Джен Беннет - Яростные тени

Хэдли сняла шарф и бросила на кровать. Несколько мгновений они с Лоу смотрели друг на друга. Пропала радостная уверенная дама, которую он обнимал на танцполе тихого бара. Теперь Хэдли прижала руку к животу, словно пытаясь успокоить свои нервы.

Она сильно разволновалась.

Да уж, не такую реакцию ждет мужчина, заходя в женскую спальню. Но а чего еще он ожидал: что несколько минут, проведенных у него на коленях неделю назад, сотрут годы отвращения? Самое грустное, что по глупости Лоу именно на это и надеялся. Инстинктивно ему хотелось раздеть беззащитную, хрупкую Хэдли, бросить на кровать и войти в нее.

Но остаток здравого смысла подсказывал, что такое поведение тут неуместно.

Хэдли – колючий кактус. Лоу мог медленно и нежно проскользнуть между защитных шипов или хитростью уговорить ее сбросить колючки.

Он поманил Хэдли пальцем.

– Иди-ка сюда.

Она заколебалась, но все-таки приблизилась и остановилась всего в шаге.

– Давай сделаем вот что: я разденусь, – Лоу повесил пиджак на металлический поручень в изножье кровати и скользнул взглядом по ее груди. – А ты пока побудешь одетой… Но только если поможешь мне.

Хэдли хмыкнула, разглядывая Лоу, будто его наряд – неразрешимая головоломка.

Он расстегнул запонку и сунул в карман штанов.

– Ты будешь прикасаться ко мне, а я держать свои руки при себе. Сможешь управлять происходящим. – Лоу врал, но очень надеялся, что Хэдли этого не заметит. Как карточный шулер, который ловкостью рук дурит свою жертву, он пошел на отвлекающий маневр. – Я сниму все вещи выше талии, а ты стянешь с меня сапоги. Тот, кто справится последним, займется штанами.

Округлившимися глазами Хэдли смерила выпуклость в районе его ширинки.

Сдержав улыбку, Лоу засунул в карман вторую запонку.

– Лучше поторопись, шнурки не так уж легко развязать – предупредил соблазнитель, постучав каблуком по носку.

Ни слова не говоря, она присела на корточки, склонив темноволосую голову чуть ниже того места, где бы Лоу хотелось ощутить ее прикосновения, и развязала бантик на его правом сапоге, а потом ослабила шнуровку от колена до лодыжки. Каждый рывок отдавался в его костях и посылал слабые приятные импульсы в напрягшиеся яички.

Лоу чуть не забыл, что они соревнуются на скорость. Он поспешно сорвал жилет, зажим для галстука, галстук… и выдернул рубашку из штанов.

Подняв глаза, Хэдли застонала и поспешно принялась раскачивать каблук его сапога. Лоу специально поджал пальцы, чтобы замедлить процесс.

– Так нечестно! – задыхаясь, сказала она, с ворчанием стянула сапог, едва не упав.

– Я же предупредил, что будет непросто, – со смешком напомнил Лоу.

Не теряя времени, Хэдли быстро ослабила шнурки на втором сапоге. Господи, ей так хотелось выиграть, но и противник не отставал. Он быстро снял рубашку: расстегнув первые четыре пуговицы, легко сорвал льняную ткань через голову, пока Хэдли тянула второй сапог.

– Носки не забудь.

– Так нечестно! – воскликнула она, со стуком отбрасывая обувь прочь.

– Хэдли. Носки, – настоял он.

Она тихонько выругалась и начала снимать носки. Он положил руку себе на плечо, подождал, пока ей не покажется, что у нее есть возможность выиграть, и легко снял нижнюю рубашку.

– Мне жаль, min käraste [7], ты проиграла.

– Ничего тебе не жаль, – отрезала она, и, отшвырнув второй носок, встала.

Лоу цокнул языком и убрал с глаз растрепанные волосы.

– Умей достойно проигрывать.

Хэдли мельком оглядела его грудь, глубоко вздохнула и сделала шаг вперед. Пока они вместе смотрели вниз, Лоу втянул в себя запах ее волос. Тонкими пальчиками она расстегнула и вынула ремень из петель. Лоу поймал изогнутый кинжал в кожаных ножнах.

Хэдли решительно расстегнула ширинку, причиняя своими прикосновениями изысканную муку. Боже, Лоу был тверже кирпича. Когда она стянула штаны на пол и застыла в нерешительности, он пожалел ее, подцепив большими пальцами резинку трусов, чтобы высвободить возбужденный член. Хэдли легко вздохнула и покраснела, вызывая у «победителя» желание поднять руки в знак триумфа.

– Милостивый боже, – прошептала она.

– Ты видишь одно из моих достоинств, – поддразнил Лоу, готовый поспорить, что Джордж и вполовину до него не дотягивал. Очень хотелось уточнить, но не стоило произносить имя этого ублюдка в спальне Хэдли, у которой и так достаточно заморочек. Сперва с имеющимися проблемами разобраться бы.

– Иди сюда.

– Лоу…

Не обращая внимания на слабые протесты, он взял ее на руки, опустился на спину на покрытый розами коврик и усадил Хэдли на себя.

– Придави меня, – попросил он, закидывая руки над головой в знак поражения.

– Что… а. – Хэдли раздраженно смерила хитреца взглядом. – Я знаю, что ты пытаешься сделать.

Хэдли робко наклонилась над ним. Черные бусинки длинного ожерелья опустились на грудь Лоу, когда она прижала его руки к коврику. Боже милостивый, так приятно ощущать ее тело своим. С каждый тяжелым вдохом пряди девичьих волос щекотали его щеки. Колени в чулках прижимались к его бедрам с внешней стороны. Ему стоило многих усилий, чтобы не перекатить Хэдли на спину.

– Интересная ситуация. Ну и что ты чувствуешь, уложив мужчину в два раза больше тебя? – прошептал Лоу прерывистым голосом.

– Сейчас ты сдался мне на милость.

– Притворись, что это не так. Что ты теперь сделаешь?

– Глупость.

– Правда?

Лоу медленно толкнулся бедрами в ее бедра.

Хэдли застонала. Лоу закрыл глаза и подождал, прислушиваясь к ее учащенному дыханию. Через пару минут, он почувствовал тепло на своем лбу: она его поцеловала. Сначала один раз, потом второй в бровь. И, вызывая мурашки, медленно провела дорожку поцелуев от виска до подбородка. Она стала действовать быстрее, открытым ртом прижимаясь к жилке на его шее, где бился пульс, робко провела языком по его кадыку, и Лоу сглотнул.

Не отпуская его рук, Хэдли скользнула ниже и принялась целовать его грудь. Разве она не понимает, что делает? Лоу вдруг перестал сознавать, кто из них кем манипулирует. Она будто бы случайно прикоснулась губами к его соску. Удовольствие пронзило яички. Теперь именно Лоу стонал. А когда Хэдли стала посасывать сосок, боже, его слабое самообладание улетучилось. Он снова толкнулся бедрами вверх, а на этот раз потерся членом о шелковые трусики между ее ног. Хэдли заерзала и опустилась.

Вдруг из ниоткуда Лоу почувствовал знакомое давление в пояснице.

Черт!

Слишком острые ощущения. Он давно не был с женщиной, и с любой другой сумел бы сдержаться, но не с Хэдли, которую желал так сильно, что его тело обезумело. Где-то смеялся Бог, жестоко отбирая волю у Лоу и превращая его в пятнадцатилетнего мальчишку, готового кончить в штаны от дуновения ветерка.