Джан Макдэниел - Подарок

— Боже, Мими, ты опустошила прилавки и витрины Нью-Йорка!

Мими слегка рассмеялась.

— Боюсь, что так, дорогая. Разве устоишь перед всеми этими праздничными распродажами. Да и потом, здесь во всем городе невозможно найти чего-то хоть сколько-нибудь приличного. Порой кажется, что в местные магазины свозят устаревшие вещи со всего штата. Подожди, детка, вот увидишь, какой великолепный кашемировый свитер я тебе нашла. Но это все терпит, конечно. Потом…

Харви тряхнул головой и сказал:

— Пойду принесу остальное.

— Есть еще и остальное? — выдохнула Ярдли.

— Я помогу вам, — вызвался Саймон и, пока шел к дверям, явственно чувствовал колкий взгляд Мими, буравивший его спину.

Холодный воздух помог ему оправиться от шока, вызванного нежданным приездом Мими. Ничто — ни ее мысли, ни слова — не могли повредить ему. Но он знал, какое сильное влияние имеет старуха на Ярдли, и это беспокоило его. Он чувствовал угрозу, исходящую от Мими. Неужели он только затем обрел небеса, чтобы явилась эта старая перечница и сбросила его оттуда на грешную и пустую без Ярдли землю?

— Спасибо, мистер Блай, — сказал Харви.

— Не за что. — Саймон вытащил из багажника последние коробки и свертки. — Вижу, приходится вкалывать допоздна, Харви?

— Это последний рейс. Уинни работала на заводе в Уэстране, а пару месяцев назад ее уволили, так что работаю теперь сверхурочно.

— Грустно слышать. А почему бы вам не прислать ее ко мне в офис? Я бы что-нибудь придумал.

— Спасибо, мистер Блай, — несколько огорченно проговорил Харви, — но она уже подала заявление в «Эвергрин Имиджес», вроде бы обещали место, но надо немного подождать.

— Чего ждать? Это же моя фирма. Скажите, пусть приходит прямо ко мне в офис.

— Хорошо, я скажу. Завтра же и придет, — сказал Харви с просветлевшим лицом. — Благодарю вас, мистер Блай.

Внеся багаж в дом, они увидели, что Мими сюсюкает над Кэйси, который уткнулся в колени матери.

Мими была слишком занята, чтобы заметить Харви. Не желая прервать ее общение с правнуком, шофер стоял и терпеливо ждал. Видя это, Саймон достал купюру и вложил ее в руку Харви.

Глаза парня расширились, когда он взглянул на купюру.

— Спасибо, мистер Блай.

— Спокойной ночи, Харви.

Кэйси дичился, и Селина, потеребив ребенка по голове, сказала:

— Не огорчайся, Мими, надо, чтобы он немного привык к тебе.

Мими действительно казалась расстроенной.

— Он бы привык, если бы ты осталась, а так он каждый раз, как ты изволишь нас навестить, будет принимать меня за чужую.

Бо, присутствовавший при этой сцене и ничего не понявший из сюсюканья Мими, простодушно сказал ей:

— Попробуйте, мэм, поговорить с ним по-английски.

В комнате наступила мертвая тишина. Мими, обернувшись, уставилась на Бо. Затем приподняла брови и надменно сказала:

— Я не помню, молодой человек, чтобы мы были знакомы.

Бо поднялся, приблизился к ней и протянул свою медвежью лапу.

— Бо Дженнингс, мэм. Я прихожусь Селине…

— Другом, — договорила за него Селина.

— Мужем, — твердо высказался сам за себя Бо.

Мими переводила изумленный взгляд с одного на другую, затем обратилась к Селине.

— Ну, детка, так кем же он тебе приходится? Я что-то не пойму.

— Да, мы поженились, это так, но… Знаешь, Мими, я бы предпочла обсудить это с тобой с глазу на глаз.

— Так ты, детка, вышла замуж, даже не посоветовавшись со своими близкими? — с укором проговорила Мими. — Впрочем, что уж теперь. Зато мы здесь, в Киттридже, можем устроить нашу свадьбу. Я понимаю, тебе не терпится обсудить со мной свои планы, но после столь утомительной поездки я не особенно хорошо соображаю. Надеюсь, ты извинишь меня? Потом мы вернемся к этому разговору. А пока я бы выпила чашечку чаю, ни на что большее, как приготовить ее себе, меня сегодня не хватит.

— Я приготовлю тебе чай, Мими, — предложила Ярдли.

Мими слабо улыбнулась.

— Спасибо, дорогая, но мне не хотелось бы прерывать ваш вечер.

Взгляд ее при этих словах устремился на Саймона.

— Да я уже собирался домой, — проговорил он и не мог не заметить, как в ее глазах промелькнул довольный огонек. — Завтра рабочий день, вы же понимаете. Так что спокойной ночи, миссис Киттридж, Селина, Бо.

Ярдли повернулась к нему.

— Я провожу тебя до машины.

Саймон открыл перед ней дверь. Когда они оказались одни, Ярдли посмотрела ему в глаза и сказала:

— Спасибо тебе, Саймон.

— За что?

— Ты был так вежлив с Мими. Мне бы хотелось, чтобы вы с ней полюбили друг друга.

— Не многого ли ты хочешь, Ярдли?

— Она была вполне миролюбиво настроена. Сам ведь видел, она даже не вспылила, обнаружив тебя в своем доме.

Саймон удивился, что такая умница, как Ярдли, не понимает столь простых вещей, как окольные пути хитрого человека.

— А ты думала, что она набросится на меня с кулаками? Впрочем, еще неизвестно, как она поведет себя, узнав, как мы с тобой провели последний уик-энд. Одно скажу тебе: она была явно рада, услышав, что я ухожу. Прости, если огорчил тебя, но Мими мне никогда не нравилась. И я никогда не понимал ее. Сама подумай, разве нормальная женщина пошлет свою внучку на преступление?

— Она была доведена до отчаяния, это же надо понимать. И потом, я сама могу отвечать за свои поступки. Ведь это я, а не кто-нибудь другой, пыталась пробраться в твой дом, так что если ты гневаешься, направь свой гнев на меня. Не осуждай ее, Саймон.

— Да мне-то что… Я не особо пострадал от столкновения с ней. А вот с тобой, Ярдли, может сегодня случиться беда. Но ты не веришь, что подобного рода опасность может исходить от кого-то, кого ты любишь.

— Что ты можешь знать о любви? — с усмешкой проговорила Ярдли. — Ведь ты, кажется, большую часть жизни провел в одиночестве, избегая каких бы то ни было привязанностей.

Он тряхнул головой, отбросив назад волосы.

— Если с тобой было иначе, значит, ты и теряла больше. Я признаю в этом смысле только то, что может иметь продолжение.

— Любовь продолжается всегда. Мой дедушка умер, но я все еще люблю его. Как и свою мать.

Он поежился и бросил на нее косой взгляд.

— Выходит, что моя мать, бросив меня, продолжала меня любить? И я должен в это верить? Кстати, дорогая, насчет меня ты ошибаешься. Однажды я любил, во всяком случае, думал так, и это длилось довольно долго. Мы вместе учились в Италии. Несколько счастливых для меня месяцев. И я просил ее руки, но она сказала, что задолго до встречи со мной решила навсегда остаться свободной.

— И ты навсегда закрыл свое сердце?

Они дошли до машины, и Саймон повернул ее к себе.