Моя маленькая Надежда - Рина Фиори

место, где меня ждёт Надя, недалеко, и я добираюсь минут за десять.

Замечаю её, стоящую возле простенького кафе. Такую маленькую, беззащитную, хрупкую. Такую мою…

Хочется схватить её в охапку и увезти далеко-далеко, защитить от всего. В первую очередь от себя. Уверен, меня она теперь боится не меньше, чем остальных мажоров.

Сам не знаю, что мною движет, но стоит только затормозить машине, я тут же выпрыгиваю наружу и иду навстречу Наде.

Не вижу ничего и никого вокруг кроме её светлых развевающихся волос, нежного, но немного бледного лица.

Она оглядывается по сторонам и переходит дорогу.

А потом происходит какой-то треш, иначе я это назвать не могу.

Хорошо, что благодаря баскетболу у меня на подсознательном уровне развит инстинкт самосохранения. И даже если я осознанно не замечаю какую-либо опасность, это делает за меня мозг.

Чёрный тонированный спорткар стартует с пробуксовкой и, не сбавляя, а наоборот, набирая скорость, мчится в сторону Нади.

Рефлексы срабатывают на отлично, я успеваю оттолкнуть девушку, накрыть её своим телом и даже посмотреть вслед удаляющейся тачке.

Этот спорткар я узнаю из тысячи. Это машина моего брата, Чернышевского Никиты. И это он сейчас пытался то ли запугать Надю, то ли на самом деле причинить ей вред.

Поднимаюсь сам, помогаю встать девушке. Пытаюсь привести её в порядок и не выдать эмоции, которые бушуют в груди.

Она дрожит, как осиновый листок на ветру, ей и своих эмоций выше крыши. А тут ещё я со своими психами…

Но держать себя в руках непросто. Поэтому набираю номер Никиты.

У Нади начинается паника, которая грозит закончиться первоклассной истерикой. Она задаёт невпопад вопросы, игнорируя тот факт, что я звоню по телефону.

Прикладываю к её губам указательный палец, мягко прошу помолчать. Мне самому сейчас непросто, а надо успокаивать и себя, и её.

Надюша замирает, а я не могу оторваться от её тёплых губ. Очерчиваю контур, мысленно успокаивая разбушевавшуюся фантазию. Никита вовремя отвечает на звонок.

– Ты в своём уме? – с трудом сдерживаю себя, чтобы не выражаться при девушке.

– Не ори, – шипит брат в трубку, – я на совещании вместе с отцом, он пытается приобщать меня к семейному…

– Да мне плевать! – продолжаю орать не своим голосом.

Отвешиваю Никите пару ласковых, когда он заявляет, что спорткар не у него.

Усаживаю Надюшу в машину и срываюсь с места.

Их игры перешли все допустимые границы. И сегодня они за это ответят.

Паркуюсь возле бизнес-центра, в котором работает двоюродный брат моей матери и отец Никиты по совместительству.

Брат уже ждёт меня на порожках центра, прямо под огромной вывеской стоит.

– Посиди здесь немного, хорошо? – стараюсь не грубить, но голос подводит. В итоге получается слишком сухо и чопорно, но Надюша послушно кивает. Моя умничка, понимает всё.

На ходу закатываю рукава, намереваясь начать разговор на языке кулаков.

Брат даже не двигается с места, словно нарочно пропускает удар в челюсть. Падает на ступеньки. Из центра тут же вылетает кто-то из прихвостней его отца, но Ник жестом руки сигнализирует мужчине, и тот возвращается в помещение.

– Кому ты дал тачку? – рычу, одной рукой схватив брата за ворот куртки, а вторую занеся вверх для удара.

– Думаешь, если будешь бить меня по лицу, я смогу тебе много рассказать? – ухмыляется.

С трудом сдерживаю руку от удара, прикладывая нечеловеческие усилия, чтобы унять этот зуд.

– Где. Твоя. Тачка! – хриплю, извергая изо рта настоящий звериный рык.

Смеётся. Нет, он откровенно ржёт надо мной и сейчас за это поплатится.

Вновь заношу руку для удара, но не успеваю. Слух улавливает знакомое имя.

– У Дианки, она попросила до вечера машину, – выдыхает. Но в голосе нет и намёка на страх. Настоящий Чернышевский, до мозга костей.

Поднимаю брата вверх, нахожу в списке контактов номер этой гадины Штерн, протягиваю телефон Никите.

– Спроси, где она и что делает, – киваю на телефон.

Брат разговаривает со своей девушкой не больше минуты. Раздражённо вешает трубку.

– Полчаса назад Диана на твоей тачке пыталась наехать на мою девушку, – цежу, сжимая кулаки. – Даже если тебе плевать на Скворцову, подумай, какие плоды её дурость принесла бы тебе, не окажись я рядом с Надей.

На лице брата неподдельное удивление. Значит, он не в сговоре с Дианой.

– Идиотка! – Никита со злостью пинает стоящий сбоку от ступенек мусорный бак. Тот переворачивается, прокручиваясь пару раз на креплениях, и его содержимое разносится по улице ветром.

Теперь уже со своего телефона он звонит Штерн и требует немедленно приехать.

Брат присаживается на скамейку, я опускаюсь рядом с ним. Вытаскиваю из кармана носовой платок, протягиваю ему.

– Чистый, – выплёвываю отстранённым тоном.

– Да иди ты! – психует, но платок берёт, прикладывает к опухшей губе.

Когда, спустя полчаса к зданию бизнес-центра подъезжает Штерн, я уже успеваю обо всём договориться с братом. Поэтому не глядя на одноклассницу, иду к своей машине и заждавшейся меня девушке, сажусь за руль и увожу Надю подальше от этих двоих.

Никита, какой бы он ни был, всегда останется моим братом. А вот Диана…

Надеюсь, её больше никогда не будет в нашей жизни.

Глава 35

Звенит звонок, все рассаживаются по своим местам. В класс входит Ирина Алексеевна, учительница русского языка.

– Что ж, ребята, пробный в целом написали неплохо, вы уже смотрели свои результаты?

Часть дружно кивает, остальные молчат.

– Хорошо, сейчас пробежимся быстро по списку, – обводит глазами класс, – а где у нас Штерн?

Да ладно. Я думала уже вся школа в курсе, что ученица выпускного класса, дочь одного из самых богатых спонсоров ни с того ни с сего решила перейти в другую школу.

«Ни с того, ни с сего» – это официальная версия. О том, что Диана забрала документы под давлением своего парня знают