Сквозь трещины боли (СИ) - Mari_dit

комнату господина: по словам дворецкого он был там.

Я нерешительно постучала. Мне дали разрешение войти.

— Ты умеешь завязывать галстук?

Спросил господин, как только я перешагнула порог.

Он что не умеет делать это сам?

— Нет, мне раньше не приходилось этим заниматься.

Я тайком осмотрела господина: он был великолепен. Только сейчас я поняла, что мне он нравится.

Что-то кольнуло внизу живота и во мне начало пробуждаться желание.

Остановись! Нельзя!

Внимательно посмотрев на меня Чон продолжил.

— Сегодня состоится благотворительный приём и я обязательно должен присутствовать…

К чему он клонит?

— Но посмотрев на тебя я решил, что не пойду. У меня есть дела поважнее.

Моё сердце пропустило удар.

(далее от третьего лица)

Чонгук быстрым шагом подошёл к Анне. Он смотрел на раскрасневшееся лицо девушки. Она неосознанно прикусила нижнюю губу. От такого возбуждающего зрелища Чонгук не мог держать себя в руках. Он впился в её губы, раскрывая рот Анны в страстном поцелуе.

Их желания совпадали.

Анна обняла его за шею. Это действие дало зеленый свет на дальнейшие действия Чона.

Он сильнее притянул к себе девушку. Его руки блуждали по всему её телу, а когда они коснулись шеи Анны, из её груди вырвался стон.

Мужчина понял в каком направлении идти. Он оторвался от губ Анны и его поцелуи перешли к её шеи. Девушка закусила нижнюю губу, сдерживая стоны. Она почувствовала приятную боль- это Чонгук оставлял на ней засос. Так он хотел пометить её, хотя раньше он никогда не делал подобного.

Его набухшая пульсирующая плоть упиралась в низ живота Ким: от чего её возбуждение было на пике.

Она горела вместе с ним.

Но этот пожар резко прервали — в дверь постучал дворецкий.

— Господин, Вы готовы?

Девушка резко оттолкнула Чонгука и, поправив волосы, вышла за дверь и быстрым шагом скрылась за углом.

— Альфред, может мне тебя уволить? — сердито поговорил Чонгук.

— Я что-то не так сделал?

— Забудь… Дай мне ещё двадцать минут…

Чонгук собирается в ванную, чтобы позаботиться о своем твердом члене.

Он вернулся из ванной в отвратительном настроении. Во всяком случае, он чувствовал себя неловко. Перед ним стояла идеальная женщина, а ему пришлось прибегнуть к дрочке, но он не чувствовал себя удовлетворенным вообще.

Я забежала в свою спальню, задыхаясь. Лицо продолжало гореть: но уже не от возбуждения, а от стыда. Как я могла позволить себе лишнее.

Дура!

Я опять пошла на поводу своих чувств, как в прошлый раз. Почему я такая слабохарактерная? И как мне теперь в дальнейшем смотреть на господина и в глаза дворецкому.

Глаза начало щипать, и слезы готовы были вырваться наружу в любую секунду. Но внезапно погас свет.

Сердце яростно заколотилось: я стала бояться темноты с той ночи. Я осторожно нащупала кровать и села на неё, закутавшись в одеяло. Мне было даже страшно пошевелиться.

Для успокоения я начала считать.

— 0 — 100, 3- 98, 6- 96, 9- 94, 12–92…

Такой математический счёт помогает ослабить страх. Ведь мозг переключается на другую волну. Счёт начинается с 0 и со 100, ведется попеременно. С начала счета надо прибавлять по 3, а с конца — вычитать по 2.

И на счёте 30–80, снова загорелся свет. Я облегченно выдохнула.

Мне не хотелось вылезать из кровати, но мне нужно убрать спальню Чона. Порядок пришлось наводить в его отсутствие. Господин уже уехал. Так намного лучше.

4 ”Бездушная кукла”

Я решила срезать нераспустившийся цветок своих чувств к Чонгуку. Я стала держать дистанцию и если он делал шаг ко мне я делала два шага назад.

Я боюсь влюбляться.

Господин Чон прекратил свои попытки соблазнить меня. Это хорошо. Он снова разрешил убираться в его отсутствие.

Так прошло ещё два месяца.

Вновь мистер Чон позвал меня к себе в кабинет.

Не хочется мне туда идти…

— Анна, надо проветрить кабинет…

— Да, мой господин.

На этот раз получилось легко, кажется я стала привыкать с этим словам…

Я подошла к окну и открыла его. Вечерний ветер коснулся моей кожи и растрепал волосы. Я немного прикрыла створку окна, чтобы бумаги не сдуло со стола господина. После я заправила прядь волос за ухо.

Я не заметила как Чон подошёл сзади…

Его руки легли мне на плечи. Я снова не могу пошевелиться.

— Анна, закрой глаза.

Его голос был ровный и нежный. Таким голосом, обычно, будят с утра своих возлюбленных.

— Я не понимаю зачем?

— Просто закрой… Я не причиню тебе вреда.

Я сделала что он просил. — Это место где-то здесь…

Я еще раз сверила навигатор с картой.

— Анна, ты уверена, что мы должны идти на этот пикник?

Я посмотрела на сестру, которая сидела за рулем. Она была чем то напугана.

Никогда её такой не видела… Может и правда стоит вернуться домой…

Я осмотрела местность, куда мы приехали: высокие деревья, мало открытого места и тишина…

— Ладно мне тоже не по себе, разворачивайся… Скажу Алексу, что не нашли это место…

Когда сестра хотела вновь завести машину, из леса вышел мой любимый…

Макс остановилась. И убрала руку с ключей зажигания.

Алекс широко улыбнулся… И все сомнения улетучились

Люблю его улыбку.

Он подошёл к машине и открыл для меня дверь, а когда я вышла он чмокнул меня в щеку… Боже, какой он милый…

— Уже все в сборе, идемте я вас познакомлю с моими друзьями.

Мы вышли на светлую поляну в центре которой горел небольшой костер. Вокруг костра сидели люди и громко смеялись.

Я посмотрела на Макс: она разглядывала каждого из присутствующих. И когда её взгляд задержался на двух хохочущих девушках, она немного расслабилась.

В итоге нас было 15 человек.

Вечер близился к завершению, но сестра ещё была напряжена. Что её волнует? Приедем домой- узнаю…

— А теперь давайте выпьем за мою девушку.

Алекс поднял бокал. И все повторили за ним.

Я отхлебнула и через минуту у меня закружилась голова, в глазах поплыло. Я посмотрела на сестру, она потеряла сознание. Я перевела взгляд на Алекса…

Что с ним? Его улыбка… Она меня пугает…

Я отключилась…

Когда я пришла в себя, то услышала голос сестры…

— Прошу… Алекс… Не причиняй вред сестре…

Я открыла глаза. В глазах все двоилось, меня тошнило. Через пару минут зрение восстановилось.

Моя сестра находилась напротив меня, она была привязана к столбу и я тоже… Вокруг нас находились люди в черных плащах с капюшонами… Везде горели свечи, их было около сотни