Измена. Начать сначала - Агата Невская

вот такой мужик» и «я же говорил, Галька, что хороший мужик, говорил же?».

В общем, заснули мы в тот день уже только утром. Игнат порывался уехать и меня увезти в тот же день, но кто б ему позволил. Ты если попадаешь в цепкие руки дядя Мирона и Гены, то уже не можешь из них выбраться. Даже Зверев не смог.

Поэтому уехали мы только через сутки. И то только потому, что дела требовали личного присутствия Игната.

Когда мы подъезжали к Питеру, я вдруг осознала, что не знала, куда меня везет Игнат. Я ведь жила у Макса. Но ехали мы определенно в другую сторону.

— Игнат, а куда ты меня везешь? — с подозрением спросила я.

— Увидишь, — невозмутимо ответил он. — Это сюрприз.

Мне уже это не понравилось.

— А может, не надо сюрпризов? Как-то у нас с ними не получается, — попыталась я его вразумить.

— Этот получится, — заявил он самоуверенно. На мой взгляд, слишком уж самоуверенно.

— Уверен?

— Абсолютно.

Хм. Ну ладно.

Остановились мы напротив Дворца бракосочетаний на Английской набережной.

— Так, — только и смогла сказать я. — Та-а-ак.

Игнат с совершенно непробиваемым лицом вышел из машины, открыл дверь с моей стороны и помог мне выбраться.

— Игнат. Что мы здесь делаем? — пытала я его. Но он все с таким же невозмутимым лицом шел вперед, ведя меня за руку.

— Сейчас все узнаешь.

Мы пришли в приемную, где нас встретила женщина в строгом костюме с приветливой улыбкой.

— Игнат, как я рада тебя видеть, — она на европейский манер протянула ему руку, которую он уважительно пожал. Интересно, у него вообще везде есть знакомые?

— Какими судьбами? — спросила она, покосившись на меня.

— Да вот, Елена Сергеевна, пришли с моей невестой заявление на регистрацию брака подать, — Игнат был просто образцом невозмутимости. В отличие от меня.

— Зверев, ты с ума сошел? Ты даже не спросил, хочу ли я и согласна ли выйти за тебя замуж.

— А ты не согласна? Ты же сама заявила, что я самый лучший мужчина, — он с таким искренним изумлением смотрел на меня, что я его чуть не пристукнула там же. Жаль, ничего тяжелого под рукой не оказалось.

Елена Сергеевна тоже выглядела изрядно удивленной.

— Игнат, неужели наконец-то нашлась та единственная, которую ты так долго искал? — пораженно спросила она.

Тот кивнул, не отрывая от меня взгляда.

— Я же тебя предупреждал, что ты будешь моей женой. На третьем свидании мы переспали, после четвертого — женимся, все по плану. Не понимаю, чего ты возмущаешься, — он удивленно на меня посмотрел.

— Чему возмущаюсь? — я уже практически кричала. — Да ты даже не спросил моего согласия!

— Малыш, это всего лишь пока заявление на заключение брака. Который, к слову, случится не раньше, чем через… А через сколько, кстати, Елена Сергеевна? — и он перевел взгляд на нее.

— Сейчас у нас май, значит заключение брака не раньше ноября. У нас очередь на полгода вперед, а то и больше, — виновато развела она руками.

— Вот! — поднял Зверев указательный палец. — Целых шесть месяцев на подумать. Правда, я тебе их все равно не дам. Елена Сергеевна, дорогая моя и прекрасная, нам очень нужно через месяц, не позднее, — он обворожительно улыбнулся, галантно поднес руку Елены Сергеевны к губам и поцеловал. Я поджала губы. Ловелас чертов. Игнат заметил и подмигнул мне.

— А вот поженимся, никаких целований рук у других женщин. Только твои, любовь моя. Давай, у тебя есть три минуты, чтобы подумать и согласиться. Время пошло, — и он широко мне улыбнулся. А потом притянул меня к себе и, не замечая покрасневшей Елены Сергеевны, поцеловал так, что мы опять чуть было не забыли, где находимся и что мы не одни.

— Где подписать? — пискнула я.

Спустя месяц

«Солнцева, выходи, карета подана».

А я не могла. Я сидела на толчке унитаза и смотрела на две полоски теста, который подтверждал, что моя жизнь скоро кардинально изменится. Она, конечно, изменилась уже в тот момент, когда я пролила тот злополучный кофе на рубашку Зверева. Но вот это… это…

Это было неожиданно. Потому что мы со Зверевым договорились подождать и не торопиться. Я согласилась на свадьбу через месяц в тот день, когда мы подали документы. Но вот с ребенком решили подождать. У Игната были сложности после того несчастного случая в порту. Шло судебное разбирательство, к тому же, как оказалось, Леонид и здесь приложил свою руку, поэтому Игнату приходилось как владельцу судна и компании, собирать кучу бумажек, доказательств и свидетельств о непричастности его компании к гибели работника порта.

В общем, свадьба свадьбой, но ребенок пока в наши паны не входил никак. Игнат сказал, что как мужчина, позаботится обо всем сам. Знала бы, как он позаботится, десять раз бы проверила.

Когда меня затошнило от вида сырой рыбы, я решила, что отравилась. Думала, что отравилась морепродуктами, которые мне накануне привез Игнат. Никогда их не любила, теперь уже тем более не полюблю. Стоило мне подумать о мидиях, которые мы еще и игристым запивали, меня вывернуло наизнанку. Это было два дня назад. Но даже тогда я подумала, что просто продукты были несвежими. Как же, ведь мы предохранялись. Под контролем Зверева.

А когда и на второй день меня с утра мутило так, что я ни крошки не могла взять в рот, то догадалась посмотреть в календарик приложения, который учитывает мои особые дни. А посмотрев, пошла в аптеку и купила тест.

И вот сижу я теперь в день своей свадьбы, после очередного свидания со своим теперь уже самым лучшим белым другом, плачу от слабости, жалею себя. А меня где-то там Зверев ждет. И Макс. А я даже не готова.

«Малыш, ты там как? Едешь?»

Убью. Вот теперь точно убью. Я собиралась в августе в экспедицию, межу прочим. Интересную. А теперь куда мне? Ну нет, Зверев, я все равно поеду, мрачно подумала я, собрала все силы в кулак и решительно встала,