Факультет - Виктория Рогозина

Она вспоминала дни, проведенные с ним на берегу реки, где они рыбачили и играя в прятки, давая обещания о том, что всегда будут друг у друга на первом месте. Эти воспоминания были как лучи света в ее серой офисной рутине.

Внезапно, звонок телефона прервал ее размышления. Лидия подняла трубку и услышала давно знакомый голос.

- Лида, как дела? - спросил коллега по работе из соседнего отдела.

- О, Андрей, просто работаю, как всегда, - ответила она, пытаясь подавить усталость.

- Может пообедаем вместе? – предложил он. Андрей частенько пытался провести время с Лидой и оказывал ей знаки внимания, которые иногда откровенно раздражали. Несмотря на то, что Лида старалась не давать повода думать, что она готова к отношениям, Андрей уверенно шел напролом, считая, что женщин нужно добиваться. Но в его случае это выглядело, как добивать чуть ли не буквально.

- Ты уставшая, явно это не та работа, которая по призванию, - продолжил коллега.

Лидия задумалась. Действительно ли ее работа была ее истинным призванием? Материальное удовлетворение было важно, но она чувствовала, что что-то упущено в ее жизни, как если бы она потеряла часть себя по пути к корпоративному успеху.

- Может быть, ты прав, - призналась Лидия. – Ладно, давай через полчаса в столовой встретимся.

- Буду ждать, - в его голосе зазвучали знакомые нотки нежности.

После разговора Лидия вернулась к своей работе, но в ее сердце медленно родилась решимость начать искать свое настоящее призвание, которое сделает ее жизнь полной, а не только материально успешной. Деньги – это конечно хорошо, но жить постоянно с ощущением, что не сделала самого главного печально.

Полчаса пролетели быстро. Заблокировав компьютер, Лида предупредила коллегу и взяв пропуск, покинула кабинет. Она пересекла холл, вышла в переход между зданиями и на лифте спустилась на «минус первый» этаж. Андрей уже ждал ее, заняв столик у окна. Как и раньше, он так же взял обед на двоих, тем самым пытаясь доказать, что готов действовать, а не задавать постоянные вопросы. Лида к этому уже привыкла, да и после жизни в общежитии была неприхотлива в еде.

- Как настроение? – жизнерадостно спросил Андрей, когда девушка села напротив него.

- Нормально. как ты? Что нового?

- У нас компы подвезли новые. Если что-то обновить надо – оформляй заявку сегодня, я подсучусь и установлю лучшее.

- Спасибо, - она вежливо улыбнулась.

- У меня тут два билета в театр есть, может быть, сходим вместе. Хорошая постановка, - спросил мужчина.

- Даже не знаю, - с сомнением протянула Лида.

Она посмотрела на него. Андрей был привлекательным мужчиной и работал в IT-отделе крупной корпорации. Его глаза сверкали интеллектом, а улыбка могла растопить даже самое ледяное сердце. С тех пор, как они встретились на вечеринке своих общих друзей, Лида не могла забыть его веселого настроения и невероятного обаяния. Она была девушкой из мира искусства, но мир технологии Андрея привлек ее не меньше, чем его внешность.

Пару лет назад они случайно встретились в холле здания, где оказались оба по работе. Сквозь шум и суету офиса они нашли мгновение, чтобы поговорить. Андрей стал рассказывать ей о своей последней разработке, и Лида обнаружила, что его страсть к технологии была заразительной. Ей интересно было наблюдать за тем, как он оживал, рассказывая о своей работе, и она чувствовала, что в их разных мирах нашлось что-то общее.

С тех пор их встречи стали все более частыми, и Лида начала задумываться о том, что это может быть не просто случайностью. Андрей был не таким, как все остальные мужчины, которых она встречала, и она начала сомневаться, может ли она с ним найти общий язык. Но при каждой их встрече она все больше убеждалась, что этот момент был более чем особенным.

Но все же, к отношениям она была не готова. Её сердце и разум боролись между собой, как два великих воина на поле битвы, и она понимала, что скоро придется сделать выбор. Но какой он будет, и сможет ли она сделать его вовремя, она пока не знала. Что-то ее отталкивало от Андрея, именно как от спутника жизни. Как друг – он был идеален. Но вот мужчина был настроен решительно, считая, что любовь возможно взрастить.

Лидия часто размышляла о своих чувствах к Андрею. Она не могла не признать его доброту, преданность и внимание, которое он ей уделял. В некоторых моментах, она чувствовала, что он заботится о ней больше, чем о самом себе. Но в то же время что-то внутри было против.

Лида была свободным духом, она мечтала о мире, полном возможностей и приключений. Андрей же, как камень, был устоявшимся в своих убеждениях. Он верил в твердые принципы, в верность и надежность, считая, что любовь – это не только эмоции, но и работа над собой и отношениями.

Они проводили много времени в разговорах, пытаясь понять друг друга. Лидия пыталась перенять его точку зрения, разделяя его убеждение, что любовь можно развивать и укреплять. Но где-то внутри нее сидело недопонимание, как если бы часть ее души была заперта в своем мире, недоступном для посторонних.

Она знала, что Андрей – человек ее мечты во многих отношениях. Он был ее опорой, ее надежной опорой, но что-то в ней кричало о том, что она не готова к этому. Лидия не могла представить себя в роли домохозяйки, уставшей от повседневной рутины. Ей нужен был свет, искры приключений, а не стабильность, которую предлагал Андрей. Она оставалась в раздумьях, маяча между идеалом, который воплощал в себе Андрей как друг, и страхом сойти с ума от скуки и рутины, как это казалось ей, семейной жизни с ним.

- Слушай, я давно хотел спросить…а ты реально родилась в Припяти? – вдруг спросил он.

- Да, - Лида пожала плечами. Эту часть своей жизни она не любила раскрывать и, как правило, сворачивала разговор. Но встреча с Шуриком пошатнула внутренние убеждения.

- Расскажешь? – Андрей смотрел на нее влюбленным взглядом. Не было сомнений в его чувствах.

Лида вздохнула и снова пожав плечами, произнесла:

- Я даже не знаю, что рассказать. Мое детство прошло в Припяти. Это было прекрасное время, чудесное, - она широко улыбнулась, погружаясь в воспоминания. – Много гуляли, ходили на секции. Два раза в неделю посещали бассейн. И ждали, когда на первое мая запустят колесо обозрения.

- Мы? С