Развод как средство от депрессии - Ника Крылатая

— Чтоооо? — удивились девушка. — Просто переезжай? Я квартиру покупаю.

— Да хоть две! — сжал сильнее в объятиях. — А потом мою продадим и купим побольше.

— Троянов, ты придурок, ну какое "переезжай"? — впрочем, попыток удрать не предпринимала.

— Нормальное. Могу я к тебе переехать, но это глупо, у меня места больше.

— Артем, не стоит идти на такие жертвы из-за ребенка.

— А если не из-за ребенка? Месяц не могу тебя из головы выкинуть, а это показатель. И еще какой.

— Еще скажи, что влюбился. И замуж зовешь.

— И позову, если уживемся, — противника будем брать неожиданностью. — По любви ты уже туда сходила, в итоге тебя разменяли. Не дергайся, твой бывший — придурок. Давай просто жить вместе, если ничего из этой затеи не выйдет, мирно разойдемся. В любом случае ребенок будет носить мою фамилию.

— Я старше.

— Четыре года — фигня вопрос.

— Я не люблю готовить и вести домашние дела.

— Наймем, тоже мне проблема, — даже мне стало понятно, что Инна прощупывает почву, пытаясь найти повод для отказа. Нет, милая, не получится, я не помешан на идеальных картинках. — Налево ходить тоже не буду, пока мы вместе. Честность гарантирую. И вообще, я уже родителям все рассказал, завтра будут в гости.

— Куда? — испуганно выдохнула.

— Сюда. Я им явки сдал, — пытался поцелуем в шею смягчить шок от своих слов.

— Артем, — застонала Инна, — я еще сама толком не осмыслила, а тут ты как ураган, и уже родителям разболтал. Что они обо мне подумают?

— Не парься. Они очень сильно рады. Вот с твоими будет гораздо сложнее. Особенно с мамой. Кстати, а что она так сильно заморачивается и тебя достает? — мне было очень интересно, почему она играет в королеву английскую.

— Она думает, что мы из дворян, — пожала девушка плечами. Я только хмыкнул. — Нет, это неправда. Зато как статусно, когда у тебя искусствовед из дворян, и все такое.

— Так ты устраиваешь скандалы в благородном семействе! — искренне рахохотался я. Вот уж действительно, каждый сходит с ума по своему. От смеха даже слезы на глазах выступили. Инна сидела насупившись. Вот тут и пригодился совет от Аллы.

— Инка, прости меня, — тихо покачивал свою беду на коленях. — Надо было не слушать тебя. Твои подруги предупреждали, что тараканы у тебя в голове не дремлют. Давай просто приложим усилия, чтобы у нас вышло что-то толковое. Я сейчас не буду падать на колени и, размазывая слезы по лицу, вещать о неземной любви. Ты мне нравишься настолько, что готов руки оторвать любому, кто к тебе прикоснется, а твоему Ковыльскому даже голову. Инусь, соглашайся, я же тебе тоже нравлюсь, да?

— Детский сад, — но она не пыталась слезть с коленей, только сильнее прижалась и грустно вздохнула. — Ты прав, как оказалось, у меня много мусора в голове, и замужем по любви я уже была. Но снова туда не согласна. По крайней мере, пока.

— А я и не предлагал еще. И не смотри так! Будем сожительствовать. Много, долго и до полного изнеможения. Пока сама не попросишь пойти в ЗАГС, — опять улыбнулся на недоуменный вид Инны. — Покорми, пожалуйста!

— Еще не женаты, а уже на кухню гонит, — закатила она глаза. — Пошли.

— Я все отработаю, — шлепнул по апетитной попе.

До чего же классно снова вместе накрывать на стол, вместе ужинать и смотреть киношку. А уж о совместном ночном времяпрепровождении и говорить нечего. Соскучился. До безумия соскучился. Вся родная, с ног до головы, каждым сантиметром кожи. Моя, и только моя. Нежные стоны, всхлипы, неистовые ласки… Соскучился.

Свозь сон услышал звонок сотового. Оказыватся, уже позднее утро и звонит мама. Острожно, чтобы не разбудить будущую "сожительницу", протянул руку и нажал кнопку ответа.

— Артем, — радостно проговорила родительница, — будем часика через пол. Предупреждаю заранее, чтобы успели одеться, — и отлючилась.

— Черт! Инка, мои будут через полчасика.

— Блин, а попозже нельзя? — девушка резко распахнула глаза, выглядела испуганно, и через пару секунд засуетилась. — Вставай, вставай давай!

Стараясь подняться с кровати, Городецкая зацепилась за одеяло и грохнулась, по другому назвать это нельзя. С пола послышалась неаристократическая ругань и стон:

— Коленоооо… Блин, я ногу ударила. Больно, — со слезами в голосе сказала она, а поскольку вставать не спешила, я быстро перекатился на ее сторону и решил посмотреть, что же там случилось. Едва свесил голову с края, как она встала и стукнула меня макушкой в нос.

— Черт!

— Артем!

— Твою мать, ты мне нос разбила! Где тебя так бить прицельно учили? — прогундосил, зажав нос пальцами.

— Артем, я сейчас, — и глаза такие большие и испуганные. Вскочив с пола, рванула на выход из комнаты, ударившись теперь уже об тумбочку.

— Да, блииииин! Теперь и мизинец, — сквозь слезы выдохнула. — Пошли на кухню, там аптечка и лед. Даже думать не хочу, как отреагируют твои родители, — махнула рукой и похромала из спальни. Такого веселого утра у меня еще не было.

Когда раздался звонок в дверь, мы едва успели одеться и оказать друг другу первую помощь. Обреченно вздохнув и бросив на меня затравленный взгляд, Инна похромала открывать. Так что родители застали картину маслом — дверь им открыла бледная и растрепанная Инка, припадающая на ногу и с огромным синяком под коленом. А поскольку из коридора хорошо просматривалась кухня, то и любимого сына, то есть меня, они тоже увидели почти сразу: на скуле синяк, нос разбит и из него торчат окровавленные тампоны. — Привет! — махнул рукой. — О, тортик! Как раз вовремя. Ну, проходите, чего встали?

— Инна, — первой отмерла мама, — я, конечно, понимаю, что мой сын тот еще оболтус, но за что ты его так?

— Что у вас тут произошло? — поинтересовался отец. — Артем, если ты хоть пальцем…

— Пап, — перебил его, — ваш ранний звонок так впечатлил Инну, что она немного не рассчитала и упала с кровати, а когда я выглянул, то получил в нос. У нее отличный удар. Короче, это из разряда нарочно не придумаешь, — какой ужасный гундосый голос у меня.

— Екатерина Андреевна,