Кристина Джонс - Семейный бизнес

— Почему ты не сказал мне, что покупаешь этот коттедж?

— Я сказал. — Рори нахмурился. — Я сказал, что «пускаю корни» впервые после того, как… ну… ты сама знаешь. Это произошло из-за того, что я встретил тебя. Я просто не упомянул о покупке коттеджа, потому что не считал нужным вдаваться в подробности. Я всегда полагал, что мы понимаем друг друга без слов. Я же говорил тебе, что «Виндвисл» будет моим постоянным домом, даже если «Диадема» не продлит мне контракт. Мне нравится Аптон-Поуджез, и я… я люблю тебя. Послушай, Джорджия, если ты хочешь дать мне от ворот поворот, то так прямо и скажи.

Она протянула к Рори руку и коснулась его пальцев. Зрители с напряжением следили за ними.

— Я не об этом. Просто… — Она сделала глубокий вздох и, не долго думая, выбрала отговорку: — Ты можешь себе это позволить? Залог и все такое?

— Это что, отеческая забота со стороны руководства «Диадемы»? Конечно, я могу себе это позволить. Иначе подобная мысль даже не пришла бы мне в голову. А, понимаю. Ты хочешь знать, как я собираюсь расплачиваться? Хочешь выяснить мое финансовое положение и проверить, соответствует ли оно твоему банковскому счету? Или узнать, не являюсь ли я подпольным золотоискателем?

— Рори, зачем ты обижаешь меня?

— А нечего меня унижать. — Голос Рори стал таким же стальным, как и его глаза. — Да, я могу себе это позволить. Отец оставил мне некоторую сумму. Я никогда даже не дотрагивался до нее, потому что не нуждался в деньгах. Теперь такой момент настал… точнее, я думал, что он настал. — Рори сделал большой глоток бренди. — За это время набежали приличные проценты, к тому же я собирался расплачиваться в рассрочку. Понятно?

— Прости меня. — Совет Триш неотступно звучал у нее в голове. Джорджия подняла глаза на Рори. — Бабушка сказала мне вчера, что ей пришло письмо из компании «Галифакс». К тому же она считает, что «Диадема» сейчас переживает не лучшие времена. Я не хотела, чтобы ты связывал себя обещанием выплатить такую большую сумму, не имея постоянного источника дохода…

— Какая забота! — Рори щелкнул языком. — Но пусть это больше тебя не тревожит. Я в состоянии сам выплатить кредит, и в отличие от тебя, мне не нужна постоянная поддержка «Диадемы». Я всегда могу найти работу в другом месте. И вообще, я сомневаюсь, что вопрос о моем финансовом положении мог вызвать такую бурную реакцию. Ведь не ты одна страшно расстроена. Остальные ведут себя так, будто их приговорили к смертной казни. Мне было бы чрезвычайно лестно полагать, что все мои коллеги беспокоятся о моем финансовом положении, но в это трудно поверить.

Джорджия поняла, что не следует недооценивать его интеллектуальные способности.

— Это из-за бизнеса. Они все на взводе.

— Это я могу понять. — Казалось, терпение Рори подвергается настоящему испытанию. — Я знаю, что «Ионио» ведет нечестную игру. Но вы должны были быть готовы к этому. Не все же так плохо? У вас наверняка и раньше случались проблемы. Они бывают во всех компаниях. Вы с Сесилией управляли «Диадемой» достаточно долго, чтобы…

— «Леннардз» расторгают с нами контракт, теперь они работают с «Ионио».

— А… — Рори понимающе кивнул. — Тогда все ясно.

Джорджия допила бренди.

— Бабуля, разумеется, использует весь свой дар убеждения, разговаривая с Томом Леннардом. Но я думаю, что на этот раз даже ее харизмы не хватит. К тому же вчерашний день оказался очень тяжелым и для всех остальных. Поломки и прочее. Каждый из нас чувствует нависшую над бизнесом угрозу. — Она подняла на него глаза. — Теперь ты понимаешь, почему все такие странные, и почему я тоже не в себе?

Рори поставил на стол рюмку и сжал руку Джорджии. Жокеи и их спутницы потеряли к ним всякий интерес и пошли смотреть выход лошадей на первый забег.

— Да, конечно, понимаю. Но в самом крайнем случае, даже если вы не вернете «Леннардз», вы ведь всегда сможете набрать новых клиентов, разве не так? В конце концов, у вас с Сесилией есть масса преимуществ: вы умные, красивые и практичные. Вы быстро найдете новых партнеров.

На мгновение Джорджия и думать забыла о «Диадеме». Она была в двух шагах от потери Рори. Если бы она озвучила свое беспокойство по поводу той фотографии и вообще его семьи, то, возможно, он никогда не простил бы ей этого. Она не должна была сомневаться в нем, даже на миг.

Впервые за все время Джорджия по-настоящему улыбнулась: она была очень рада, что деньги на покупку коттеджа не получены бесчестным путем, и твердо решила не менять своего мнения о Рори.

— В любом случае работа для тебя у нас найдется. Скорее всего, гнусавый отправится обратно к Бримстоунам, а ты останешься.

— Чтобы заработать деньги для выплаты кредита?

Джорджия вовремя сообразила, что Рори ее поддразнивает.

— Ну и это тоже. Но, прежде всего, из-за Эрика. Я не могу позволить ему стать бездомным бродягой.

— В то время, как я, — Рори встал и подал ей руку, — могу оказаться на улице, а ты и пальцем не пошевельнешь?

Джорджия прильнула к нему.

— Точно.

Они вышли из бара рука об руку. Джорджия взглянула на вышедшее из-за туч солнце. «Это знамение, — подумала она. — Быть такого не могло, чтобы Рори захотел навредить ей самой или ее делу».

Во время первых заездов они беззаботно ставили на лошадей с красивыми, звучными именами, которые, как правило, сбрасывали своих жокеев после первых же препятствий. После второго заезда Джорджия пробрались через толпу в стойла. Шалун, блестящий и сияющий, готовый в любую минуту вырваться на ипподром, фыркнул на Джорджию, когда та его поцеловала.

Дрю подтянул подпругу, выпрямился и погладил бока лошади опытной рукой.

— Он хорош сегодня как никогда. Ты видела, какие у нас ставки?

— Десять к одному — лучше и быть не могло, — ответила Джорджия. — Это не так уж плохо для лошади без родословной и имеющей в активе всего один заезд.

— Зато какой! — Дрю погладил Шалуна по носу. — А где же твои коллеги? Я думал, они все приедут.

— Они здесь, просто разошлись. Все оказалось немного не так, как я ожидала.

— Редко происходит так, как ожидаешь. — Дрю потрогал ноги Шалуна, который никак не мог угомониться, а затем дружески похлопал его, словно щенка лабрадора. — Бывает гораздо хуже: некоторые хозяева ссорятся, как дети, когда собираются вместе на ипподроме. — Он показал в сторону Рори, беседовавшего с конюхом Шалуна. — У вас-то, надеюсь, все в порядке?

— Все прекрасно, — пылко ответила Джорджия. — Я хотела еще поговорить с Мэдди. Кстати, где же она?

— У нее поднялось давление и отекли ноги. Сидит в результате дома и злится. — Дрю улыбнулся. — Половина Милтон-Сент-Джон заходит присмотреть за ней, чтобы Мэд хоть раз в жизни выполнила то, что ей велено. Она клянется, что когда ребенок родится, она подкинет его какой-нибудь сиделке, а сама отправится в буйный загул как минимум на месяц.