Что на ужин? Развод. Супер! (СИ) - Ош Элен

— Толик, я сказала — встань! Между нами все кончено.

Он поднимает на меня свои собачьи глаза.

— Но… как же мы? Как же наш дом? Наша семья?

— Не было никакой семьи, Толик, — отвечаю холодно. — Была ложь и лицемерие.

И тут меня накрывает волна воспоминаний.

Первый звоночек — его задержки на работе: «Ой, Оль, извини, у нас тут аврал, объект горит».

Второй — внезапные командировки: «Ну, ты же понимаешь, бизнес, надо крутиться».

Третий — его отстраненность, невнимательность.

Он как будто перестал меня видеть, слышать. А я… я была слепа. Или просто не хотела видеть правду. Зарылась в работе, в своих кулинарных блогах, в заботах об Артеме. Думала, у нас все хорошо. Дура!

Ведь как все удобно складывалось для него! Клининговая компания — это же просто клондайк для измен. Постоянные выезды, объекты, где можно уединиться. Да и статус у него, как он думал, повысился — владелец бизнеса, солидный мужчина. Наверное, бабы сами на него вешались.

— Нет, Толик, — повторяю. — Все кончено. И ты это прекрасно знаешь.

Что делать с ним сейчас? Он же еле на ногах стоит. Затащить домой? Ни за что! Он переступил черту, и я не собираюсь его прощать. Тем более пускать обратно в свою жизнь.

Ключи, кстати, где-то потерял. Хорошо хоть Артем догадался не открывать дверь. Надо будет завтра же менять замки. А с Толиком… Что с ним делать?

Начинаю нервно ходить туда-сюда по площадке. Вот же черт! Еще соседи вылезут, начнут обсуждать. "Довела мужика, а теперь бросила". А мне плевать, что они думают! Главное — избавиться от него сейчас.

И тут меня осеняет. Достаю телефон и быстро набираю номер… Сонечки. Да-да, той самой администраторши из клуба. Надо же, номер сохранился!

— Алло, Сонечка? Здравствуй, милая, — говорю как можно слаще. — У меня тут твой Толик немного перебрал. Не могла бы ты за ним приехать? Он так по тебе скучает.

И, не дожидаясь ответа, отключаю телефон. Пусть эта змея теперь с ним возится. Надеюсь, он ей еще не надоел. А я… А я пойду домой, заварю себе крепкий чай и буду думать, как жить дальше. Одна. И, знаете, мне почему-то совсем не страшно. Даже наоборот, чувствую какую-то странную… свободу.

А Толик пусть разбирается со своими Сонечками сам. Это теперь его проблемы.

Глава 7. Последняя капля

Ух, кажется, я все-таки победила этот кулинарный хаос! Сегодня у меня была амбициозная задача — приготовить настоящий итальянский тирамису, чтобы порадовать себя и подписчиков в блоге. Знаете, эти покупные десерты — жалкое подобие, а хочется чего-то аутентичного, с ароматом настоящего кофе и нежного маскарпоне. И, кажется, у меня получилось! Коржи савоярди пропитались кофейной горчинкой, крем получился воздушным и нежным, а какао-порошок добавил пикантности. Ммм… пальчики оближешь! Я даже умудрилась нарисовать на поверхности сердечко. Пусть хоть что-то в моей жизни будет сладким и красивым.

Только закончила отмывать гору посуды, как зазвонил телефон. Сердце предательски екнуло. Последнее время каждый звонок, особенно в будни, заставляет меня нервничать. И, как правило, виной тому Артем. Этот вечный подросток с бунтарским духом, протестующий против всего на свете, начиная от школьной формы и заканчивая теоремой Пифагора.

Звонки от Ирины Петровны, нашей классной руководительницы, стали пугающе регулярными. То он с кем-то подрался, то сорвал урок, то просто проигнорировал домашнее задание. А теперь еще эта история с Толиком… Развод, измены, скандалы… Как все это отразится на Артеме? Как он это переживет?

На экране высветился уже до боли знакомый номер. Выдыхаю, собираюсь с духом и нажимаю кнопку ответа.

— Да, Ирина Петровна? Здравствуйте.

Ну, конечно же, опять Артем. Что на этот раз?

— Да, понимаю, — говорю, стараясь сохранять спокойствие. — Повздорил? Подрался? Ох, Артем… Да, конечно, я поговорю с ним. Отца в школу? Вы понимаете, это сейчас… несколько затруднительно. По семейным обстоятельствам, скажем так. Но я обязательно что-нибудь придумаю. Постараюсь принять меры.

Кладу трубку, чувствуя, как внутри нарастает раздражение. Ну почему он не может просто нормально учиться и не доставлять мне проблем? Почему все так сложно?

Подхожу к окну, стискивая мобильник в руке. И вижу его. Идет через двор, в окружении своих друзей — Сашки и Димки. Они живут в соседнем подъезде, не разлей вода с Артемом с самого детства. Вижу, как они дружески бьют его кулаком по плечу, хлопают по спине. Поддерживают.

И тут меня накрывает волна тепла. Он не один. У него есть друзья. Настоящие, верные. Они, кажется, знают. Чувствуют, что ему сейчас нелегко. Наверняка уже в курсе наших семейных разборок, предстоящего развода. И поддерживают, как могут. И от этого становится немного легче. Не все так плохо, как кажется. У него есть опора, есть люди, которые его любят и ценят.

Артем заходит в подъезд. Делаю глубокий вдох и иду встречать его. Нужно поговорить. Спокойно и рассудительно. Хотя с этим сорванцом это всегда сложно.

Он врывается в квартиру, как ураган. Сбрасывает рюкзак прямо в прихожей, даже не удосужившись разуться.

— Мам, привет! Что на ужин? Опять развод. Супер-пупер!

— Артем, хватит язвить! Со школы звонили, — начинаю я, стараясь не повышать голос. — Что случилось?

Он отмахивается.

— Да ничего особенного. Как всегда, раздувают из мухи слона. Ну, повздорил там с одним придурком… неважно. Все живы и здоровы.

— Артем, я понимаю, что ты хотел защитить девочку. Да, Ирина Петровна рассказала. Это правильно, что вступился. Но драться — это не выход.

— А что мне надо было делать? — огрызается он. — Смотреть, как он ее обижает?

— Можно было позвать учителя, — отвечаю я спокойно. — Или просто сказать ему, чтобы он прекратил.

— Ему бы было пофиг, — бурчит он в ответ.

Я вздыхаю. Он у меня такой упрямый.

— Ладно, — говорю я. — Я не буду тебя ругать. Но обещай мне, что в следующий раз ты попробуешь решить проблему мирным путем. Хорошо?

Он кивает, не поднимая глаз. Пытается прошмыгнуть в свою комнату, но я преграждаю ему путь.

— Артем, не увиливай. Я же вижу, что что-то не так.

Вижу, как он кусает губы, как стискивает кулаки. Значит, дело не только в школьных разборках. Что-то гложет его изнутри.

Подхожу к нему, обхватываю его лицо ладонями, заглядываю в глаза.

— Что случилось, сынок? Ведь дело не только в школе?

Он отводит взгляд, хмурится. Потом вдруг выдыхает и, словно сбрасывая с плеч огромный груз, выдает:

— Я видел отца… с женщиной. Опять.

Внутри меня все обрывается. А ведь как будто только вчера этот лжец, этот предатель стоял в подъезде на коленях, умолял меня простить… И я почти поверила! Почти сдалась! Как он мог?

— Где? Когда ты его видел? — спрашиваю, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Сегодня, после школы. Выходил из какого-то кафе… обнимал ее.

Молчу. Не знаю, что сказать. В голове роятся мысли. Злость, обида, разочарование… И боль. За Артема. Как он это переживет?

Просто обнимаю его крепко-крепко. Чувствую, как он дрожит всем телом. Мой мальчик, мой сильный, задиристый Артем… Сейчас он такой маленький и беззащитный.

— Прости меня, мам, — шепчет он. — Я не хотел тебе говорить.

— Глупенький, — отвечаю, гладя его по волосам. — Спасибо, что рассказал. Вместе мы все переживем.

Обнимаю его еще крепче. Хватит! Хватит этих слез, этих страданий, этих унижений! Пора действовать. Пора положить этому конец.

Отстраняюсь от Артема, вытираю слезы и говорю:

— Все, сынок. Довольно. Я больше не позволю ему калечить наши души. Я уже консультировалась с адвокатом и… Развод. Это уже окончательное решение. И пусть катится ко всем чертям!

Глава 8. Наклейка судьбы, или Развод — это повод?

Кто бы мог подумать, что я, Ольга Сладкова, буду корпеть над бумагами на развод, а не над очередным шедевром для своего кулинарного блога? Неделя пронеслась в кошмарном марафоне. Бумаги, адвокат, звонки… Развод — это не романтический побег, а суровая бюрократическая карусель! Но я держусь. Пытаюсь, по крайней мере. Без Машки и Катьки я бы точно превратилась в лужицу растаявшего мороженого.