Маленькое сердце - Лила Каттен

– Найдем. У нас две бабушки.

– Ты прав. Что там у нас дальше?

– Ванная. Сразу говорю, потом можем изменить, но на данный момент вполне нормально. До ремонта здесь они не дошли.

– Я готова.

Есения закрывает глаза, когда я открываю дверь и командую, что можно смотреть.

Здесь старенькая мебель в виде тумбы с раковиной и пенала, ванная тоже. Плюс плитка черно-белая, а стены выложены простым светло-голубым кафелем. Но нет ржавчины и плесени, уже большой плюс.

– Насколько я могу судить, там вполне чисто. Так что с этой комнатой мы можем смириться.

– Согласен. У нас с тобой еще полчаса, потом я отнесу ключи хозяйке. Так что давай думать.

– Первый вариант сразу нет. Район неудачный и дом старый.

– Принято. Что по поводу второго.

– Могу я, быть честной? – прикусывает губу.

– На это и надеюсь.

– Мне очень понравилась эта. Я другие варианты как-то вообще забыла на фоне этой.

– В целом, я такого же мнения. Кстати, тут еще есть гараж, недалеко отсюда.

– Бонус.

– Весомый, я бы сказал.

– Тогда-а? Мы все решили?

– Да. Буду оформлять сделку?

– Оформляй. А… Макар?

Судя по ее тону, вопрос будет сложным. И я даже знаю примерно его тему.

– Что?

– Какая будет доплата?

– Детка, мы ведь это уже обсуждали.

– Я хочу знать. Что, если мы потом с моего счета снимем деньги и погасим часть кредита?

– Есения, просто позволь мне позаботиться об этом?

Мы смотрим друг другу в глаза, а я представляю, как глажу ее по лицу. Ощущаю, как прикасаюсь к ее губам своими, а ее суровое выражение лица становится мягче с каждой секундой.

– Я правда ценю, что ты для нас делаешь, но… я тоже хочу участвовать.

– Ты принимала самое важное участие. Выбирала со мной. А второе – ты бережешь себя.

– Ну это нечестный прием. Ты снова уводишь разговор в другое русло.

– Это мой любимый прием.

– А ты мой любимый.

– Я должен идти, Ёсь. Мы решили?

– Да. Я доверяю тебе. Ты смотрел моими глазами. Потому что это не то же самое, как если бы я видела все сама.

– Знаю. И заверяю тебя – тут все отлично.

– Хорошо. Я люблю тебя.

– А я люблю тебя. До скорого.

Попрощавшись с ней, я закрываю квартиру, спускаюсь и набираю Анну Юрьевну, которая была недалеко, предоставив мне с Есенией немного уединения.

– Ну, что скажете?

– Понравилась и полагаю, мы готовы заключить сделку.

– Я, в свою очередь, обещала скидку и, разумеется, сделаю ее.

– Спасибо.

На оформление купли-продажи ушла неделя.

Кредит мне одобрили полную сумму в миллион. А поручителем выступила мама.

На самом деле, я не верил, что у нас получится сделать все в такие короткие сроки. Конечно, пришлось потерять в деньгах, но оно того стоило. Иначе все затянулось бы на долгие месяцы, которых у нас не было.

Взяв ключи, теперь уже от нашей квартиры, я вытащил телефон и встал в центре гостиной.

Гудки казались какими-то бесконечными. И я начал переживать. Первый неотвеченный вызов и моя паника стала нарастать.

Я стал набирать ее снова и… она ответила.

– Макар?

– Ты… боже, я думал, что…

– Макар, сегодня будет операция. Пульсация и боль стали очень сильными, врачи не хотят ждать и подвергать меня и дочь риску, – ее голос был таким тихим и прозрачным, что я сам превратился в субстанцию, не имеющую ничего, кроме пустоты, но быстро взял себя в руки.

– Детка, я уже выезжаю, – быстро сообщаю ей. – Я буду рядом через полчаса. Клянусь, я буду рядом, слышишь?

– Хорошо… Мне… очень страшно.

– Говори со мной, ладно? Ты сейчас с врачами?

– Да, я в… не знаю, это какая-то процедурная. Они пошли за анестезиологом.

Быстро выйдя из квартиры, я закрыл ее и поспешил вниз. Благо лифт не успел уехать. Я вошел в него и нажал на кнопку первого этажа.

– Это хорошо. Слышишь? Ты уже не одна. И скоро наша девочка будет громко кричать. Помнишь, о чем мы говорили, милая?

– Да.

– Она будет кричать по ночам, а мы будем любить ее еще сильней, да? Это все остается в силе?

Мое горло сжимали тиски, и я не был уверен в том, что слезы оставались внутри. Думаю, я просто не чувствовал того, как они катились по моим щекам, пока я был занят тем, что успокаивал мою любимую женщину.

– В силе.

Она говорила со мной, но я ощущал ее страх, как мой собственный.

Быстро добравшись до машины, я поместил телефон в держатель и вырулил со двора.

– Я только что купил нам квартиру, Ёсь. Только что.

– Правда? Ты это сделал?

– Клянусь. Я положил ключи в карман и собираюсь вручить их тебе, как только тебя выкатят из операционной. А потом я надену на твой палец кольцо, и мы сыграем свадьбу. Да?

– Я должна…

– Хэй, – перебиваю ее, потому что не могу позволить ей говорить ни о чем другом, кроме как будущем. – Я сегодня поставлю кроватку на ее законное место и куплю нам самый классный надувной матрас, потому что у нас нет денег на кровать.

Смеюсь, вытирая слезы о плечо.

– Макар…

– Но потом я куплю нам проклятый кинг-сайз, и мы каждый раз будем искать друг друга по ночам, просыпаясь к нашей девочке. И так до конца наших дней.

– Мне тоже страшно, родной, – прошептала она, когда я набирал в легкие новую порцию воздуха, и я почувствовал их… Я почувствовал чертовы слезы.

Проклятье. Я обещал ей быть поддержкой, а теперь рыдаю, петляя по гребаным улицам, в попытке оказаться с ней рядом.

– Я верю в лучшее, слышишь? Но ты должен…

– Нет. Ты не будешь мне этого говорить. Ты скажешь это ей в глаза и будешь говорить каждый день нашей чертовски долгой жизни. Поняла?

– Я…

– Ты меня поняла? И будешь говорить мне о своей любви. Так просто я тебя не отпущу. Нет, детка. Ни за что.

– Пообещай… что никогда не оставишь ее, – перебивает она меня все-таки.

Я молчал.

Казалось, что если я скажу ей