне