Развод как средство от депрессии - Ника Крылатая

перестала принимать сама? В какой момент я почти перестала быть отдельной личностью?

— А скажите-ка мне, — зашипела я в сторону будущей бывшей свекрови, — Татьяна Ивановна, зачем вы все вдруг стали создавать мне образ хорошенькой, но безмозглой куклы? Что изменилось?

Пока еще родственница побледнела, потом покраснела и пошла в атаку:

— Инна, у тебя паранойя! Тебе лечиться надо! Надо же, какую змею на груди пригрели!

Громкой точкой прозвучала вновь хлопнувшая дверь. Но мне было уже не до свекрови. В голове начали шевелиться пока еще разрозненные, неопознанные, кривые кусочки странного пазла.

Черт, хотелось бы верить, что у меня реально не началась паранойя, потому что что-то мне не очень понравилась реакция свекрови. Как-будто я ткнула пальцем в небо, а попала в яблочко. Мылодрама какая-то вырисовывается, хоть я их и не смотрю. Естественно, работалось мне сегодня никак. Поэтому я решила заняться насущными делами — переездом. По понятным причинам, жить в одной квартире с мужем не представляется возможным, и поскольку я во всем виноватая сторона, то мне и съезжать.

— Ну вот почему нельзя было поговорить? Почему нельзя было разойтись тихо-мирно? — задала я вслух вопрос. Стоящая на столе орхидея не ответила.

Глава 4. Инна

Не спорю, хорошо уходить от мужа, когда не надо думать, на что жить. И это опять возвращает меня к вопросу о том, что не блажь ли все это? Легко разрушить, а как потом жить в руинах? Может, забрать заявление? Но только мысль об этом вызвала стойкий протест во всем организме. Что ж, как ни крути, а в квартиру ехать нужно — собрать вещи.

— Пришла? — с порога начал Леша. Ревнивый муж, честное слово. — Проходи в кабинет, я готов к разговору.

Не замечала раньше за ним таких замашек, или не хотела замечать? Кабинет — место для работы и приема посетителей. Особо важных, вхожий в близкий круг. Чисто мужская комната, прям вот классика жанра. И за столом расположился классический жесткий адвокат, готовый стереть противника в порошок. Крайне неприятное ощущение, и даже присесть не предложил. Что ж, надолго задерживаться я не собираюсь.

— Инна, почему ты это сделала? Зачем? Ты хоть понимаешь, что натворила? — слова били наотмашь.

Что-то подобное я сегодня уже слышала. Захотелось огрызнуться.

— А что я натворила? Всего лишь подала на развод. Каждый день сотни, и даже тысячи людей разводятся, — голос не дрогнул, уже победа.

— Во-первых, ты моя жена и не имела права принимать такое решение в одиночку. Во-вторых, мне нет дела до других…

— Извини, во-первых, оставь свои адвокатские замашки. Во-вторых, чуть ли не последние полгода я пытаюсь с тобой поговорить! — в голосе уже слышалась истерика. — Но тебе некогда! Ты стал находить постоянные отговорки. Что изменилось?

— Инна, ты говоришь глупости! Сама себе что-то навыдумывала, и теперь валишь с больной головы на здоровую. У нас же все отлично было. Тебе заниматься всякими кустами-цветочками никто не мешал, у меня солидные клиенты, ты постоянно сопровождала меня на выставки, обеды, ужины и разные мероприятия. Отдыхать ездили, куда хотели, платья твои довольно недешевые, туфлей целая коллекция! А теперь, когда мне сделали предложение пойти в политику с возможным переездом в Москву, ты меня бросаешь. Да никто в здравом уме не откажется от такого! Что с тобой не так?

Я смотрела на Лешу, и не узнавала в чужом человеке своего родного и любимого мужа. С этим мужчиной мне было неприятно находится в одной комнате, по позвоночнику скользил холодок, а ладони покрылись липким потом. Собрав остатки самообладания, удалось выдавить из себя:

— Думай обо мне, что хочешь. Но если ты не заметил, то кустами-цветами мне заниматься просто не мешали — не помогали, не поддерживали, просто не мешали. Тебе абсолютно неинтересно, что я делаю! Твоя репутация, твои клиенты… Когда в тебе стало столько эгоизма? А я? И хочу заметить, что недешевые платья и кучу обуви я покупаю на свои деньги. Как и новый диван. Или шторы. Не делай из меня женщину, сидящую на шее у мужа, который изо всех сил зарабатывает на ее капризы. Почему ты обесцениваешь меня и мой вклад? Вспомни хоть один раз, хоть один повод для недовольства или ревности. Не можешь? Потому что не было. Надежный тыл, красивая воспитанная спутница — все, как нужно. И что? Тебе всегда было не очень интересно, чем я занимаюсь, а последние несколько лет вообще стало все равно, пока это не выходит за рамки приличий. Я обязана спрашивать, как у тебя прошел день, какие проблемы и выслушивать жалобы на коллег, конкурентов, законы и далее по списку. А ты? "Все хорошо? Ну и умница. Не нагружай меня мелкими проблемами", — передразнила его.

— Ах вот как ты заговорила! Бесишься от безделья! Машина, шмотки, домработница, рестораны и всякие СПА-салоны — все у тебя есть! А тебе все мало. Тебе все жемчуг мелкий. Чего тебе не хватает? Шопинга? Гулянок с подружками? Секса? — пока еще муж зло смотрит на меня и тяжело дышит. — Да ты за год больше двадцати подарков от меня получила.

— А ты их считал, что ли? — вот уж интересная оговорка. Зачем считать подарки для жены? Мне как-то и в голову не приходило такое. Просто понравились запонки — купила, или галстук, или портмоне. Какой смысл мериться подарками любящим супругам вообще и когда оба не бедствуют в частности? Или о нашем финансовом состоянии я чего-то не знаю?

— Глупости не говори, — ответил муж, а, ну да, лучшая защита — это нападение. — Просто на досуге стало интересно, чем я тебя не устроил.

— Недостаточным количеством твоего участия в моей жизни, и моим избыточным участием в твоей. У нас отдельные жизни стали, а не одна совместная, ты это понимаешь?

— Ну и вали, раз тебе так хреново со мной. Назад можешь не приползать, раз такая вся умная.

— Леша, развод дело решенное. Пожалуйста, давай разойдемся миром. Ты же знаешь, имущественных претензий у нас друг к другу нет. Ты сам настоял на брачном контракте когда-то.

— И зря, как я понимаю. Ты всегда стремилась к независимости, а сейчас это стало переходить